В родном углу - [9]
Заглянувшій въ спальню проснувшійся камердинеръ потушилъ догоравшія свѣчи.
Сухумовъ проснулся за полдень и даже испугался, что онъ такъ долго спалъ. Въ Петербургѣ съ нимъ этого не бывало. Часы показывали безъ четверти часъ. Онъ тотчасъ-же всталъ съ постели, надѣлъ приготовленный ему халатъ и туфли и позвонилъ камердинера.
Поліевктъ вошелъ съ вычищенными сапогами и платьемъ и привѣтливо говорилъ:
— Съ добрымъ утромъ… Ужъ я такъ радъ былъ, что изволите почивать, что сюда и не входилъ, чтобы не разбудить вашу милость. Въ семъ часовъ свѣчи у васъ потушилъ, двери притворилъ и съ тѣхъ поръ около дверей прислушивался. Спокойно-ли почивать изволили? Въ девятомъ часу я слушалъ — похрапывать изволили…
— Съ добрымъ утромъ поздравляешь… — отвѣчалъ Сухумовъ. — Какое теперь утро, если скоро часъ! Теперь насталъ день. Но и день не предвѣщаетъ быть для меня добрымъ. Голова тяжела, какъ котелъ. Вотъ что, Поліевктъ… Я долженъ перемѣнить образъ жизни. Здѣсь, въ деревнѣ, я долженъ рано вставать и рано ложиться.
— Позвольте… Какое-же раннее вставаніе, если вы по ночамъ спать не изволите! — возразилъ камердинеръ.
— Буду пробовать пріучать себя спать.
— Да вѣдь ужъ изволили пробовать. Вчера въ вагонѣ-то какую рань изволили подняться, цѣлый день не изволили прикурнуть, а ночью все равно сна не было.
— Это другое дѣло. Тамъ въ вагонѣ тряска, утомленіе, по дорогѣ отъ станціи опять то-же самое — оттого и ночь не спалъ. А здѣсь я начну тихую жизнь съ разумнымъ моціономъ. Такъ вотъ, съ завтрашняго дня прошу меня будить въ семь часовъ утра, если я самъ не поднимусь. А теперь дай мнѣ умыться.
— Слушаю-съ. Воля ваша, Леонидъ Платонычъ.
Камердинеръ подалъ Сухумову умыться, а затѣмъ принесъ кофе на серебряномъ подносѣ. Тутъ были и домашнія булки и баранки, сливки, масло, кринка молока и даже медъ.
Сухумовъ раздраженно замахалъ руками.
— Куда мнѣ столько ѣды! — закричалъ онъ. — Развѣ я могу столько съѣсть! Это слону, а не человѣку! Человѣкъ безъ аппетита, а ему тащутъ ѣды, какъ на роту солдатъ. Ну, смотрите, тутъ даже яичница! Яица всмятку и яичница.
— Баринъ, Леонидъ Платонычъ, да вѣдь это ужъ завтракъ для вашей милости.
— Какой-же можетъ быть для меня завтракъ, если я сейчасъ только проснулся! — сердился Сухумовъ, однако, сѣвъ къ столу и выпивъ чашку кофе, сталъ ѣсть яйцо всмятку, намазалъ себѣ ломтикъ булки масломъ, началъ ковырять ложечкой яичницу.
Камердинеръ, приводя въ порядокъ постель, остановился, съ любопытствомъ смотрѣлъ на ѣвшаго Сухумова и покачивалъ головой. Черезъ минуту онъ произнесъ съ улыбкой:
— А вѣдь послалъ-же, наконецъ, Богъ хотѣнье на ѣду.
Улыбнулся слегка и Сухумовъ.
— Да, маленькій аппетитъ разыгрался, но изъ этого еще не слѣдуетъ, чтобы больному человѣку подавали уйму ѣды!
Вошелъ управляющій Сидоръ Софроновичъ, тихо ступая валенками по паркету и доложилъ Сухумову:
— Докторъ-то пріѣхалъ. Сидитъ у меня и переодѣвается. Можете вы его принять?
— Конечно, конечно… — засуетился Сухумовъ. — Развѣ можно доктора заставлять ждать! Поліевктъ! Возьми халатъ. Дай мнѣ пиджакъ, — проговорилъ онъ, вставая со стула.
— Сидѣли-бы, ваша милость, въ халатикѣ, - попробовалъ возразить камердинеръ. — И мягче вамъ, и теплѣе, и способнѣе. А докторъ не дама. Онъ не взыщетъ съ немощнаго человѣка.
— Нѣтъ, нѣтъ, я такъ хочу… Да и вовсе я не такъ ужъ боленъ. Вѣдь обходился-же вчера безъ халата.
Сухумовъ быстро переодѣлся.
— Эхъ, и покушать-то вамъ помѣшали! Только на ѣду потянуло, а тутъ докторъ… — ворчалъ Поліевктъ.
— Просите-же, просите скорѣй доктора, — говорилъ Сухумовъ все еще стоявшему въ кабинетѣ управляющему,
Получивъ извѣстіе о пріѣздѣ доктора, Сухумовъ какъ-то весь оживился и глаза его заблистали.
Управляющій не уходилъ.
— Къ обѣду мы борщъ приготовили и поросеночка отварили. Потомъ курочку зажарили. Не знаю только, вы-то будете-ли кушать, — проговорилъ онъ. — Вы скажите, если вамъ не по сердцу.
— Пожалуйста… Прошу васъ, Сидоръ Софронычъ, не разговаривайте со мной никогда объ ѣдѣ! — воскликнулъ Сухумовъ. — Это меня только раздражаетъ. Такъ вотъ… Просите скорѣй доктора.
Поліевктъ сталъ затапливать печку.
Въ сосѣднихъ комнатахъ послышались шаги. Они стучали довольно долго, и вотъ въ кабинетъ вошелъ докторъ. Это былъ среднихъ лѣтъ человѣкъ съ большой косматой бородой и волосами, остриженными по-русски съ проборомъ по серединѣ, коренастый, плечистый, невысокаго роста, нѣсколько сутуловатый. Одѣтъ онъ былъ въ черную сюртучную пару.
— Блуждалъ, блуждалъ по вашимъ хоромамъ и насилу нашелъ васъ, — проговорилъ онъ, обращаясь къ Сухумову. — Вы больной? Позвольте отрекомендоваться: земскій врачъ Нектарій Кладбищенскій, за которымъ вы посылали.
— Ахъ, извините, что мы васъ не встрѣтили! Это ужь наша вина и невѣжливость… — пробормоталъ Сухумовъ, пожимая доктору руку своими обѣими руками и сталъ усаживать его въ кресло.
VIII
— Вы, докторъ, прежде всего закусить не хотите-ли? Я вотъ сейчасъ завтракалъ, — предложилъ доктору Сухумовъ, подсаживаясь къ нему и указывая на столъ, на которомъ стоялъ подносъ съ кофе и закусками.
— Охотно. Не откажусь. Но прежде дѣло, — отвѣчалъ докторъ и спросилъ:- Чѣмъ страдаете?
![Наши за границей](/storage/book-covers/75/752399fdaf09bfe7685776189b5d22e526b7e102.jpg)
Лейкин, Николай Александрович — русский писатель и журналист. Родился в купеческой семье. Учился в Петербургском немецком реформатском училище. Печататься начал в 1860 году. Сотрудничал в журналах «Библиотека для чтения», «Современник», «Отечественные записки», «Искра».Юмористическое описание поездки супругов Николая Ивановича и Глафиры Семеновны Ивановых, в Париж и обратно.
![Где апельсины зреют](/storage/book-covers/45/450a051e3d7f68d262c32ed39b010d6a70a5321f.jpg)
Лейкин, Николай Александрович — русский писатель и журналист. Родился в купеческой семье. Учился в Петербургском немецком реформатском училище. Печататься начал в 1860 году. Сотрудничал в журналах «Библиотека для чтения», «Современник», «Отечественные записки», «Искра».Глафира Семеновна и Николай Иванович Ивановы — уже бывалые путешественники. Не без приключений посетив парижскую выставку, они потянулись в Италию: на папу римскую посмотреть и на огнедышащую гору Везувий подняться (еще не зная, что по дороге их подстерегает казино в Монте-Карло!)
![В трактире](/storage/book-covers/b4/b43f564c7054310e1eabcf1ba40a01e67665edf9.jpg)
Лейкин, Николай Александрович — русский писатель и журналист. Родился в купеческой семье. Учился в Петербургском немецком реформатском училище. Печататься начал в 1860 году. Сотрудничал в журналах «Библиотека для чтения», «Современник», «Отечественные записки», «Искра».В книгу вошли избранные произведения одного из крупнейших русских юмористов второй половины прошлого столетия Николая Александровича Лейкина, взятые из сборников: «Наши забавники», «Саврасы без узды», «Шуты гороховые», «Сцены из купеческого быта» и другие.В рассказах Лейкина получила отражение та самая «толстозадая» Россия, которая наиболее ярко представляет «век минувший» — оголтелую погоню за наживой и полную животность интересов, сверхъестественное невежество и изворотливое плутовство, освящаемые в конечном счете, буржуазными «началами начал».
![Говядина вздорожала](/storage/book-covers/20/207c86960d21e7064ac84075842d0ca8e8b3197e.jpg)
Лейкин, Николай Александрович — русский писатель и журналист. Родился в купеческой семье. Учился в Петербургском немецком реформатском училище. Печататься начал в 1860 году. Сотрудничал в журналах «Библиотека для чтения», «Современник», «Отечественные записки», «Искра».В книгу вошли избранные произведения одного из крупнейших русских юмористов второй половины прошлого столетия Николая Александровича Лейкина, взятые из сборников: «Наши забавники», «Саврасы без узды», «Шуты гороховые», «Сцены из купеческого быта» и другие.В рассказах Лейкина получила отражение та самая «толстозадая» Россия, которая наиболее ярко представляет «век минувший» — оголтелую погоню за наживой и полную животность интересов, сверхъестественное невежество и изворотливое плутовство, освящаемые в конечном счете, буржуазными «началами начал».
![В гостях у турок](/storage/book-covers/75/75fd0435617ab2a6df3acd98de6aba4e2a295f01.jpg)
Лейкин, Николай Александрович — русский писатель и журналист. Родился в купеческой семье. Учился в Петербургском немецком реформатском училище. Печататься начал в 1860 году. Сотрудничал в журналах «Библиотека для чтения», «Современник», «Отечественные записки», «Искра».Глафира Семеновна и Николай Иванович Ивановы уже в статусе бывалых путешественников отправились в Константинополь. В пути им было уже не так сложно. После цыганского царства — Венгрии — маршрут пролегал через славянские земли, и общие братские корни облегчали понимание.
![Захар и Настасья](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Лейкин, Николай Александрович — русский писатель и журналист. Родился в купеческой семье. Учился в Петербургском немецком реформатском училище. Печататься начал в 1860 году. Сотрудничал в журналах «Библиотека для чтения», «Современник», «Отечественные записки», «Искра».В рассказах Лейкина получила отражение та самая «толстозадая» Россия, которая наиболее ярко представляет «век минувший» — оголтелую погоню за наживой и полную животность интересов, сверхъестественное невежество и изворотливое плутовство, освящаемые в конечном счете, буржуазными «началами начал».
![Что вы скажете на прощанье?](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Чемпион](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Короткий рассказ от автора «Зеркала для героя». Рассказ из жизни заводской спортивной команды велосипедных гонщиков. Важный разговор накануне городской командной гонки, семейная жизнь, мешающая спорту. Самый молодой член команды, но в то же время капитан маленького и дружного коллектива решает выиграть, несмотря на то, что дома у них бранятся жены, не пускают после сегодняшнего поражения тренироваться, а соседи подзуживают и что надо огород копать, и дочку в пионерский лагерь везти, и надо у домны стоять.
![Кокаин](/storage/book-covers/83/830cdfa5c98bffbe284f153979b392cee5b956f0.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Рыцарь духа](/storage/book-covers/a7/a764f4d214d3f4d7a6f38c3b343222e9e1c1c0c8.jpg)
Роман «Рыцарь духа» продолжает в серии «Polaris» впервые издающееся собрание сочинений А. О. Эльснера (1856 — после 1916), забытого прозаика, поэта, драматурга и автора фантастических и мистических романов. Привидения, астральные тела, бессмертные души, восстающие из гробов мертвецы и властелины потустороннего мира переплетаются в этом бульварно-пафосном «оккультном романе» с историей возвышенного мистика Леонида, а также вполне земными страстями, развратом, интригами и борьбой за многомиллионное состояние его отца, фабриканта-убийцы Колодникова.
![Вьюга](/storage/book-covers/c3/c3b596c168701b7dec9b4a114a0efb086851f38e.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Преподобный Сергий Радонежский (сборник)](/storage/book-covers/f7/f7829a79928c21b3dd4b8a01f7f1cb001379787a.jpg)
В сборник вошли произведения классика Серебряного века и русского зарубежья Б. К. Зайцева: житийное повествование «Преподобный Сергий Радонежский», лирические книги его паломнических странствий «Афон», «Валаам», а также рассказы. Для старшего школьного возраста.