Тихий сон смерти - [2]

Шрифт
Интервал

Разговор получился недолгим, но трудным. Сьюзан Уортин, судя по ее голосу, чувствовала себя не лучшим образом, и Тернер постарался не выказать беспокойства, говорил сжато и по-деловому. Нет, она не общалась со своей лучшей подругой с того момента, как та заболела и ушла с работы. В заключение Сьюзан уверила Тернера, что если та не связалась с начальством, значит, действительно разболелась всерьез, а когда Тернер поинтересовался, не знает ли она адрес подруги, то оказалось, что Сьюзан в этом вопросе помочь Тернеру не в силах.

Огорченный, Тернер направился в отдел кадров, чтобы взять адрес там, но опять потерпел неудачу: какая-то придурочная девка, сославшись на принцип конфиденциальности сведений о личной жизни служащих, ответила на его просьбу отказом.

Вернувшись в свой кабинет, Тернер долго сидел за столом, пытаясь разобраться в собственных мыслях. Действительно, он нервничал так, словно каждая новая попытка связаться с больной была предвестием беды. Но с какой стати? Чего он так боится?

Она заболела, вот и все. Просто грипп.

Но шепот прошлого все настойчивее звучал в его возбужденном мозгу, и Тернер, как ни старался, не мог его заглушить.


Следующим утром Сьюзан Уортин, еще не полностью оправившаяся от болезни, сидела на втором этаже автобуса.

«Ты окончательно сошла с ума», — повторяла стучавшая в ее висках кровь. В голове ее словно плескалась какая-то отвратительная жидкость, легкие разрывались, как будто Сьюзан вместо воздуха вдыхала ядовитые пары средства для очистки раковин, а руки и ноги то и дело выходили из повиновения. При каждом повороте автобуса Сьюзан теряла равновесие, а с ее желудком творилось нечто странное, и тот факт, что за последние четыре дня она ничего не ела, никак не влиял на периодически атаковавшие ее приступы тошноты, которые порой становились столь острыми, что подавляли все прочие ощущения. К тому же в автобусе было страшно холодно и необычайно шумно.

Сошла она с ума или нет, но именно звонок Тернера ознаменовал начало ее безумного состояния и заставил выйти в таком состоянии из дому. Когда и ее звонок подруге остался без ответа, Сьюзан забеспокоилась. Три следующих звонка, последний из которых был сделан в полночь, довели ее беспокойство до наивысшей точки, и успокаивать себя тем, что, возможно, ничего страшного не случилось, Сьюзан уже не могла. Вышло так, что состояние Тернера, как бы он ни старался прикрыть свою тревогу сухим безразличием, в полной мере передалось и ей. Его безразличие могло бы обмануть Сьюзан, если бы она не знала правду.

«Все в прошлом, Сьюзан. Эта история однажды началась, и рано или поздно она должна была закончиться. Теперь, когда он женился, мне нужно найти другую работу. Я даже не хочу, чтобы он знал, где я живу».

Эти слова, словно приговор, вновь прозвучали в ее мозгу, прорвавшись сквозь пелену горечи.

Сьюзан с трудом, превозмогая боль, вышла из автобуса и оказалась напротив муниципального строения с облупившимся фасадом. Начался дождь, а она и не подумала захватить зонт — эта мысль вообще не пришла ей в голову. Она чувствовала себя настолько плохо, что несколько дождевых капель не могли ухудшить ее состояние, так, по крайней мере, она полагала. Но когда полило как из ведра, мнение Сьюзан переменилось. Лучше уж быть почти сухой, чем почти насквозь мокрой.

Улица, на которую ее привез автобус, была длинной, скучной и к тому же заваленной мусором, что придавало ей вконец неприветливый вид. Это впечатление только усиливало нависшее над Сьюзан мрачное здание госпиталя и медицинской школы — квадратное оранжево-красное строение, создавая которое неизвестный архитектор явно принес красоту в жертву полезной площади. Те несколько людей, что прошли навстречу Сьюзан, по-видимому, не всадили в нее нож только потому, что им помешала вызванная сыростью апатия. Ко всему прочему ее облаяла непонятно откуда взявшаяся собака, выказавшая при этом необычайную злость и с остервенением заскрежетавшая когтями по тротуару.

Сьюзан редко навещала подругу, а потому знала этот район довольно плохо. Всякий раз, когда она оказывалась здесь, ее томили дурные предчувствия. Если конец света когда-нибудь наступит, думалось ей, то в местах, подобных этому, его встретят с облегчением.

«Почему ты решила жить здесь?»

Сьюзан закашлялась, и ей пришлось остановиться. Она знала, что за приступом кашля непременно последует столь же сильный приступ боли. Увы, она не ошиблась: еще целых пять минут она была не в силах двигаться дальше.

Вечер выдался серым, промозглым и неприятным, но все же было достаточно светло, чтобы увидеть, что этот район города далек от процветания. Похоже, некоторые его жители были уверены, что огороженные участки перед их домами являются не садиками, а персональными мусорными свалками, выделенными щедростью муниципалитета для сброса туда всех возможных нечистот. Кое-кто использовал эти участки как клетки для животных, но кого именно из братьев меньших там содержали, разобрать было невозможно, да Сьюзан и не стремилась это выяснить. Единственной приметой цивилизованного мира здесь были спутниковые тарелки, торчащие возле едва ли не каждого окна и придававшие улице вид обсерватории.


Еще от автора Кит Маккарти
Пир плоти

В анатомическом музее при лондонской медицинской школе святого Бенджамина обнаружено изуродованное тело молодой девушки (как вскоре выясняется, одной из студенток), картинно подвешенное к куполообразному потолку зала. Скоропалительные действия полиции приводят к аресту невиновного, который налагает на себя руки в тюремной камере. Между тем не замеченные официальным следствием факты выводят патологоанатома Джона Айзенменгера, адвоката Елену Флеминг и бывшего полицейского Боба Джонсона, предпринявших собственное независимое расследование дела, на иной круг подозреваемых, среди которых — сокурсники и преподаватели погибшей, а также куратор музея.


Мир, полный слез

Новая книга детективного цикла английского писателя Кита Маккарти о патологоанатоме Джоне Айзенменгере и адвокате Елене Флеминг – следует за романами «Пир плоти», «Тихий сон смерти» и «Окончательный диагноз».Елена и Айзенменгер гостят в замке Вестерхэм, принадлежащем семейству Хикман – давним друзьям Елены. Неожиданно приходит известие о том, что в лесу на границе поместья обнаружен сгоревший автомобиль с трупом внутри. В ходе расследования инцидента открываются сенсационные факты, проливающие неожиданный свет на мрачные тайны владельцев Вестерхэма и на обстоятельства трагической гибели родителей самой Елены.


Окончательный диагноз

Новые расследования паталогоанатома Джона Айзенменгера. «Окончательный диагноз», третий роман английского писателя Кита Маккарти, сюжетно продолжает его предыдущие книги («Пир плоти» и «Тихий сон смерти») и вовлекает постоянных героев авторского детективного цикла — Джона Айзенменгера, Елену Флеминг и Беверли Уортон — в новое запутанное и опасное расследование. Жестокое убийство Дженни Мюир, найденной в саду собственного дома с изъятыми внутренностями и мозгом, заставляет вспомнить о серии аналогичных убийств, потрясшей Лондон четырьмя годами ранее.


Рекомендуем почитать
Разговор с Безумцем

У Джереми Смита есть все, к чему стремится среднестатистический зрелый человек, выбравший стандартный жизненный сценарий. Он — талантливый врач, любящий муж и прекрасный отец. Стараясь не обращать внимания на назойливые вопросы внутреннего голоса, Джереми продолжает оставаться в рутине будней и делать то, что должен делать порядочный глава семейства. Однако скоро едкие сомнения все же берут верх, толкая главного героя к ужасному выбору. И заодно — к краю пропасти. Пропасти, полной настоящего безумия… Комментарий Редакции: Страшно — но не потому, что жутко, а потому, что слишком понятно, близко и очень глубоко.


Зрачок истины

Чтобы сделали вы, если бы ваша ученица покончила с собой и в предсмертной записке обвинила в содеянном вас? Именно это происходит с Олесей Скрипниковой в самом начале её учительской карьеры. В попытке доказать свою невиновность Олеся раскрывает страшные тайны покойной ученицы и ставит собственную жизнь под угрозу. Страх, предательство, череда неслучайных смертей и только один шанс раскрыть настоящего убийцу, который ближе, чем кажется, и он не намерен оставлять свидетелей.


Реестр убийцы

В Риме безжалостно убита юная американская теннисистка. Доктора Кей Скарпетту, прибывшую в Италию из США на симпозиум, посвященный проблемам судебной медицины, привлекают в качестве консультанта…Вернувшись на родину, Кей обнаруживает связь между этим преступлением и убийством мальчика, истерзанное тело которого найдено в болоте неподалеку от города. Вскоре к этим двум преступлениям добавляется третье — зверское убийство женщины в роскошном приморском особняке…Скарпетте и прежде приходилось иметь дело с серийными убийцами.Но ни разу еще загадка не была так близка — и так далека.Ведь не каждый маньяк выслеживает жертву по темным глухим закоулкам.


Смертельно опасные решения

Убийство девятилетней девочки.Таинственная гибель двух братьев-близнецов.Бесследное исчезновение девушки, чьи останки впоследствии обнаружены на другом конце страны.Неужели между этими трагедиями есть связь?Патологоанатом Темперанс Бреннан, которая проводит судебно-медицинскую экспертизу, уверена: такая связь существует.Она начинает собственное расследование – и постепенно понимает: за всеми этими смертями стоит банда убийц, вот уже много лет скрывающаяся под вывеской обычного байкерского клуба.Но это открытие может стоить жизни ей самой…


Последняя инстанция

Оборотень. Маньяк-убийца, чьи преступления поражают нечеловеческой, звериной жестокостью.В Ричмонде он изувечил и убил уже двух женщин. Третьей жертвой едва не стала судмедэксперт Кей Скарпетта.Но теперь, когда дело Оборотня передают из Ричмонда в Нью-Йорк, Кей понимает, что полиция попросту пытается замять скандал, в центре которого она оказалась.А это значит, что маньяку не предъявят обвинения за ричмондские преступления.Неужели Кей не удастся воздать ему по заслугам?Нет. Она не из тех, кто сдается без боя...


Мутант

Виктор Фрэнк-младший – ребенок, зачатый в пробирке и появившийся па свет из утробы “суррогатной” матери, который еще в младенческом возрасте проявил феноменальные умственные способности. Но эти способности он направил на создание подпольной лаборатории генной инженерии, где стал проводить опасные эксперименты и попутно выращивать коку для наркомафии.


Убийственная тень

Впервые на русском языке публикуется мистический триллер «Убийственная тень», принадлежащий перу итальянского романиста Джорджо Фалетти – автора знаменитых бестселлеров «Я убиваю» и «Нарисованная смерть».Действие книги разворачивается в маленьком американском городке Флагстафф в штате Аризона. Калеб Келзо, владелец кемпинга, с трудом сводящий концы с концами, находит в лесной пещере старинный золотой сосуд, а вскоре его старый друг Джим Макензи, спустя десятилетие вернувшийся в родной город, находит труп самого Калеба с искаженным лицом и переломанными костями.Эта смерть кладет начало целой череде убийств, в расследование которых наряду с Джимом оказываются вовлечены его прежняя подруга Эйприл, его бывший одноклассник детектив Роберт Бодизен и его старый друг индеец Чарли Бигай.


Третий выстрел

Сборник новелл представляет ведущих современных мастеров криминального жанра в Италии – Джорджо Фалетти, Сандроне Дацьери, Андреа Камиллери, Карло Лукарелли и других. Девять произведений отобраны таким образом, чтобы наиболее полно раскрыть перед читателем все многообразие жанра – от классического детектива-расследования с реалистическими героями и ситуациями (К. Лукарелли, М. Карлотто, М. Фоис, С. Дацьери) до абсурдистской пародии, выдержанной в стилистике черного юмора (Н. Амманити и А. Мандзини), таинственной истории убийства с мистическими обертонами (Дж.


Ты – мое сокровище

Выдержанная в стилистике черного юмора абсурдистская пародия о незадачливом пластическом хирурге, который во время операции в страхе быть арестованным за хранение наркотиков спрятал пакет с кокаином в грудь актрисы.


И дольше века длится день…

Самый верный путь к творческому бессмертию — это писать с точки зрения вечности. Именно с этой позиции пишет свою прозу Чингиз Айтматов, классик русской и киргизской литературы, лауреат престижнейших премий. В 1980 г. публикация романа «И дольше века длится день…» (тогда он вышел под названием «Буранный полустанок») произвела фурор среди читающей публики, а за Чингизом Айтматовым окончательно закрепилось звание «властителя дум». Автор знаменитых произведений, переведенных на десятки мировых языков повестей-притч «Белый пароход», «Прощай, Гульсары!», «Пегий пес, бегущий краем моря», он создал тогда новое произведение, которое сегодня, спустя десятилетия, звучит трагически актуально и которое стало мостом к следующим притчам Ч.