Такие дела - [4]

Шрифт
Интервал

Вот подхватили мы тело, одели в гардеробе и под белы ручки на улицу, где уж такси дожидаются, нами же и прикормленные. На руках его к Игорьку, который как раз подъехал, а тот и адрес знает, поскольку не раз и не два подвозил. Вдруг - бух-плюх что-то рядом, а не рассмотреть как следует, темно уже... Подвели, Гия заталкивает клиента на заднее сидение, а я вернулся на то место, где звук услышал... Мама родная, лопатник чуть ли не в руку толщиной, сердце аж подскочило до самых гланд. Поднимаю, открываю возле фонаря: пых оттуда по глазам - документы, права и много-много денежных знаков разного достоинства и гражданства. А Никифоров наполовину очнулся и в машину лезть не хочет, а Гия, наоборот, его туда впрессовывает, уминает. Я сунул бумажник в карман, пошел помогать, но тут они как раз и без меня управились. Гия вручил Игорьку купюру, показал кулак, подмигнул, и мы обратно пошли.

- Слушай, Гия, ты вроде его домашний знаешь? - я крутанул пальцем, словно номер набираю.

- Есть где-то, а что?

- А вот что. - Я вынул бумажник из кармана, показал. - Кефир обронил, вернуть бы надо, я побоялся через Игорька.

Гия смотрит на меня внимательно так:

- А ты уверен, что надо возвращать? Документы - да, а бабки наверняка не последние. Сколько там?

- Какая разница?

- Ну, любопытно же?

- Сейчас посмотрим.

Это мы в подсобку на пять минут ушли, типа костюмы в порядок привести, дверь на ключ, считаем - общим чохом в переводе на баксы две тысячи с малюсеньким хвостиком, по штуке на брата получается. Это сейчас две тонны баксов - крупная сумма денег, а тогда это было целое состояние: приличную свадьбу в кабаке отпраздновать - в сотню можно было уложиться. В сотню вшивых зеленых баксов! Вспоминаю, и самому не верится. Никифоров со всеми наворотами на десятку нагулял, но заплатит двадцать. Так я помыслил про себя, посчитал, а сам говорю вслух:

- Нет, дарагой, не наши это дэньги. Если хотя бы пара-другая миллиончиков в баксах - тогда можно было бы попытаться с совестью договориться, а так я лучше честным побуду. Да ну, не буду руки пачкать.

Гия кивнул в ответ и уже визитку протягивает:

- Звони.

Позвонил я его, кооператора Никифорова, жене, обрисовал что к чему, назвал сумму и в рублях, и в долларах, перечислил все документы, что в бумажнике были, откликнулся на "большое спасибо", объяснил, как нас найти и к кому подойти, обратиться и дальше - в зал, службу нести...

Проходит еще пара недель, закончили мы дежурство под утро, тяжелое получилось, кстати, сидим в пустом зале я и Гия, хлопнули по стопке, закусываем.

- Игнат, есть одно дело, надо обсудить.

Я сразу почуял серьезность в голосе и сразу ушки торчком...

- Слушаешь, нет?

- Да, Гия, говори, я тебя слушаю очень внимательно.

- Расслабься, не в долг прошу. Разговор серьезный, но хороший.

- Совсем здорово, считай, что удвоил внимание.

- У меня есть земляк, супербогатый человек, миллионами ворочает, ваши зовут его Кацо, у него с братом магазины и склады, там нужно охранять. Люди честные требуются, а платят хорошо.

- Хорошо - это сколько?

- Полторы штуки за сутки дежурства. Деревянными, конечно.

- Ох ты... Хорошо... Но странно что-то, Гия, почему много так?

- Нет, - Гия аж головой замотал для убедительности, - никаких темных дел там нету, ни убийств, ни наркоты, зуб даю. (Зачем мне его зуб?..) Просто обороты у них сумасшедшие и не резон экономить на важном, а честная охрана - это очень важно. Я тебя рекомендую, а сам я уже месяц там подхалтуриваю. (Трудовые книжки наши в кабаке лежат, в отделе кадров, поэтому мы здесь работаем, а в остальных местах - калымим, халтурим, в общем - подрабатываем.) - Я сразу же вспомнил ту историю с бумажником, но виду не подаю:

- А платят помесячно или как?

- Сразу. Отдежурил - получи, там это четко, без задержек.

- По ведомости, под роспись?

- Ну... Что-то в этом роде.

- Налоги?

- Какие налоги, слушай? Там что тебе, профсоюз? Заработал - все твое. Если ты такой честный - пойди в исполком и заплати.

- Я честный, но не настолько. Ты не кипятись, родной, раз уж мы о деле заговорили - ясность должна быть. Прав я?

- Какая тебе еще ясность?

- Сколько дежурств в месяц?

- По-разному, шесть-восемь. Иногда девять. У меня восемь было.

- Оружие?

- Дают наган, оформляют как вневедомственную, но это их проблемы, я не ковырялся.

- Не понял, как это, как вневедомственную?

- Ну не знаю я как? Наган дают, ответственность на них, а ты в табеле расписываешься.

- Только охранять надо? Или там сгружать-разгружать?

- Только охранять. И не совать руки и нос, куда не просят. И вообще они захотят сначала на тебя посмотреть, типа познакомиться.

- Ну так веди, познакомимся.

- Э, какой быстрый. Сначала домой зайти надо, мыться-бриться, отдохнуть. А сегодня в три встречаемся на Маяковской - и вперед.

Вперед так вперед, полторы тысячи за смену на дороге не валяются. Впрочем, поглядеть еще надо, что за работа... Но - вон Гия работает, значит, и я смогу... Обидно будет, если это какая-то левизна с криминалом. В криминал не полезу, это я про себя четко решил.

Так я стал склады охранять для грузинских миллионеров, братьев Кацо. Кацо - это прозвище, а фамилию я забыл, помню, что "швили". Я всегда забываю ставшее ненужным, в моем деле это большое достоинство и для себя самого, и для клиентов. Да, вспомнил сказать: посмотрели мы с работодателями друг на друга и противопоказаний не обнаружили.


Еще от автора О’Санчес
Кромешник

Сага-небыль о Кромешнике, пацане, самостоятельно решившем, кем и каким он будет в жизни. Решившем – и сделавшем. Кромешник стал последним Ваном – высшим в иерархии уголовного мира государства Бабилон.


Воспитан рыцарем

«Воспитан рыцарем» – первый роман о Древнем Мире из эпопеи ХВАК.Представьте себе Древний Мир, населяющий Землю сто пятьдесят лет назад, в мезозое, и живущий по своим сказочным законам. В этом мире есть место всему: героям, злодеям, богам, тироннозаврам, схваткам на мечах… В Древнем Мире жизнь полна опасностей, и люди там – под стать Древнему миру богатыри и герои, буйные, благородные, странные, бесшабашные, мудрые среди которых самые загадочные – Хвак и Зиэль.К Древнему Миру подступают Морево, неведомая угроза, способная уничтожить все живое и разумное, кому как не героям ее остановить?


Дом и война маркизов короны

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Зиэль

Жажда войны и жажда власти — вот главные силы, определяющие всю жизнь, весь уклад Империи.Империя же — центр Древнего Мира, сердце его. Так называемое Морево, конец света, долго подкрадывалось к Древнему Миру — и вот хлынуло на просторы Империи, дабы стереть с лица земли всех ее обитателей.Но обитатели эти — люди, звери, демоны — вовсе не желают сдаваться и принимают бой с жутким безглазым воинством, потому что привыкли к битвам, потому что сражения — это то, чем испокон веков живет и дышит Империя.


Я — Кирпич

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Что может быть круче своей дороги?

Роман завершен. Я хотел, чтобы роман вышел необычным, но чтобы необычность его проступала перед читателем постепенно. Я надеюсь, что роман вышел захватывающим, но он — не фэнтези и не боевик. Название романа — великое дело. Для этого романа я искал его года два. И придумал, и удивлен, насколько хорошо оно подходит. «СУТЬ ОСТРОВА» — вот его название. Роман состоит из двух равных частей, каждая из которых имеет свое подназвание. Первая часть: «Суть острова» Вторая часть: «Суть острова» В первом случае слово «суть» существительное, во втором — глагол множественной формы (суть = имеют место быть), в первом случае слово «острова» — существительное единственного числа в родительном падеже, во втором — «острова» — существительное множественного числа в именительном падеже.


Рекомендуем почитать
Плакали чайки

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Дневник больничного охранника

«Дневник больничного охранника» — новая книга лауреата премии «Русский Букер» Олега Павлова, автора романов «Казенная сказка» и «Асистолия» — продолжает его пронзительную исповедальную прозу. Это хроника приемного отделения обыкновенной московской больницы. Между «Записками из мертвого дома» Достоевского и «Колымскими рассказами» Шаламова прошло ровно сто лет, и легко догадаться, сравнивая данные этих двух контрольных точек, какой путь прошло русское общество, в какую сторону двигалось… От «Ракового корпуса» Солженицына до «Дневника больничного охранника» Олега Павлова — дистанция всего в полвека.


Гарики из Атлантиды. Пожилые записки

«Гарики» — четверостишия о жизни и о людях, придуманные однажды поэтом, писателем и просто интересным человеком Игорем Губерманом. Они долго ходили по стране, передаваемые из уст в уста, почти как народное творчество, пока не превратились в книги… «Гарики из Атлантиды» — утерянная на долгие годы и совсем недавно обретенная автором самиздатовская часть «гариков».А еще автор решил, что давно пора написать книгу воспоминаний. Так и родились «Пожилые записки» — остроумные и честные, как и вся проза Игоря Губермана.


Сорок из Северного Далласа

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Спринтер

4-ое место на конкурсе "Про / За", 2007 г.


На ферме в былое время

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.