Стихи разных лет - [7]
2
На каждый звук есть эхо на земле. У пастухов кипел кулеш в котле, Почемывались овцы рядом с нами И черными стучали башмачками. Что деньги мне? Что мне почет и честь В степи вечерней без конца и края? С Овидием хочу я брынзу есть И горевать на берегу Дуная, Не различать далеких голосов, Не ждать благословенных парусов.
3
Где вьюгу на латынь Переводил Овидий, Я пил степную синь И суп варил из мидий.
И мне огнем беды Дуду насквозь продуло, И потому лады Поют как Мариула,
И потому семья У нас не без урода И хороша моя Дунайская свобода.
Где грел он в холода Лепешку на ладони, Там южная звезда Стоит на небосклоне.
4
Земля неплодородная, степная, Горючая, но в ней для сердца есть Кузнечика скрипица костяная И кесарем униженная честь.
А где мое грядущее? Бог весть. Изгнание чужое вспоминая, С Овидием и я за дестью десть Листал тетрадь на берегу Дуная.
За желть и желчь любил я этот край И говорил: - Кузнечик мой, играй! И говорил: - Семь лет пути до Рима!
Теперь мне и до степи далеко. Живи хоть ты, глоток сухого дыма, Шалаш, кожух, овечье молоко.
МАЛЮТКА ЖИЗНЬ
Я жизнь люблю и умереть боюсь. Взглянули бы, как я под током бьюсь И гнусь, как язь в руках у рыболова, Когда я перевоплощаюсь в слово.
Но я не рыба и не рыболов. И я из обитателей углов, Похожий на Раскольникова с виду. Как скрипку, я держу свою обиду.
Терзай меня - не изменюсь в лице. Жизнь хороша, особенно в конце, Хоть под дождем и без гроша в кармане, Хоть в Судный день - с иголкою в гортани.
А! этот сон! Малютка жизнь, дыши, Возьми мои последние гроши, Не отпускай меня вниз головою В пространство мировое, шаровое!
ПОСРЕДИНЕ МИРА
Я человек, я посредине мира, За мною мириады инфузорий, Передо мною мириады звезд. Я между ними лег во весь свой рост Два берега связующее море, Два космоса соединивший мост.
Я Нестор, летописец мезозоя, Времен грядущих я Иеремия. Держа в руках часы и календарь, Я в будущее втянут, как Россия, И прошлое кляну, как нищий царь.
Я больше мертвецов о смерти знаю, Я из живого самое живое. И - боже мой! - какой-то мотылек, Как девочка, смеется надо мною, Как золотого шелка лоскуток.
ТИТАНИЯ * (* из "Сна в летнюю ночь" Шекспира)
Прямых стволов благословение И млечный пар над головой, И я ложусь в листву осеннюю, Дышу подспудицей грибной.
Мне грешная моя, невинная Земля моя передает Свое терпенье муравьиное И душу крепкую, как йод.
Кончаются мои скитания. Я в лабиринт корней войду И твой престол найду, Титания, В твоей державе пропаду.
Что мне в моем погибшем имени? Твой ржавый лист - моя броня, Кляни меня, но не гони меня, Убей, но не гони меня.
ШИПОВНИК
Т.О.-Т.
Я завещаю вам шиповник, Весь полный света, как фонарь, Июньских бабочек письмовник, Задворков праздничный словарь.
Едва калитку отворяли, В его корзине сам собой, Как струны в запертом рояле, Гудел и звякал разнобой.
Там, по ступеням светотени, Прямыми крыльями стуча, Сновала радуга видений И вдоль и поперек луча.
Был очевиден и понятен Пространства замкнутого шар Сплетенье линий, лепет пятен, Мельканье брачущихся пар.
ГОЛУБИ
Семь голубей - семь дней недели Сквевали корм и улетели, На смену этим голубям Другие прилетают к нам.
Живем, считаем по семерке, В последней стае только пять, И наши старые задворки На небо жалко променять:
Тут наши сизари воркуют, По кругу ходят и жалкуют, Асфальт крупитчатый клюют И на поминках дождик пьют.
АНЖЕЛО СЕККИ
- Прости, мой дорогой мерцовский экваториал!
Слова Секки
Здесь, в Риме, после долгого изгнанья, Седой, полуслепой, полуживой, Один среди небесного сиянья, Стоит он с непокрытой головой.
Дыханье Рима - как сухие травы. Привет тебе, последняя ступень! Судьба лукава, и цари не правы, А все-таки настал и этот день.
От мерцовского экваториала Он старых рук не в силах оторвать; Урания не станет, как бывало, В пустынной этой башне пировать.
Глотая горький воздух, гладит Секки Давным-давно не чищенную медь. - Прекрасный друг, расстанемся навеки, Дай мне теперь спокойно умереть.
Он сходит по ступеням обветшалым К небытию, во прах, на Страшный суд, И ласточки над экваториалом, Как вестницы забвения, снуют.
Еще ребенком я оплакал эту Высокую, мне родственную тень, Чтоб, вслед за ней пройдя по белу свету, Благословить последнюю ступень.
СТАНЬ САМИМ СОБОЙ
Werde der du bist.
Гете
Когда тебе придется туго, Найдешь и сто рублей и друга. Себя найти куда трудней, Чем друга или сто рублей.
Ты вывернешься наизнанку, Себя обшаришь спозаранку, В одно смешаешь явь и сны, Увидишь мир со стороны,
И все и всех найдешь в порядке. А ты - как ряженый на святки Играешь в прятки сам с собой, С твоим искусством и судьбой.
В чужом костюме ходит Гамлет И кое-то про что-то мямлит, Он хочет Моиси играть, А не врагов отца карать.
Из миллиона вероятий Тебе одно придется кстати, Но не дается, как назло, Твое заветное число.
Загородил полнеба гений. Не по тебе его ступени, Но даже под его стопой Ты должен стать самим собой.
Найдешь и у пророка слово, Но слово лучше у немого, И ярче краска у слепца, Когда отыскан угол зренья И ты при вспышке озаренья Собой угадан до конца.
КАРЛОВЫ ВАРЫ
![Избранные стихи](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Стихотворения разных лет](/storage/book-covers/a0/a0a9f19210b2382b9b8f491ed556258230fb34a2.jpg)
Сборник включает в себя лучшие стихотворения известного русского поэта — Арсения Александровича Тарковского (1907–1989).Тарковский А. А. занял в русской поэзии особое место. Ориентируясь не на «школы», а на высокие образцы поэтического творчества М. Цветаевой, А. Ахматовой, О. Мандельштама, он сумел донести до нас в условиях жесткого эстетического диктата традиции Серебряного века в целом, придав им неповторимое индивидуальное преломление.Поэтика Арсения Тарковского оказала прямое воздействие на кинематографический мир сына — режиссера Андрея Тарковского: в фильме «Зеркало» звучат стихи «Первые свидания», ставшие неотъемлемой частью этой картины.
![Избранное: Стихотворения. Поэмы. Переводы](/storage/book-covers/7e/7e681a4bff3f11409234a11815c25dcf5d076061.jpg)
Тарковский А. А. Избранное: Стихотворения; Поэмы; Переводы, 1929–1979. /Вступит, статья С. Чупринина. — М.: Худож. лит., 1982.— 736 с. В книгу входят оригинальные стихотворения, поэмы, а также избранные переводы (с арабского, туркменского, армянского и грузинского языков), созданные А. Тарковским за пятьдесят лет его творческой деятельности.
![Стихотворения. Поэмы](/storage/book-covers/53/539bc29128a6f6b1c2f367c8e0f989e4111d2111.jpg)
Творчество Арсения Тарковского (1907–1989) представляет собой значительное явление в русской поэзии. Д. С. Лихачев считал А. А. Тарковского крупнейшим поэтом XX века, а его поэзию «удивительной чистоты врачевательным искусством». Творчество Тарковского, истоки которого идут от классической стихотворной традиции, отличается свободой поэтического голоса, полнотой звучания, точностью рифмы.Целостная картина художественного мира поэта противостоит хаосу и отстаивает гармонию Человека и Вселенной.В сборник включены избранные стихотворения и поэмы, комментарии к ним, автографы стихотворений, рисунки автора, редкие фотографии.
![Стихи](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Черта горизонта: Стихи и переводы. Воспоминания о Марии Петровых](/storage/book-covers/43/43ef7afcbd207b65ce5a1c99f9bfdda10b68c604.jpg)
Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней.