Смотри в природу ума. Классический учебник по практике Махамудры - [10]
Последний, если хочет, может принять позу, описанную выше.
Затем учитель говорит:
«Позволь уму быть максимально естественным, не пытайся его исправлять. Теперь взгляни – правда ли, что все твои мысли, и грубые, и тонкие, утихают сами собой? Покойся ровно и смотри, остается ли ум неподвижным в своем естестве».
Мастер позволяет ученику некоторое время наблюдать. «Это называется „шинэ“, пребывание в покое».
«В этом состоянии не позволяй осознаванию тускнеть, становиться рассеянным или безучастным. Разве не правда, что ты не можешь вербально описать отличительные черты этого ума или сформулировать суждение о нем? Разве не верно, что это совершенно не поддающаяся определению, сознательная, свободная и ясная пробужденность, знающая самоё себя?
В ровном состоянии смотри, чтобы увидеть, не есть ли это переживание без переживаемого объекта».
Учитель позволяет ученику наблюдать, а затем добавляет: «Это называется „лхагтонг“, проникающее видение».
«Эти две техники медитации объясняются в определенной последовательности, одна за другой. Но в действительности шинэ и лхагтонг не отделены друг от друга. Посмотри – возможно, это шинэ есть тот лхагтонг, который не поддается определению, то естественное осознавание, знающее самоё себя. Посмотри также – возможно, этот лхагтонг есть шинэ, медитация неподвижного пребывания в естественном состоянии, не запятнанном концептуальными признаками. Ровно покойся и наблюдай».
Здесь учитель опять дает ученику время понаблюдать и произносит: «Это называют единством шинэ и лхагтонга».
«Оба эти состояния содержатся в твоем сегодняшнем уме. Узнавание и переживание этого называют рождением медитационной практики.
У всего этого множество наименований: Будда-ум; суть ума всех существ; нерожденное Состояние истины; то, каким все является на самом деле; совозникающий ум; изначальное осознавание; Великая печать и так далее. Именно на это нацелены и к этому ведут все сутры, тантры, подлинные трактаты и наставления».
После этих слов учитель, если хочет, может привести несколько цитат из классических текстов, чтобы пробудить в ученике еще больше доверия. Но чересчур длинные объяснения могут запутывать людей с недалекими умами, поэтому иногда вполне достаточно сказать следующее:
«Вот в общих чертах смысл этой практики. Позволь уму быть таким, как он есть, а мысли пусть растворяются сами собой. Вот твой изначальный ум – не поддающееся определению естественное осознавание, знающее само себя. Оставайся непоколебимо в этом потоке и не отвлекайся.
Во время повседневных занятий и в перерывах тоже всячески старайся поддерживать такую внимательность.
Нужно настойчиво продолжать эту тренировку на протяжении нескольких дней. Иначе есть опасность, что это видение сути ума, наконец-то с трудом обретенное, ускользнет прочь».
Теперь медитирующий должен практиковаться в этом определенное время.
2.1.2. Указание на изначальное мышление
Ученик снова садится в позу медитации перед Мастером, и последний произносит:
«Позволь уму оставаться таким, как он есть. Когда мысли успокоились сами собой, ум является неосязаемой ясной пустотой. Не отвлекайся и смотри прямо в природу этой обнаженной осознанности.
Теперь пусть резко появится мысль – например о наслаждении. Позволь ей обрести форму. В то самое мгновение, когда она отчетливо возникает, гляди непосредственно на ее особенности из своего состояния ясности-пустоты.
Теперь смотри: является ли эта мысль неосязаемым и обнаженным состоянием сознательной пустотности? Или она совершенно неотличима от природы самого изначального ума?»
Пусть практикующий некоторое время наблюдает. Он может ответить: «Это сама ясность-пустота. Похоже, разницы нет».
«Но это пустота после ухода мысли? Или она становится пустотой, когда мысль устраняется за счет медитации? Или именно отчетливость мысли и есть сознательная пустота?»
Если ученик выберет один из первых двух ответов, значит, он не прояснил для себя то, что казалось непонятным, и потому должен ненадолго вернуться к наблюдению за умом и устранить недоразумения. Но если его личный опыт соответствует третьему ответу – следовательно, он увидел подлинную сущность мысли. Значит, ему можно дать следующее наставление, способствующее введению в природу ума:
«Когда смотришь на природу мыслей, не стремясь ни растворить их, ни прогнать с помощью медитации, их отчетливость сама по себе есть неописуемое и обнаженное состояние ясности-пустоты. Мы называем это видением естественного лица изначально присущего мышления или говорим, что „мысль проявляется как Состояние истины“.
Раньше, когда ты определял свойства мысли и изучал спокойный и подвижный ум, ты обнаружил, что нет ничего, кроме этого неуловимого ума – этого естественного осознавания, знающего самоё себя. Ум и мысли подобны океану и волнам.
Если это так, то есть ли различия между покоем и движением?
Есть ли разница между мышлением и немышлением?
Есть ли необходимость хранить безмятежный покой? Стоит ли гордиться им?
Ухудшается ли что-нибудь, если внезапно рождается мысль? Следует ли расстраиваться из-за нее? Если не заметишь этот скрытый обман, будешь страдать от „
![Махамудра, рассеивающая тьму неведения](/storage/book-covers/e7/e7085baa56f8b95fada4cb7ac9f356214f470ab1.jpg)
ОТ ИЗДАТЕЛЕЙНа русский язык книгу перевел Михаил Елинский в 1996 году с разрешения Беру Кьенце Ринпоче и д-ра А.Берзина. Ко второму изданию текст подготовлен сотрудниками издательства Шанг-Шунг Москва в 2002 году. Переводчики и редакторы просят прощения у читателей за любые возможные искажения смысла текста.