Сказки злого сказочника - [11]
— Ну, скажешь, эфиопа, — хозяйка сняла с головы праздничный платок и занялась хозяйством. — Эфиопы — они ж вообще не люди, просто какие-то демоны в человечьем обличье.
Хозяин обратил внимание на Сказочника, похлопал его по плечу и сказал:
— Зря ты не пошёл. А на завтра тебе занять местечко?
— А завтра что будет? — изумился Сказочник.
— Гвардейцы, наконец, поймали разбойника Горислейва — завтра его повесят.
— Ты опять проговорился! — упрекнула мужа хозяйка.
— У вас каждый день казни? — не мог поверить своим ушам Сказочник.
— В Городе Радости каждый день — праздник! Хочешь вина?
9. Элиза
Около полудня Злой Сказочник явился во дворец. Понятное дело, что его впустили не через парадный вход. Гвардеец в вышитом золотом мундире провёл его тёмным коридором в одну из башен, где Сказочника встретил немолодой уже мужчина в чёрном костюме. Он пожал Сказочнику руку:
— Много слышал о вас, правда, полагал, что вы уже покинули этот бренный мир, — скороговоркой пробормотал он. — Меня зовут Герсимер, я отец Элизы…
Придворный алхимик выглядел неважно, глаза его лихорадочно блестели, а пальцы рук дрожали.
— Моя дочь… она много проказничает… пугает всех ужасными историями, — продолжал он. — Я полагаю, что вы можете оказать мне услугу и посодействуете в воспитании дочери.
— Да, я могу, — кивнул Сказочник.
— А мне сейчас нужно убегать, — сказал Герсимер. — У меня множество дел. Весьма важных дел, да! Рождение магистериума не терпит отлагательства… А Элиза сейчас придёт…
И, продолжая бубнить что-то маловразумительное, алхимик удалился. Послышались лёгкие, быстрые шаги. Злой Сказочник задержал дыхание. Скрипнула тяжёлая дверь, и он, наконец, увидел Элизу. Она была совсем не похожа на золотоволосую девочку из сна. Сказочник еле сдержал вздох разочарования.
У Элизы были тёмные длинные прямые волосы, острый носик, её тёмные умные глаза смотрели настороженно. Одета девочка была в старое тёмно-коричневое платье. В руке она держала керосиновую лампу.
— Добрый день, Злой Сказочник! — вежливо поздоровалась она.
— Здравствуй, Элиза!
— Мой отец, как я понимаю, решил, что твои сказки пойдут на пользу моему воспитанию? — спросила девочка. Странно было слышать, что ребёнок говорит по-взрослому.
— У меня разные сказки…
Элиза недоверчиво хмыкнула.
— Ну, пойдём. Думаю, моя комната нам подойдёт. А почему ты не присутствовал на казни? Я тебя в толпе высматривала.
— Мне кажется, Элиза, это было не слишком подходящее зрелище для маленькой девочки, — сказал Сказочник.
— Может быть, — не стала спорить Элиза. — Неужели на старости лет Злой Сказочник стал читать морали? Но зато я хорошо усвоила, как легко одни люди могут отнять жизнь у других людей. Порой из-за какой-то ерунды.
Комнатка Элизы была крошечной, тут стояли две детские кроватки, в маленькое окошко с трудом пробивались лучи солнца.
— У принцессы Маргариты комната побольше и посветлее, — сказала Элиза, бросившись на одну из кроватей. — Но я не жалуюсь. Давай, начинай рассказывать. Дашь мне потом автограф?
Сказочник почувствовал себя сбитым с толку. Почему-то слова застревали у него в горле. Элиза, вопросительно изогнув бровь, посмотрела на него.
— Жил-был сказочник, который не умел рассказывать хорошие, добрые сказки… — начал он, наконец, повесть, но тут же Элиза бесцеремонно перебила его:
— Погоди-ка! Это ты про себя рассказываешь? А закончится всё тем, что ты сидишь в моей комнате, а я лежу на кровати, а ты рассказываешь мне эту сказку? Прекрати, это не ново! Мне неинтересно. То есть, возможно, твои приключения занимательны, но…
— Мне почему-то не хочется пугать тебя, Элиза…
Элиза рассмеялась и сказала:
— Думаю, мой отец заплатил тебе, чтобы ты рассказал мне нечто кошмарное! Я потом буду пересказывать эту сказку моему глупому брату Петеру.
— Ты не любишь своего маленького братца?
— Я его ужасно люблю! — и Элиза снова засмеялась.
Злой Сказочник задумался.
— Может быть, рассказать тебе сказку о Грустном Художнике и Красной Комнате?
— Страшную?
— Да.
Девочка не удержалась и подпрыгнула на кровати от восторга. Сказочник грустно выдохнул и начал:
— Жил-был молодой художник…
И стены комнаты Элизы волшебным образом вдруг приобрели красноватый оттенок…
10. Сказка о Грустном Художнике
Жил-был молодой художник. Он был красивый и жизнерадостный. Он любил рисовать красивые пейзажи и красивых людей, и картины у него получались тоже красивые. Однажды его позвали нарисовать портрет одной молодой девушки. Увидев её, он сразу же полюбил её, и портрет её был самым лучшим портретом в его жизни. Король даже хотел забрать этот портрет себе и повесить в своей галерее, но его позвали в крестовый поход, и он уехал.
А художник сделал девушке предложение, и они поженились. У художника была своя комната, светлая и с большими окнами, и молодожёны поселились в ней. Жили они весело и счастливо, но, к превеликому сожалению, недолго. Молодая жена заболела и скончалась. Художник был убит горем, с этого дня он навсегда опечалился, и все стали звать его Грустным Художником.
Спустя некоторое время после похорон он понял, что не в силах больше смотреть на чудесный портрет и изрезал его ножом на мелкие кусочки, как и другие картины, которые оказались в комнате. А потом художник взял ведёрко с красной краской и покрасил комнату, стены, пол и потолок в красный цвет. Так прошёл первый день.
![Проклятый](/storage/book-covers/a5/a54e05d1db109817fa7f61549cb0eeab4b2339ad.jpg)
«Я хотел лишь сбежать от проблем. Забыться на месяц в другом мире. Кто знал, что Массакрия преподнесет мне такой сюрприз? Стать „невольным“ тестером. Не начав играть нарваться на проблемы. Окунуться в жизнь закрытого общества. Стать изгоем на которого ведут охоту. Этого я хотел? Нет. Я хотел лишь сбежать от проблем. Забыться на месяц в другом мире…».
![Путь Белого Странника](/storage/book-covers/4b/4b1fb2b07243f8c1fde7772f57fc346895512679.jpg)
Путь человека тернист и извилист. А уж путь практикующего мага и вовсе лишён бытовой рутинной предсказуемости. Планы, в споре с событиями, способны сменять один другого с феерической быстротой, далеко не всегда своевременно советуясь о своих намерениях с хозяином. Если же маг ставит перед собой заведомо невыполнимую задачу, партия обещает быть особенно занимательной. По одному тузу из каждого рукава в пользу извилистости и непредсказуемости пути! А там и до джокера недалеко…
![Судьба](/storage/book-covers/3b/3b9cb238292aafcccc0dfd049e0ed286a8238880.jpg)
Гилтас Следопыт привел свой народ в новый рай — легендарную долину Инас-Вакенти. Но запретная долина привлекает и других. Искатели приключений и ученые, священники и сумасшедшие, злобные враги, все пришли туда. А кое-кто пришел из самой необитаемой долины. В это время, Кериансерай, наконец, воссоединилась со своим мужем, приведя на помощь беженцам свой отряд солдат с грифонами. Гилтас настаивает, что судьба эльфов лежит среди влажных туманов и бродячих призраков забытой долины, но никто не знает, прав ли он, или они с Львицей ведут азартную игру — а на кону выживание их народа.
![Альянсы](/storage/book-covers/8b/8bd57506adf1042491176b725663b44b0f97c257.jpg)
Пока эльфийские изгнанники борются за выживание в далеком королевстве Кхур, остающиеся в Квалинести эльфы сталкиваются с гонениями, порабощением и истреблением. Среди огромных страданий и безграничного зла появляется предводитель восстания — в маске, безымянный, обладающий странной властью — полный решимости очистить эту землю от захватчиков. В это время Кериансерай, Львица, кагонестийский генерал и жена Беседующего Гилтаса, волшебным образом переносится от неминуемой смерти в Кхуре в не менее отчаянное положение на свою бывшую родину.
![Последний Полет](/storage/book-covers/78/78feb28de2fa30b6dc3a7736fd268dc5f274c6e9.jpg)
Серые Стражи снова стали героями Тедаса: Архидемон повержен, а оставшиеся порождения тьмы загнаны обратно под землю. Мор окончен. По крайней мере, так кажется. Валья, молодая эльфийка-маг, недавно принятая в ряды Серых Стражей, получила задание изучить исторические записи прежних Моров, чтобы лучше понять новый - и тревожный - феномен, связанный с порождениями тьмы. В ходе её исследования Четвёртого Мора обнаружилось зашифрованное упоминание, нацарапанное на полях древней карты, а также спрятанный дневник Иссеньи - из последних легендарных наездников на грифонах.