Шотландский мегадивайс - [7]
И мы с ней, на разных языках, рассказали историку все, что я знала про тамплиеров. И даже рассказали, как я дружила с последним тамплиером в нашей стране (между прочим, уцелевшим после проклятого 1314 года) и как я искала посвящения. Но последний тамплиер меня не посвятил. Потому что я женщина. Но этот последний тамплиер пообещал, что если я призвана, то это меня найдет.
«И что же?» – спросили мы с Леной историка. Неужели он, историк, думает, что столь почтенный старец, последний, фигурально выражаясь, из могикан отечественных тамплиеров, говорил все это зря?! И неужели он, историк тамплиеров, готов вот так запросто обмануть мои ожидания и подвести столь почтенного человека?!
Иан сконфузился и сказал, что в орден меня не примут. Потому что я женщина.
Ага! Значит, все-таки есть, куда не принимать?
Надо было ковать железо, пока горячо. И мы с Леной вкрадчиво поинтересовались, куда, по его мнению, слились все тамплиеры Шотландии, когда орден запретили? Куда слились их последователи, сыновья, братья и прочие близкие мужского пола? Которых не сожгли?!
Иан сказал, что в Шотландии вообще никого не сожгли. Это же не вульгарные французы.
Тем паче! Ну?!!
И тут Иан позвал нас в гости.
Мы, пока он не передумал, прыгнули в машину и висели у него практически на заднем бампере до самого Эдинбурга, чтобы он не скрылся ненароком.
Он жил в подвальном этаже шикарного дома на центральной площади. К нему вела кованая чугунная калитка, а над калиткой возвышалось очень пафосное крыльцо. У двери стояли кеды для утренних пробежек. И туфли жены историка. Историк напоил нас чаем в зале, заставленном икеевской мебелью. И познакомил с женой. Жену звали Вивиан, как возлюбленную Мерлина. Только в отличие от коварной ведьмы эта была бухгалтершей. В кабинете Иана стояли книги про тамплиеров. Многие из таких стояли и у меня. Только у меня не висел в кабинете тамплиерский плащ. И не стоял тамплиерский церемониальный меч (потому что я женщина и путь в орден мне заказан).
Я спросила, откуда меч и плащ.
– А-а-а, – махнул рукой Иан, – это у нас в магазинчике продается. При ордене.
– Хм-м-м...
– После посвящения можно купить.
– Ясно, – сказала я. Хотя мне ничего не было ясно. Просто это слово я произношу по-английски с неплохим выговором.
Иан сказал, что тоже когда-то искал посвящения. И?писал работу про последнюю сохранившуюся святыню тамплиеров. Про голубой штандарт (блю блэнкет), под которым тамплиеры собирались в минуту опасности. И однажды он нашел этот голубой штандарт. Он пришел по найденному адресу. И так – слово за слово, прижился. И стал рыцарем-тамплиером.
(Я припомнила, что тоже читала что-то про этот штандарт. Господи! Да если бы я тогда не щелкала клювом, а вот так решительно кинулась бы и нашла место хранения! Тогда бы им было некуда деваться, раз я их рассекретила! И они были бы вынуждены принять меня в орден. Для безопасности. И я бы сейчас не мучалась, а просто бы сняла фильм про себя. Как я иду в белом плаще с крестом рядом с ведущей в белом плаще с крестом!)
– А где нашли блю блэнкет?
– Да здесь и нашел, – ответил Иан.
Он как-то просто (как это бывает в бредовом сне) взял ключи, отпер внутреннюю дверь наверх, на первый этаж. И снял сигнализацию. Там, на первом этаже, в стеклянной витрине висело это голубое одеяло! И еще там были залы. С реликвиями ордена тамплиеров и других орденов, которые объединились перед внешней угрозой современной истории. Там стоял огромный стол для заседаний. Это была официальная резиденция.
Я посмотрела на Иана и спросила: «Вы кто?»
Он высказался в том смысле, что с тех пор он и живет при одеяле. И при резиденции.
Выходило, что он Хранитель. Где-то третье лицо в ордене.
Потом Иан с женой отпаивали нас с Леной чаем. Жена жаловалась. Она и знать не знала, когда выходила замуж, что ее муж – тамплиер. А когда узнала, уже было поздно.
Она не то чтобы боялась, что его сожгут. Она негодовала, что он все вечера проводит либо на собраниях, либо в кабинете – пишет книги. А она думала, что они будут ходить в клубы и в кино.
Я робко поинтересовалась, нельзя ли мне все-таки в тамплиеры. По протекции столь высокопоставленного рыцаря. Но Иан был непреклонен. Потому что я женщина. И чтобы загладить вину за этот прискорбный факт, он согласился сниматься в нашей передаче и даже отвести ведущую в магазинчик.
– Вот, все – ведущей! – запричитала я. – Мне, между прочим, тоже идет белое!
Тогда Иан порылся на полке и подарил мне медальку ордена тамплиеров. Но я уже начала жадничать и решила извлечь максимальную пользу из его чувства вины.
Я сказала, что для визуального ряда грандиозного проекта самого грандиозного канала его плаща, его одеяла, его жены и его резиденции – маловато. И хорошо бы еще снять церемонию посвящения в орден.
Иан опешил. Потому что, с одной стороны, как соучастник, он уже болел за качество продукта. А с другой стороны, церемонии эти были строго засекречены. Чтобы ненароком не ворвались какие-нибудь короли-пироманы, как это уже случилось шесть веков назад.
Он сказал, что может познакомить нас с людьми, которые расшифровали музыку, зашифрованную в резьбе колонны в Рослинской часовне.
![17 м/с](/storage/book-covers/d4/d49ae089d5ad6cf84525dc9bac8e7f44cea6e7bd.jpg)
Книга «17 м/с» не имеет никакого отношения к синоптикам, хотя семнадцать метров в секунду — это именно та скорость ветра, при которой передаются штормовые предупреждения.«17 м/с» — это путешествие но жизни со скоростью ураганного ветра Берлин, Карибы, Панамский перешеек, Доминиона, Британские острова, Южная Африка…Все дело в размахе крыльев. Потому что главное в этой книге — это смешные и грустные, страшные и радостные метания смятенной, смущенной, но свободной души. «Запущенные лети со двора», стриптизеры из Липецка, олигархи, гениальные художники, водопроводчики, иллюзионисты — смятенные души закручены ураганным потоком жизни.
![Небо над Берлином](/storage/book-covers/ca/cad97624414210d89a34e8158ac8eb67166f6331.jpg)
Главное в этой книге – это смешные и грустные, страшные и радостные метания смятенной, смущенной, но свободной души. «Запущенные дети со двора», стриптизеры из Липецка, олигархи, гениальные художники, водопроводчики, иллюзионисты – смятенные души закручены ураганным потоком жизни. И жизнь эта, которая при первом рассмотрении немного напоминает дантовский ад, с высоты полета ищущих душ становится похожей на невероятную, странную сказку без плохого конца.И все это отлетает, как шелуха, когда поднимаешься со скоростью ураганного ветра вверх.И остаешься на сквозняке.В одиночестве.В предчувствии любви...
![Немножечко о сексе и смерти](/storage/book-covers/e9/e9a4b3d25f1b2e21fbc929704490fdfec2ab8a5b.jpg)
Я сказала кузине, что мы не претендуем на величие ни в двенадцатом, ни позже. Молекулу, например, можно похоронить в спичечном коробке. А я, например, вообще все свое возьму с собой. Я, например, возьму с собой пачку. Надену ее на себя.- Нет, - поразмыслив, сказала кузина. - Коробок - это еще куда ни шло. А пачка - это проблематично. Потому что ради пачки придется упаковку делать сложной формы. В виде юлы.Кроме того, говорит, ты подумай о людях. Ведь это делается для людей! Шоу же, говорит, должно продолжаться!Ценю! И верю! Потому что в этом моя кузина знает толк.
![Весь мир - чулан](/storage/book-covers/d9/d9a6e66f2fc0ff7bb669478ea24760db04856926.jpg)
В чулане живут симпатичные существа: рачительный кладоискатель Трезор Кладовкин, великий путешественник Топ Дорожкин, прекрасная Канючка Буфетная и умненький Механюк. Тесный мир чулана для них огромен, полон опасностей, населен драконами, великанами и страшилками, в нем есть священные книги, стеклянные горы, бездонные пропасти и бесценные сокровища. И что за беда, если великан окажется хозяйственной бабушкой, а сокровища — столовыми ложками, кнопками, пуговицами. Для Трезора, Топа, Канючки и Механюка все страхи и опасности — настоящие, как и подвиги, которые они совершают, осваивая этот огромный мир, изобретая его заново…
![Паноптикум](/storage/book-covers/9d/9dc7429610821b5c9fe90a41d559114f310a032e.jpg)
Сборник сатирических рассказов известного венгерского писателя Габора Годы. Предисловие Леонида Ленча. Рисунки Дьюлы Хинца.
![Поймать Шухевича!](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Финтифлюшки](/storage/book-covers/ef/ef376275b510e0f457406e9ce2e1ff73a5c7fa2c.jpg)
У Журавлева твердый характер. У Журавлева всё по науке. Но когда жена снова уехала в командировку, а инструкции о варке вермишели не оказалось на положенном месте, он слегка растерялся…
![Утраченный рецепт](/storage/book-covers/dd/dd8cf6848917ae6ebbb90c8bc39a0947297dc715.jpg)
Горящий светильник» (1907) — один из лучших авторских сборников знаменитого американского писателя О. Генри (1862-1910), в котором с большим мастерством и теплом выписаны образы простых жителей Нью-Йорка — клерков, продавцов, безработных, домохозяек, бродяг… Огромный город пытается подмять их под себя, подчинить строгим законам, убить в них искреннюю любовь и внушить, что в жизни лишь деньги играют роль. И герои сборника, каждый по-своему, пытаются противостоять этому и остаться самим собой. Рассказ впервые опубликован в 1905 г.