Сен-Жермен: Человек, не желавший умирать. Том 1. Маска из ниоткуда - [4]
Он задыхался в объятиях брата Игнасио.
Великое небо, как духовник мог исповедовать после этого? И исповедовался ли сам?
Искривленный агонией оргазма красный рот доньи Консепсьон и симметрично — ее пронзенные срамные уста.
Так было, пока дворцовый садовник, индеец, не заметил однажды, как он любуется желтыми колокольчиками дурмана.
— Трех листиков довольно, chico.[8] Одну ночь настоять в вине — и прощай! Навек в безумный сон!
И индеец разразился смехом, распахнув беззубый рот.
— Adios, mundo crudel![9]
Этот смех смущал душу, неотступно преследовал его.
Три листика.
В тот вечер в них словно дьявол вселился, наверняка из-за перемены места, давшей ощущение призрачной свободы. Они захотели повторить. Каждый уже выпил по бутылке вина. Он предложил перевести дух, промочив горло андалузским. И наполнил бокалы, вылив потом содержимое своего в большую вазу с аронником.
— Ангелочек, ты совратишь даже чертей в аду, — признался ему брат Игнасио.
— Una vez mas… La parrillada![10]
Висентино де ла Феи судорожно вздрогнул и проснулся. В горле пересохло, хотелось помочиться. Комнату уже наполнили нервным звоном первые вечерние комары.
Он сел на кровати, прерывисто дыша, потом помочился в жестяной горшок, отпил глоток воды из пористого глиняного кувшина и посмотрел на себя в зеркало. Пот смыл румяна, скрывавшие пушок на верхней губе. Он открыл плетеный чемодан, купленный в Веракрусе вместе с женским платьем; бросил взгляд на мужскую одежду, унесенную из дворца, и наконец достал бритву, чашку и мыло. Побрился с хирургической тщательностью. Потом наскоро освежился и достал просторный длинный халат из вышитого батиста, украденный у старшей дочери доньи Исабель, дуэньи. Осмотрев его, надел на себя, перетянул в талии шелковым пояском, сунул за пазуху кинжал, прихваченный в комнате графини, и спустился вниз перекусить, не забыв свою сумку, которую поставил под стул.
Ключ от ларца, осторожно снятый с графини, висел теперь на его собственной шее. На той же самой цепочке.
Трактирщица по-матерински позаботилась о нем, усадив за отдельным столом у окна. На фоне неба оттенка индиго цвели магнолии.
Едва Висентино притронулся к жаркому с картофельным салатом, как в зал шумно ввалились три человека с размашистыми жестами и, усевшись за стол, заказали вина и обильный ужин. Это были испанцы, судя по одежде — купцы. Они громко переговаривались между собой:
— …королевский улов! Губернатор этого не перенес. Помер с горя! В Мехико только об этом и говорят.
Висентино напряг слух.
— Ему еще повезло: только половину истории узнал. Графиня-то, его жена, наставляла ему рога с пажом и духовником!
Все трое затряслись от скабрезного смеха.
— Сразу с обоими?
— Представьте себе!
— И что с ней стало?
— Вернулась в Севилью. Похоже, наполовину спятила.
— А сокровище куда подевалось? — спросил один из сотрапезников.
— Тайна! Исчезло вместе с пажом. Я слышал, что этим делом очень заинтересовался сам инквизитор. Не знаю, то ли из-за пропавших драгоценностей, то ли из-за смерти духовника.
Висентино почувствовал, что бледнеет. К счастью, донья Ана экономила на свечах и в трактире было темновато. Кусок картошки застрял у него в горле, и он смог протолкнуть его, только сделав большой глоток вина.
— Такие драгоценности, — сказал другой сотрапезник назидательно, — не очень-то спрячешь. Когда мальчишка попытается их продать, тогда его и схватят. Описание драгоценностей, наверное, уже по всей Новой Испании разослано.
Это предположение вызвало новые, столь же развязные комментарии.
Сердце Висентино было готово выскочить из груди. Он слегка промокнул губы батистовым носовым платочком, вынутым из-за корсажа, вызвав новое восхищение трактирщицы столь изысканными манерами. Потом расплатился и поднялся в свою комнату, прерывисто дыша.
Да, он украл ларец. Но разве сама графиня и ее проклятый духовник не украли его жизнь? Что значат эти драгоценности по сравнению с ужасом и отвращением, которые он пережил?
Висентино задыхался.
И все же драгоценности важны, даже слишком важны, теперь он это понял: они подвергают его жизнь опасности.
Он нащупал кинжал за пазухой. Потом ключ на шее.
Эти обжоры правы: власти всех провинций Новой Испании наверняка располагают его описанием. И власти Флориды тоже. Ему надо срочно покинуть владения испанской короны. Бежать. Но куда? И как?
Неужели один кошмар будет вечно сменяться другим?
3. ТЕКЕСТА
Темнело, звуки на улице звучали все приглушеннее. Висентино лежал на кровати, погруженный в немое оцепенение, и ломал голову, как ему бежать из Новой Испании. В дверь постучали. Сердце снова подпрыгнуло в груди.
— Кто там? — спросил он через дверь.
— Это я, донья Ана, хозяйка.
Он напустил на себя побольше женственности, изобразил улыбку на губах, отодвинул защелку и приоткрыл дверь. Толчок трактирщицы застал его врасплох, а та, бесцеремонно вломившись, захлопнула за собой дверь и встала перед ним столбом, скрестив на груди руки. Уже одно это заставляло насторожиться. Но еще хуже была ее неподвижность — ироничная и немая. Висентино испуганно уставился на нее.
— Что происходит? — наконец спросил он слабым голоском.
Автор захватывающих бестселлеров Жеральд Мессадье знаменит во всем мире не только как писатель, но и как ученый, не позволяющий себе и в романах грешить против исторических фактов. Удивительная эпопея нормандской крестьянки Жанны, которой Мессадье посвятил целую трилогию под общим заглавием "Жанна де л'Эстуаль", разворачивается во Франции середины и конца XV века: от последних битв Столетней войны до первых экспедиций в только что открытую Америку. "Суд волков" – второй после "Розы и лилии" том трилогии.
«Цветок Америки» — третий (после «Розы и лилии» и «Суда волков») том трилогии. Жанна, ставшая после многих испытаний баронессой при дворе Карла VII, а затем и Людовика XI, на сей раз бежит от парижских интриг в Страсбург. Но и здесь ее ждут невероятные приключения. Она борется за обладание морской картой, указывающей путь в Новый Свет, противостоит проискам венгерских магнатов, исследует только что открытую Америку. Женщина на все времена, она вновь обретает любовь, а ее клан становится одним из самых могущественных в Европе.
Было от чего гневаться царице Египта — она лишилась не только власти, но и мужа. Царь Эхнатон пренебрег Нефертити и как царицей-соправительницей, и как женщиной. Он приблизил к себе юного нежного Сменхкару, своего сводного брата, и Нефертити его возненавидела. Внезапно Эхнатон умирает. Нефертити пытается вернуть власть, но слишком многие влиятельные мужи не заинтересованы в этом.В драматические события вовлечены и старшие дочери Эхнатона и Нефертити, им пришлось многим пожертвовать ради интересов царской династии — кому-то любовью, а кому-то и жизнью.
В основу книги лег известный библейский сюжет о царе Давиде.Молодой пастушок Давид убивает монстра по имени Голиаф, который долгие годы держит в страхе народ царя израильтян Саула. Пройдет много времени, прежде чем он взойдет на престол, объединит земли Израиля, завоюет Иерусалим и объявит его столицей своего государства. Но, став царем, Давид совершит недобрый поступок: он отправит на верную смерть одного из своих воинов, мужа полюбившейся ему женщины по имени Вирсавия. Простит ли царя народ иудейский? Или проклятие Вирсавии будет преследовать его до гробовой доски?..
Вторая часть дилогии Жеральда Мессадье начинается с возвращения Иисуса после странствий на родину, где многие признают в Нем Мессию. Но считает ли Он себя таковым? Когда Его устремления изменить мир входят в противоречие с интересами религиозной и светской власти, Он осознает, что Его удел – быть принесенным в жертву…
Его появление в середине XVIII века в светских салонах Вены, Парижа и Санкт-Петербурга породило миф о графе Сен-Жермене. Повсюду о нем ходили невероятные слухи: ему больше трех тысяч лет, он был знаком с самим Иисусом Христом, умеет делать алмазы и становиться невидимым.Приверженцы Сен-Жермена считают, что он был человеком, наделенным сверхъестественными способностями, обладателем высших тайн и эликсира бессмертия.Многочисленные хулители представляют его как удачливого прохвоста, третьесортного алхимика, самозванца и шарлатана.Кто же был этот человек, принятый государями Франции, Германии и России?
«— Мама, кто живёт за морем?— За морем… живут боги, великие сидхе. Вечно резвятся они в золотых садах Яблочного Эмайна, не зная ни старости, ни печали. А за нижнем морем — царство фоморов, чёрных повелителей смерти.— А кто живёт за границей холмов?— Люди.— А они добрые или злые?— Пока ещё не определились».Сеттинг: древние Скандинавия, Ирландия, Суоми. Столкновение пантеонов, в том числе с ранним христианством.Много сложных незнакомых слов вроде «хирд», «скир», «нойд» и так далее. В качестве сносок вынесены в основном те, что я считаю лежащими за гранью пассивного словаря среднего интеллигента.
Герой этой книги – не кровожадный вампир, созданный пером бульварного писаки Брема Стокера, а реальная историческая личность. Румынский, а точнее – валашский, господарь Влад III Басараб, известный также как Влад Дракула, талантливый военачальник, с небольшой армией вынужденный противостоять огромной Османской империи. Если бы венгерский союзник Влада всё же сдержал обещание и выступил в поход, то кто знает, как повернулось бы дело. Однако помощь из Венгрии не пришла, а Влад оказался в венгерской тюрьме, оклеветанный и осуждённый теми, кто так и не решился поддержать его в священной борьбе за свободу от турецкого владычества.
Юный ярл Орм по-прежнему возглавляет Обетное Братство — отряд викингов, спаянный узами общей клятвы, принесенной Всеотцу Одину: быть вместе и в мире, и в войне. Его побратимы, казалось бы, остепенились и прочно осели на берегу, но огонь приключений и опасности в их сердцах не угас. И снова они отправляются в поход за проклятым серебром Аттилы, к необъятным просторам Травяного моря. Спокойная жизнь на суше не для побратимов — такая уж у них судьба. Но теперь викинги не одни — вместе с ними из Новгорода идет дружина юного князя Владимира, которому также не терпится добраться до сокровищ великого завоевателя.
Он начал Куликовскую битву, сразив в единоборстве монгольского богатыря Челубея и заплатив за свой подвиг жизнью. Он вышел на поединок против закованного в доспехи степняка, не надев даже кольчуги, в монашеской рясе, с крестом на груди — и пал бездыханным на труп поверженного врага, «смертью смерть поправ», вдохновив русское войско на победу над Мамаевыми полчищами.Что еще мы знаем о легендарном Пересвете? Да почти ничего. Историки спорят даже о том, откуда он был родом — из Брянска или Любеча… Новый роман от автора бестселлеров «Побоище князя Игоря», «Злой город» против Батыя» и «Куликовская битва» восполняет этот пробел, по крупицам восстанавливая историю жизни Александра Пересвета, в которой были и война с Тевтонским орденом, и немецкий плен, и побег, и отцовское проклятие, и монашеский постриг, и благословение Сергия Радонежского, открывшего иноку Александру его великое предназначение — пожертвовать жизнью «за други своя», укрепив дух войска перед кровавой сечей, в которой решалась судьба Русской Земли и Русского народа.
Местом действия романтических событий и дерзких, захватывающих дух приключений автор выбирает Италию и Сицилию. Устав от грабежа и разбоя, великий атаман разбойников Ринальдо Ринальдини ищет забвения на отдаленных островах Средиземного моря, мечтая там начать праведную жизнь и обрести душевный покой. Однако злосчастный рок преследует его, ввергая во все новые приключения и заставляет творить еще большее зло.
III в. до н. э. Два могучих государства — республиканский Рим и Карфаген — вступили в смертельную схватку. Но победы на суше не являются решающими. Лишь тот, кто властвует на Средиземном море, победит в этой войне.Флот карфагенян силен, их флотоводцы опытны. Рим же обладает лишь небольшими кораблями, способными плавать в прибрежных водах. Республике нужно срочно построить военные суда и обучить моряков.За плечами римлянина центуриона Септимия двенадцать лет воинской службы, он закален дисциплиной и битвами. Капитан Аттик — грек, для римлян человек второго сорта, опыт морехода получил в сражениях с пиратами, наводившими ужас на прибрежные города Республики.