Русская стилистика - 2 (Словообразование, Лексикология, Семантика, Фразеология) - [2]
Для стилистики - главным образом, для публицистического стиля релевантен прием обособления аффиксов путем субстантивации. Давно уже стало традицией употребление суффикса - ИЗМ как своеобразного слова со значениями: "философия", "идеология", "направление в искусстве" и проч. или, по выражению Горького, "система фраз" - напр.: "Он против большевизма, бабувизма, бланкизма и тому подобных измов"; "Он не признает капитализма, социализма и других измов", "Он изучает футуризм, имажинизм, акмеизм и другие измы" и т.д.
Элемент изм употребляется преимущественно в публицистике или в жанрах, пограничных между публицистическим и научным стилями - напр., в некодифицированном (не придерживающемся строгих стандартов) отзыве или критической статье, написанной на научную тему, но в относительно свободной форме. Приведем пример из критического разбора "Словаря культуры ХХ в." В. Руднева: "Буквально на каждой странице "Словаря" он (Руднев - А.Ф.) обрушивает на читателя каскад весомо звучащих терминов вроде шизотизма, верификационизма, фальсификационизма, аутистизма и еще многого в этом же жанре. Потомки оценят эти старания внести посильный вклад в обогащение великого и могучего русского языка, и, может быть, им, усвоившим, что число измов есть главное мерило образованности, будет легче с беспристрастностью оценить ее качество" (Зверев А. Пуговки для сюртуков // Новый мир. 1998. № 11. С. 222; курсив наш - А.Ф.). Здесь под измами понимаются соответствуют псевдонаучные слова, затрудняющие понимание книги и засоряющие речь автора (автора, добавим, вполне банальной книги).
Но в любом значении лексема изм отмечена принципиальной неполнотой, она всегда предполагает целый ряд однотипных феноменов. Трудно привести более избитый пример субстантивированного использования морфемы, чем этот изм, и невозможно себе представить оригинальное употребление данного сегмента. Однако философ и писатель А.А. Зиновьев это делает в романе "Зияющие высоты". Его книгу можно назвать советским вариантом "Истории одного города", она написана в такой же гротесковой стилистике. Жители города, олицетворяющего собой в миниатюре всю страну, исповедуют идеологию, саркастически именуемую "измом" (кстати, не следует думать, что имеется в виду марксизм-ленинизм: Зиновьев сам марксист и один из лучших знатоков этого учения). "Изм" - это пседвомарксизм, т.е. так называемый "научный коммунизм", - учение Маркса, вульгаризированное бездарными эпигонами. Зиновьев смеется над его выхолощенностью, беспредметностью, но, кроме того, необычно применяет субстантивную морфему "изм" как название не одной из идеологий, а единственной идеологии, отрицающей все остальные.
Аналогичную морфему ("ист") весьма удачно обыгрывает А.М. Горький в "Жизни Клима Самгина":
[Макаров:] Из двух Успенских - Глеба я читал, а что был еще Николай впервые слышу. Глеб - сочинитель истерический. Впрочем, я плохо понимаю беллетристов, романистов и вообще - истов. Неистов я.
Сочетание ист проводится здесь едва ли не по всем языковым уровням по мере укрупнения. Сначала это комбинация звуков, причем данная в двух вариантах: глухом ("истерический") и звонком ("из двух"). В слове "истерический" ист ведет себя как своеобразная квазиморфема - радиксоид, т.е. корнеподобное образование: настоящим корнем этот сегмент не является, но для данного текстового фрагмента выполняет функцию, сходную с корневой, т.к. возникает целый ряд слов, в которых воспроизводится этот элемент - то как суффикс, а то и как часть корня. В словах "беллетристов" и "романистов" ист фигурирует в своем прямом - словообразовательном - значении, как суффикс. Затем он субстантивируется и употребляется как подобие слова: "и вообще - истов". И, наконец, уже не ист, а истов делается основой последнего сегмента - кратного прилагательного "неистов". При этом базовая комбинация звуков [ист] то и дело видоизменяется: то озвончается, то снова оглушается, то притягивает к себе другие звуки. Причем этот процесс сопровождается активнейшей пересегментацией: ист проявляется то как корневая, то как суффиксальная морфема, ов - то флексия существительного, то суффикс прилагательного. Кроме того, на фоне всего высказывания фраза "Неистов я" воспринимается и в прямом смысле, и в дополнительном: я не из этих "истов", я не хочу ни к кому примыкать. Горький лингвистическими средствами передает протест Макарова против стремления "обузить" жизнь, свести ее к схемам, к "измам", примитивизировать человеческую личность. В речи Макарова даже одна морфема ни в какие однозначные схемы не укладывается.
Такому же обособлению через субстантивацию поддаются и другие морфемы, в том числе префиксы, особенно иноязычные: см. названия произведений: "Контр" Н.А. Тэффи, "Квази" В.С. Маканина.
Обособленные морфемы обладают семантикой обобщенности (обобщенное значение морфемы соответствует смыслу семантического поля, объединяющего слова с данным аффиксом) и, следовательно, множественности. Напр., изм фактически значит "один из так называемых измов" и т.п. То же самое можно сказать и о других субстантивированных аффиксах. Обычно подразумевается, что у них должно быть одинаковое значение, однако это не обязательно напр., в "Правде" от 31 мая 1989 г. (т.е. "перестроечного" периода) говорится о необходимости трех де- - демократизации, демонополизации, демилитаризации. В двух последних словах де- является приставкой со значением ликвидации, но этого нельзя сказать о первом слове, где де- вообще не приставка, а квазиморфема. Автор объединяет три слова по формальному признаку единоначатия просто для гармонизации высказывания.
![Русская стилистика - 1 (Фонетика, Графика, Орфография, Пунктуация)](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Краткие тезисы по режиссуре кино](/storage/book-covers/88/887790b65fdd3744d74a6d663b0ba7ba1314e74f.jpg)
Некоторые тезисы из учебника Андрея Ангелова «Практическая режиссура кино». Народный бестселлер, и он же лонгселлер XXI века. Первый гениальный киноучебник не только в РФ, но и в мире…
![Библиографический указатель трудов сотрудников Луганской агролесомелиоративной научно-исследовательской станции УкрНИИЛХА](/storage/book-covers/4f/4fdd621f38057db2a5bb35b4a5a328caf0a25be0.jpg)
Указатель содержит список печатных трудов, опубликованных сотрудниками Донецкой овражной лесной опытной станции и Луганской агролесомелиоративной научно-исследовательской станции УкрНИИЛХА. В списке приведено 340 наименований книг, монографий, брошюр, статей, тезисов докладов, нормативных материалов, указаний, буклетов, информационных листков. К списку прилагается авторский указатель.
![Лауреаты российских литературных премий](/storage/book-covers/9a/9a065b6be95b13aaa12e41b2b4226360f68c109b.jpg)
В современной России дело с литературными премиями обстоит не очень хорошо. Вернее, они существуют, но не несут требуемого от них определяющего значения. Каждая из них — своё собственное направление, выбирающее литературу по заранее заданным условиям. Поэтому, дабы помочь читателю ориентироваться в мире российских литературных премий, выпущено данное издание. Первоначально взяты для рассмотрения лауреаты следующих премий: Русский Букер, Национальный бестселлер, Ясная поляна, Большая книга и НОС.
![А. Куприн](/storage/book-covers/b4/b496cd3c00f58fae03a119b8df30adb59ff7593a.jpg)
Куприн не оставил крупных произведений, предпочитая форму рассказа, изредка позволяя ей перерасти до размера повести. В каждой работе Александр напоминал о своём присутствии, становясь для читателя приятным собеседником, направляющим ход мысли в требуемую ему сторону. Уже этим он достоин прозываться классиком русской литературы, насколько бы ни принижал созданное им наследие. Куприн выделялся из многих прозаиков честностью и стремлением показать человеческое желание жить в чуточку лучшем мире.
![The Question. Самые странные вопросы обо всем](/storage/book-covers/86/86c8edaf29eec822e21c964f7c14e1e907e5fa9a.jpg)
– Бывают ли крокодилы добрыми? – Кто на самом деле победил на выборах президента в 1996 году? – Может ли в мозгу закончиться место для памяти? – Почему в пупках возникают катышки? – Каково было учиться в советской школе? Эти и другие вопросы задавали пользователи сервиса The Question, а мы в течение последнего года каждый день искали тех, кто даст ответы. В этой книжке 297 самых странных вопроса. Мы не гарантируем, что вы станете умнее, если прочитаете ответы на них, но, по крайней мере, о потраченном времени вы не пожалеете. Книга может вызывать острые приступы любопытства.