Ради тебя - [11]
Ладони сами собой скользнули чуть ниже, двигаясь навстречу друг другу по обжигающе горячим, словно отлитым из металла мышцам спины... и замерли, наткнувшись на страшные, бугристые рубцы, будто вспахавшие идеально гладкую поверхность тела от плеч до самых ягодиц. Отвратительные отметины — память о страшной боли, и еще более страшном падении... Уродливые шрамы там, где когда-то сияли небесным светом белоснежные ангельские крылья...
И в тот же миг Самаэль отпустил его, разорвав поцелуй также резко и грубо, как начал.
— Будем считать, что это было нечто вроде аванса, — широко улыбнулся он и указал на стоявшую столбом в некотором отдалении Джейн, с немым изумлением следившую за происходящим, о которой Изуэль, к своему стыду, забыл. — Давай, для начала, займемся детишками.
—Ну что ж, нефилим. Можешь забирать своего любимого. Твой патрон, вероятно, уже говорил тебе, не в моих силах вернуть вас обратно. Моё согласие ты получила и Ад отпустит вас, но дальше ты будешь действовать сама. Так что вперед, малышка! Не дрейфь, и у тебя все получится.
Щелчок пальцев, и Джейн исчезла.
— Куда ты её отправил? — Изуэль, давно и прекрасно знавший методы любовника, подозрительно нахмурился.
— Что значит «куда»? К Тайгеру, естественно. А ты о чем подумал?
— Что-то мне все это не нравится...
— У тебя есть сомнения, дорогой? — притворно изумился Самаэль. — Что ж, тогда пошли. Сам во всем убедишься, — он потянул его на выход.
Через несколько шагов по коридору они оказались в небольшой полутемной комнатушке, похожей на чулан, в которой не было ничего, кроме огромного во всю стену зеркала.
— Смотри, — сказал он.
Изуэль заглянул и через мгновение развернулся к адскому владыке.
— Да ты издеваешься! Ты что это тут устроил?! — он бросился на него, сжимая кулаки.
— Вот только давай без истерик, Эль, договорились? — Самаэль поймал его в мёртвый захват, совершенно не обращая внимания, на своего злющего, как сто демонов, возлюбленного. — Им обоим это сейчас необходимо. Ты же не хочешь, чтобы твой драгоценный Тайгер вернулся на землю пускающим слюни идиотом? Правильно, не хочешь.
— Но он же сейчас не контролирует себя, — Изуэль отчаянно пытался вырваться из стальной хватки, — он же...
— Зато оба будут свободны. Прекрати вырываться, кому сказал! Ты не хуже меня знаешь, что физический и эмоциональный шок — лучшие катализаторы для выброса Силы! Так что, я бы на твоём месте успокоился и посмотрел на шоу. А посмотреть будет на что, уверяю тебя. К тому же девчонка — нефилим, её хрупкость весьма обманчива. Не рассыплется, не переживай. И потом, мне будет очень некомфортно, если я буду знать, что где-то живёт существо, способное привести заклятие Хаоса в действие. Вот твой малыш сейчас всё и исправит.
— К чему ты клонишь?
— Ты, возможно, не в курсе, — ухмыльнулся Самаэль, — Заклятие Хаоса подвластно только непорочности.
— Ты сволочь, Самаэль!
— Нет, дорогой! Я не сволочь. Я — Дьявол.
Глава 5
Джейн стояла посреди небольшой, роскошной, хотя и несколько мрачноватой комнаты.
Огромная, занимающая добрую половину помещения кровать под бархатным балдахином приковывала взгляд. За годы скитаний по Преисподней Джейн давно уже перестала чему-либо удивляться или смущаться — демоны с грешниками чего только не выделывали — но приглашающе распахнутая постель все же повергла её в такой глубокий моральный шок, что она не сразу заметила, что не одна в комнате.
Вздох, раздавшийся за спиной, заставил её резко обернуться. Сердце в груди сбилось с ритма и зашлось, словно сумасшедшее. У камина, ссутулившись и зябко обхватив себя за плечи руками, стоял Тайгер.
Сказать, что Джейн представляла их встречу несколько иначе, значит, ничего не сказать. В своих похожих на горячечный бред видениях она, задыхаясь от рыданий, то снимала его с гигантской сюрреалистической паутины из цепей, к которой он, словно мотылек, был пришпилен насквозь пропоровшими плоть крюками; то, чувствуя, как сползает с рук обуглившаяся кожа, вытаскивала из адского пламени; то отбивала у стаи демонов, терзавших его тело, подобно голодным гиенам, бьющимся за кусок мяса...
Но никогда, ни в одном из своих самых безумных кошмаров она не смотрела на Тая из другого конца роскошной спальни!
И уж точно ни разу не испытывала постыдного страха — преодолеть разделявшее их расстояние и первый раз заглянуть ему в глаза.
На самом деле, она до смерти боялась того, что может там увидеть, точнее НЕ увидеть, не найти в чёрных глазах прежнего Тайгера! Понять, что Тёмный принц сломлен, опустошён, превращён нескончаемой болью и унижением в жалкую тень человека, которым она когда-то восхищалась. Конечно, ей оставалось только надеяться, что они с Хаммоном пришли за ним не слишком поздно...
Однако это промедление, полное смятенных чувств, длилось всего мгновение, пока глаза Джейн вбирали в себя самый родной и любимый облик, а разум пытался осознать, что перед ней действительно он. Пока с пересохших от волнения губ не сорвалось полукриком-полурыданием заветное, выстраданное, превратившееся за эти бесконечные годы почти в молитву имя "Тайгер".
Джейн метнулась к нему и повисла на шее, едва понимая, что делает, и совсем не замечая, как он вздрогнул и съежился, едва заслышав звук её голоса. И, лишь когда он не только не обнял в ответ, но и не попытался сбросить её руки со своих плеч, она вдруг осознала — с Тайгером что-то не в порядке.
Заключительная повесть из своего рода трилогии. Тоже довольно давно написан.
В огромном зале отеля «NASIONAL» в самом разгаре презентация новой коллекции модного дома «QUIN STYL» — крупнейшей компании в мире российской моды.— Господи, как он хорош! — прошептала Яна Богданова своей подруге Виктории Лесниковой, не сводя глаз с темноволосого красавца Григория Вяземского — президента «QUIN STYL», который выходил на подиум вместе с ведущим дизайнером, закрывая показ. Вяземский стал генеральным директором компании четыре месяца назад, и это был его первый показ.
Кто сказал, что брак босса и секретарши — мезальянс? Это с какой стороны посмотреть… Московскому плейбою Игорю Наумову даже в страшном сне не могло привидеться, что, назло матери женившись на собственной секретарше, ему не только придется добиваться её любви, но еще и доказывать, что он достоин чести быть её мужем.Произведение запрещено выкладывать на других ресурсах без разрешения автора!
Это, пожалуй, одна из самых первых повестей. Написана пять лет назад.Поэтому все довольно наивно.
Ариэль - самый обычный ангел.У него много подопечных в самых разных уголках земли.У каждого из них свои обычаи и нравы, разная культура .Что считается грехом в мусульманских странах, не всегда грех где-нибудь во Франции.А что часто недопустимо в России, очень даже возможно в Америке.Много веков он опекал и оберегал их , проживая вместе с ними одну их жизнь за другой...
Он мечтал намыть золота и стать счастливым. Но золото — это жёлтый бес, который всегда обманывает человека. Кацап не стал исключением. Став невольным свидетелем ограбления прииска с убийством начальника артели, он вынужден бежать от преследования бандитов. За ним потянулся шлейф несчастий, жизнь постоянно висела на волосок от смерти. В колонии, куда судьба забросила вольнонаёмным мастером, урки приговорили его на ножи. От неминуемой смерти спасла Родина, отправив на войну в далёкую Монголию. В боях на реке Халхин-Гол он чудом остался жив.
Жизнь подростков отличается: кто-то дружит со своими родителями, кто-то воюет, у кого-то их и вовсе нет, кто-то общительный, кто-то тихоня. Это период, когда человек уже не ребенок, но и не взрослый, период сотворения личности, и у каждого этот переход происходит по-разному: мягко или болезненно. Фахри – подросток с проблемами: в семье, школе, окружении. Но у него есть то, что присуще не всем его – понимание того, что нужно что-то менять, так больше продолжаться не может. Он идет на отчаянный шаг – попросить помощи у взрослого, и не просто у взрослого, а у школьного психолога.
Детство – целый мир, который мы несем в своем сердце через всю жизнь. И в который никогда не сможем вернуться. Там, в волшебной вселенной Детства, небо и трава были совсем другого цвета. Там мама была такой молодой и счастливой, а бабушка пекла ароматные пироги и рассказывала удивительные сказки. Там каждая радость и каждая печаль были раз и навсегда, потому что – впервые. И глаза были широко открыты каждую секунду, с восторгом глядели вокруг. И душа была открыта нараспашку, и каждый новый знакомый – сразу друг.
Дример — устройство, позволяющее видеть осознанные сны, объединившее в себе функционал VR-гаджетов и компьютерных сетей. В условиях энергетического кризиса, корпоратократии и гуманистического регресса, миллиарды людей откажутся от традиционных снов в пользу утопической дримреальности… Но виртуальные оазисы заполонят чудища, боди-хоррор и прочая неконтролируемая скверна, сводящая юзеров с ума. Маркус, Виктор и Алекс оказываются вовлечены в череду загадочных событий, связанных с т. н. аномалией — психокинетическим багом дримреальности.
В Центре Исследования Аномалий, в одной из комнат, никогда не горит свет. Профессор Вяземский знает, что скрывается за ее дверями. И знает, как мало времени осталось у человечества. Удастся ли ему найти способ остановить аномалии, прежде чем они поглотят планету? И как быть, если спасти мир можно только переступив законы человечности?
После неудавшегося Апокалипсиса и изгнания в Ад Сатана забирает с собою Кроули, дабы примерно его наказать — так, как это умеют делать в Аду, — а Азирафаэль не собирается с этим мириться и повышает голос на Господа. Рейтинг за травмы и медицинские манипуляции. Примечание 1: частичное AU относительно финала событий на авиабазе. Примечание 2: частичное AU относительно настоящих причин некоторых канонных событий. Примечание 3: Господь, Она же Всевышний, в этой Вселенной женского рода, а Смерть — мужского.
Любовь... Свободный неуничтожимый дух, витающий в пространстве и времени. Бессмертная и чарующая, соблазнительная и торжествующая, яд и нектар, причина страстей. Хрупкая и ранимая, безоглядная, жертвенная, сильная и могущественная. Все это Любовь. Она творит чудеса и заставляет совершать безрассудные поступки, великие подвиги, а порой становится причиной кровопролитных раздоров. Она многогранна и непредсказуема, но каждая её грань прекрасна по-своему. Она не слушает голоса разума, сметает все на своем пути. Ради неё можно спуститься в Ад и слетать в другое созвездие, заставить прогнуться мир и впустить в себя Темную богиню.
- ...Я не самый лёгкий человек в общении, - тихо проронил он, разглядывая потолок. - Я тоже не подарок. - Я повернулась к нему и, подперев голову рукой, выводила на его широкой груди замысловатые узоры. - Я заметил... - он чуть улыбнулся. - Мне было плохо. И одиноко... без тебя... - А я слишком долго была одна. Только помни, что бы я ни говорила, мне нравится просыпаться рядом с тобой. Стану прогонять - не уходи. - И не собирался, - он обнял меня. - Самое сложное было принять и понять, что ты нужна мне по-настоящему. Но я справился.