Ребята внимательно разглядывали старую кепку. Она была из твида, некогда в невероятно яркую клетку, но такая грязная, что рисунка почти не было видно.
– Какая гадость! – с отвращением сказала Джанет. – Я просто уверена, что какой-то бродяга перебросил ее через стену, а она зацепилась за ветку и повисла на ней. Ну и что это за улика?
– Похоже, ты права, – согласился Колин, вертя кепку в руках. – Давайте выбросим ее в заросли. Она нам ни к чему. Не повезло тебе, Скампер – а ты уж решил, что обнаружил самую главную улику.
Колин хотел было перебросить кепку через стену, но Питер остановил его:
– Подожди! Давай на всякий случай оставим ее. Мы же потом будем локти себе кусать, если упустим что-нибудь важное. Хотя мне тоже кажется, что никакая это не улика.
– Тогда сам ее неси. – Колин протянул кепку Питеру. – Немудрено, что ее выбросили. Ужасно воняет!
Питер засунул кепку в карман. Затем он достал блокнот, осторожно заложил между его страницами шерстяную нитку и снова посмотрел на странные круглые следы.
– Надо бы их зарисовать, – предложил он. – Джанет, у тебя рулетка с собой?
Чего-чего, а рулетки у них не было. Зато у Джорджа оказалась какая-то веревочка, и он, измерив диаметр следа, оборвал ее и отдал Питеру. Тот положил в блокнот и веревочку.
– И все-таки мне кажется, что эти непонятные отпечатки имеют к нашему делу какое-то отношение, – сказал он. – Но я совершенно не представляю, какое именно!
Ребята попрощались с Джонзом и пошли через поле домой. Немного они сегодня выяснили. Но Питер надеялся, что их приключения еще не закончились.
– А я все-таки считаю, что только акробат мог влезть на такую высоченную стену, – настаивала Джанет. – Обычному человеку это не под силу!
И как раз в этот момент они вышли на дорогу и увидели, что на обочине появился какой-то огромный плакат. Ребята лениво скользнули по нему глазами, и вдруг Колин вскрикнул, да так громко, что остальные чуть не подпрыгнули от неожиданности.
– Цирк приехал! Смотрите, что здесь написано: «Укротители львов, бесстрашные наездники, медведи, клоуны и акробаты!» Представляете? Акробаты! Подумать только!
Ребята в смятении посмотрели друг на друга. А вдруг Джанет права? Это надо срочно выяснить.
Питер взглянул на часы:
– Тьфу ты! – с досадой произнес он. – Нужно торопиться, обедать пора! Встречаемся в половине третьего.
– Мы не можем! – заявили Пэм и Барбара. – Нас пригласили на день рождения.
– Не проводите без нас собрание! – взмолилась Пэм.
– Я тоже не могу, – сказал Джордж. – Давайте лучше завтра соберемся. Если вор – акробат из цирка, то он все равно не сможет скрыться раньше, чем уедет цирк.
– Да с чего ты взял, что он акробат? – возразила Джанет. – Я просто сказала, что только акробат может забраться на такую стену, я совсем не имела в виду, что вор обязательно должен быть акробатом.
– Все равно, это непременно надо проверить, – сказал Питер. – Раз никто сегодня не может, то встречаемся завтра в девять тридцать. И подумайте как следует, что нам делать дальше. Я уверен, мы обязательно что-нибудь придумаем!
И в этот день все семеро думали так усердно, как только могли. Даже Пэм и Барбара то и дело перешептывались в гостях.
– Я за то, чтобы пойти в цирк, – шептала Пэм. – А ты как считаешь? Вдруг Питер узнает в ком-нибудь из акробатов того, кто прятался в кустах!
И, когда на следующий день члены «Секретной семерки» один за другим говорили пароль и входили в сарай, все они были охвачены одной и той же идеей.
– Нужно идти в цирк! – Первым это сказал Джордж.
– Именно об этом мы с Пэм и говорили! – воскликнула Барбара.
– И я так считаю, – поддакнул Колин. – Это самое разумное, что можно сделать. Питер, ты согласен?
– Да. Мы с Джанет просмотрели местную газету и выяснили, что первое представление состоится завтра днем, – сообщил Питер. – Пойдем на него все вместе. Но вора я вряд ли узнаю, даже если он там будет, – я видел его совсем мельком. Однако попытаться стоит.
– Ты говорил, что у него темные волосы и он чисто выбрит, – напомнил Колин. – Еще я заметил, что у него на макушке небольшая лысина. Но этого, конечно, недостаточно, чтобы узнать его… А деньги на билеты у кого-нибудь есть? – напомнила Пэм. – А то я вчера все истратила на подарок.
Ребята вывернули карманы, выложили на стол деньги и стали пересчитывать.
– Детский билет стоит тридцать пенсов, – простонал Питер. – Целых тридцать пенсов! Они, наверное, думают, что карманы детей набиты деньгами. А у нас один фунт и двадцать пенсов, и все. Хватит только на четыре билета.
– У меня в копилке есть шестьдесят пенсов, – сказала Джанет.
– А у меня дома двадцать девять пенсов, – добавил Колин. – Пенни ни у кого не завалялось?
– Я займу у Сьюзи, – пообещал Джек.
– Только не вздумай продать ей за пенни наш пароль! – съязвил Колин и тут же получил пинок, сопровождаемый сердитым сопением.
– Хорошо! Тогда мы идем все вместе! – Питер был доволен. – Встретимся около цирка за десять минут до начала представления. Не опаздывайте! И высматривайте человека в темно-синем с красными крапинками свитере. Ясно как день, что вор был одет именно так.