Потерявшая сердце - [10]
— Война ее немного состарила. Впрочем, как и всех нас. — Семен Андреевич сделал паузу и прислушался к щебетанью дочери. — А так, она мало изменилась. По-прежнему стройна, румяна, добродетельна и в то же время строга, — продолжил он. — Однако явились причуды.
— Что за причуды? — насторожился Белозерский.
— Вот вы, князь, давеча вспоминали парики с косичками и даже бранили их, а матушка-императрица, напротив, объявила себя хранительницей старой моды. В Павловском дворце строжайше запрещено появляться в платье нынешнего века. Все там должно оставаться, как при бывшем императоре, будто он и не умирал.
— Подумать только! — восхищенно произнес князь. — Много ли отыщется на белом свете вдов, так свято хранящих память о покойном муже?
— Так что, дорогой мой, если соберетесь в Павловск, советую достать из сундука парик с «крысиным хвостиком». — Обольянинов пристально посмотрел на князя.
Илья Романович вздрогнул, ему показалось в этот миг, что граф видит его насквозь и наперед знает все его замыслы.
— Да я… да ведь у меня… — растерялся он, но быстро взял себя в руки. — Все мои сундуки сгорели в Москве. Придется заново шить камзол, добывать чулки и парик. Представляю, как все это ко мне пойдет, если я вздумаю нарядиться… То-то смеху будет! — Он старался говорить в шутливом тоне, но видно, не преуспел в лицедействе.
— Я вижу, у вас серьезные намерения, — без тени сомнения произнес граф. — Не знаю, зачем вам понадобилось покровительство Марии Федоровны. Видно, на то есть основательные причины… Но я мог бы вам помочь, — неожиданно предложил Обольянинов, — правда, с одним условием…
— Что за условие, граф? Не томите! — Князь всегда считался игроком, не умеющим блефовать, и на этот раз слишком поспешно раскрыл свои карты, вызвав на желтом лице партнера усмешку.
— Весьма простое условие, — успокоил его Семен Андреевич. — Вы дадите честное слово дворянина, что придете ко мне на помощь тогда, когда я этого от вас потребую, вне зависимости от времени и места…
Загадочный тон, которым Обольянинов произнес эти слова, напомнил Белозерскому ходившие на его счет сплетни: «Да он и вправду шпион! Вот бестия!»
— Я с удовольствием приму ваше условие, дорогой мой Семен Андреевич, — сладко запел Илья Романович, — если только оно не заденет моей дворянской чести и не потребует денежного вспомоществования. Ведь я стеснен в средствах.
— Однако, князь, — рассмеялся Обольянинов, — вы в ответ на мое единственное условие выдвинули целых два! Так можно черт знает до чего договориться! Давайте-ка лучше выпьем!
Он сам разлил в бокалы остатки вина и провозгласил тост за победу наших войск в Пруссии.
На следующий день, несмотря на то что началась весенняя распутица, Илья Романович засобирался в дорогу. «Переждали бы неделю-другую, — уговаривал его Обольянинов, — а потом, с божьей помощью, вместе тронемся в путь. Вместе-то веселее, и детишкам обоюдное удовольствие…» Но Белозерский сослался на то, что в Москве ему необходимо уладить кое-какие срочные дела.
Князю предстоял нелегкий разговор с ростовщиком Казимиром Летуновским. Хотя поляк и сделался сговорчивее после того, как Илья Романович вступил в права наследства, однако по-прежнему был прижимист и скуп и выдавал деньги из сундука Мещерских с большой неохотой, припоминая всякий раз Белозерскому его былое мотовство и разгильдяйство. А деньги князю были крайне необходимы для устройства в Петербурге. Он подозревал, что поездка в столицу затянется.
С графом они уговорились встретиться в Петербурге в первых числах апреля, Обольянинов даже пригласил князя с сыном пожить в его доме на Каменном острове. Илье Романовичу все это казалось весьма подозрительным. «Что задумал этот выжига? — ломал он голову. — Уж не хочет ли он использовать меня в своих грязных шпионских плутнях?» За бутылкой кьянти Обольянинов заверил его, что деньгами он обеспечен по гроб жизни и никогда ни у кого не попросит в долг. Это несколько успокоило князя, хотя и ненадолго. Он опасался как давать в долг, так и быть кому-то обязанным, тем более такому скользкому человеку, как Обольянинов.
До Москвы еле добрались. Дормез то и дело увязал в грязи, его приходилось вытаскивать силами местных крестьян из придорожных деревень. Эти землепашцы, избалованные подачками горе-путешественников, по горячему убеждению Белозерского, готовы были сами рыть ямы на тракте, чтобы заработать полтинник-другой. Князь торговался с ними за каждую копейку, но мужики встречали эти попытки неприветливо, и он все равно понес непредвиденные расходы.
Добравшись наконец до дома и въехав во двор, Илья Романович был неприятно поражен следующей картиной. Его больной и немощный сын Глеб играл в пятнашки с дворовой девочкой лет десяти. Дети азартно прыгали через лужи и звонко смеялись.
— Не догонишь! Ни за что не догонишь! — кричал Глеб.
— А вот возьму и догоню вас, барин! — задорно отвечала востроносая девчонка. Она была старше Глеба, но не ловчее — растоптанные валенки огромного размера, явно материны, мешали ей гоняться за мальчиком.
Старый слуга Архип, сидевший на ступенях крыльца, мастерил бумажный корабль и весело приговаривал:
![Отравленная жизнь](/storage/book-covers/b6/b60981230d37608187fb8a7d17fc2ff984945540.jpg)
В убийстве жены и сына никому не известного московского художника Ивана Корзухина, краже его картин подозревается жена преуспевающего бизнесмена Лариса Васильковская. В день убийства ее видели соседи Корзухиных, ее опознала реставраторша, которой Лариса принесла одну из картин Корзухина. Но убийство самой Ларисы завело следствие в тупик Кому и зачем нужна была их смерть?
![Разбитые маски](/storage/book-covers/35/35585379ad16de5449fe21c89cd0d1e4647b0cad.jpg)
В тот ужасный день Ольга напрасно ждала мужа с работы. Виталий так и не пришел. Тянулись дни, месяцы. Все вокруг твердили, что он погиб, а Ольга не хотела верить, ведь она его так любит! И однажды Виталий вернулся – так же внезапно, как и исчез. Потрясенная Ольга даже согласилась выполнить его странное требование – никогда не спрашивать, где он провел все это время. Но события развиваются столь стремительно и непредсказуемо, что вскоре тайны Виталия начинают интересовать милицию...
![Суфлер](/storage/book-covers/de/de3e3b51cd38d7f10a5de8c19c52f32a9dec28fa.jpg)
Распознавать подделки, отличать подлинник от фальшивки – это главное дело ее жизни. И настает день, когда это умение становится вопросом жизни и смерти.
![Алмазы Цирцеи](/storage/book-covers/1c/1c59d725696be06053ec60ae9fa797ac04b74429.jpg)
В старинном панно, созданном величайшим фламандским мастером, заключена тайна, способная убивать. Художница, купившая панно на аукционе, осознает это все яснее по мере того, как гибнут люди из ее окружения. Но она и сама готова перешагнуть через смерть. Слишком высоки ставки и заманчив призрак огромного богатства, вдруг оказавшегося на расстоянии вытянутой руки…
![Дом у последнего фонаря](/storage/book-covers/4a/4ae3771a296f3929733c785719af2ab8f083a273.jpg)
Она легко отличает настоящий шедевр от подделки. Она умеет возвращать к жизни старинные произведения искусства. И ей понадобится весь ее опыт реставратора, чтобы восстановить реальную картину преступления…
![Трюфельный пес королевы Джованны](/storage/book-covers/b4/b49271e4a47e349a006985e5bb75af4c896a59ad.jpg)
Даже самый преданный пес может стать опасным, даже самый близкий друг может внезапно предать. Она умеет отличать подлинник от подделки, возвращать к жизни гибнущие старинные шедевры. Но под силу ли ей отличить подлинную дружбу от мнимой, когда цена прозорливости – человеческая жизнь.
![История французской революции. От первых дней до Директории](/storage/book-covers/6b/6b47861eba33deb073385ddda1f1f1653d24e40a.jpg)
Вильгельм Йозеф Блос (1849–1927) – видный немецкий писатель, журналист и политик. Его труд по истории Великой французской революции впервые был опубликован ещё в 1888 г. и выдержал до Второй мировой войны несколько переизданий, в том числе и на русском языке, как до революции, так и уже в Советской России. Увлекательно и обстоятельно, буквально по дням В. Блос описывает события во Франции рубежа XVIII–XIX столетий, которые навсегда изменили мир. В этой книге речь идёт о первых пяти годах революции: 1789–1794.
![Цвет. Захватывающее путешествие по оттенкам палитры](/storage/book-covers/c3/c3df2775b0652150229a926c982a4cad03c42478.jpg)
Как благородный синий цвет прошел путь от отдаленных лабиринтов в Афганистане до кисти Микеланджело? Какая связь между коричневой краской и древнеегипетскими мумиями? Почему Робин Гуд носил Линкольн-зеленый? Виктория Финли отправляет нас в путешествие по всему миру и сквозь века, исследуя физические материалы, которые окрашивают наш мир (драгоценные минералы или кровь насекомых), а также социальные и политические значения, которые цвета несут во времени. Отправьтесь в захватывающее приключение с бесстрашной журналисткой, путешествуя по древним торговым путям; познакомьтесь с финикийцами, плывущими по Средиземному морю в поисках пурпурной раковины, которая принесет им богатство и удачу; встретьтесь с чилийскими фермерами, разводящими насекомых из-за красного цвета их крови.
![История почты. От голубиной до электронной](/storage/book-covers/54/54082a3ba6d7f75f8577ba1a95e4c16402dee426.jpg)
Развитие почты как системы передачи корреспонденции заняло сотни лет, и для этого человек приспосабливал многие свои изобретения. Так от голубиной почты или сигнального дыма от костров мы пришли к доставке корреспонденции дронами и электронной почте. Древнегреческий историк Геродот сказал: «Ни снег, ни дождь, ни жара, ни мрак ночи не удержат курьеров от скорейшего завершения предначертанного пути». Эти слова настолько правильно отображают главную задачу почты, что стали неофициальным девизом Почтовой службы США.
![Сент-Ив. Принц Отто](/storage/book-covers/a8/a8d0a398fcb8422e39cb4da7c8413ccd07e81278.jpg)
В книгу включены два малоизвестных произведения английского писателя Роберта Льюиса Стивенсона — остросюжетные приключенческо-романтические романы «Сент-Ив» и «Принц Отто». Принцип мужественного оптимизма, провозглашенный писателем в конце 70-х годов и являющийся основополагающим в его программе неоромантизма, с особой убежденностью и воодушевлением проявляется в публикуемых романах, один из которых — «Принц Отто», в послереволюционное время переиздается у нас впервые. Для массового читателя. Художник Г.
![Эпоха крайностей. Короткий двадцатый век (1914–1991)](/storage/book-covers/cc/cc1b63e86fdd9f949165668021a7282a3b08ae35.jpg)
“Эпоха крайностей: Короткий двадцатый век (1914–1991)” – одна из главных работ известного британского историка-марксиста Эрика Хобсбаума. Вместе с трилогией о “длинном девятнадцатом веке” она по праву считается вершиной мировой историографии. Хобсбаум делит короткий двадцатый век на три основных этапа. “Эпоха катастроф” начинается Первой мировой войной и заканчивается вместе со Второй; за ней следует “золотой век” прогресса, деколонизации и роста благополучия во всем мире; третий этап, кризисный для обоих полюсов послевоенного мира, завершается его полным распадом.
![Русские тайны немецкого Висбадена](/storage/book-covers/5d/5decf2d4e9a3e1fa4891a4e1ad41c756c0738f56.jpg)
Новая книга Светланы Арро – о династических связях России и Германии в XIX веке, когда две страны породнились благодаря многочисленным бракам великих князей, княжён, принцев, принцесс, царей и королей. Эти отношения основаны на взаимных поисках женихов и невест, которые не всегда завершались браками, но создавали дружелюбие государств. Немецкие принцессы становились русскими царицами, а русские княжны немецкими королевами. Русско-европейский рынок невест и женихов работал бесперебойно. Немецкие невесты и женихи мечтали о богатой, великолепной и загадочной России.
![Потерявшая имя](/storage/book-covers/f4/f48f893d27d049a4b055e77f007d2b19db1cb7fe.jpg)
Серия исторических романов, совместно созданных двумя известными писателями, адресована любителям авантюрного жанра и ценителям классической русской прозы. Помимо увлекательного сюжета, эти книги особенно интересны тем, что многие их герои являются реальными историческими фигурами, вершителями судеб России первой половины XIX века. Александр I, Николай I, Бенкендорф, московский губернатор Ростопчин — эти и другие исторические персонажи достоверно и ярко выписаны на основе писем и мемуаров современников и являются столь же активными участниками сюжета, как и вымышленные герои.Действие первого романа начинается в 1812 году в Москве, в момент вступления французской армии.
![Отверженная невеста](/storage/book-covers/74/744854c5feaaf7e6b0a17f487b5f21ceace47f37.jpg)
Серия исторических романов, совместно созданных двумя известными писателями, адресована любителям авантюрного жанра и ценителям классической русской прозы. Помимо увлекательного сюжета, эти книги особенно интересны тем, что многие их герои являются реальными историческими фигурами, вершителями судеб России первой половины XIX века. Александр I, Николай I, Бенкендорф, московский губернатор Ростопчин — эти и другие исторические персонажи достоверно и ярко выписаны на основе писем и мемуаров современников и являются столь же активными участниками сюжета, как и вымышленные герои.Действие третьего романа разворачивается в 1830 году.
![Обманувшая смерть](/storage/book-covers/39/39f67991fcabe1b00f1f800a1a96f2df5f7b0f85.jpg)
Действие пятой книги разворачивается в 1830 году в Москве, охваченной эпидемией холеры, окруженной карантинами. Виконтесса де Гранси, вернувшаяся на родину, чтобы отомстить ограбившему ее родственнику и отыскать свою дочь, сталкивается с новыми испытаниями, на которые так щедра ее судьба…«Обманувшая смерть» – пятая заключительная книга захватывающей историко-приключенческой саги «Авантюристка».
![Посланница судьбы](/storage/book-covers/d4/d40371ca9c8af5ac7d2fa60095b22ee7b63b90cb.jpg)
Действие четвертой книги разворачивается в 1830 году. Виконтесса да Гранси, в которой былые недруги, утраченные друзья с изумлением узнают исчезнувшую семнадцать лет назад графиню Елену Мещерскую, приезжает в Москву, чтобы отомстить ограбившему ее родственнику и найти свою бесследно исчезнувшую дочь. Но случается то, чего никто не мог предугадать, – в Москве начинается эпидемия холеры…