Последний факир России - [4]
Старый музыкант знал множество произведений итальянских и русских композиторов, хорошо играл на арфе. За годы жизни в России он полюбил и выучил также массу русских и украинских народных песен. Лионелли играл и пел их с большой душой. Эти песни открывали ему двери любой деревенской хаты, любого дома в рабочем посёлке. Особенно хорошо подрабатывал Лионелли в зажиточных казачьих станицах на Дону и в хуторах на Украине. Но вот беда — наступал очередной запой, и старый музыкант пропивал всё до последней нитки, оставаясь в жалких лохмотьях. Он плакал, умоляя Митю достать хоть маленький шкалик… Когда запой проходил, итальянец клялся, что это в последний раз, навсегда обещая бросить пить и начать обучать мальчика разным фокусам.
Крестьяне, бывало, недоверчиво встречали оборванцев артистов. Но когда в ловких руках старика пяток куриных яиц на глазах у восхищённых зрителей превращался в цыплят или фокусник «вынимал» из только что испечённого ароматного хлеба настоящие копейки или дарил деревенским красавицам дешёвые бусы, извлекаемые из носа какого-нибудь верзилы, — положение моментально менялось. Артистов наперебой приглашали в богатые избы, кормили и поили, просили остаться до будущего воскресенья и поиграть на арфе во время свадьбы.
Так бродили они из села в село, ездили по железной дороге в пустых товарных вагонах, на ступеньках цистерн, иногда их подвозили крестьяне на подводах. Та радость, которую музыкант доставлял простому люду, и куски хлеба, получаемые за «художественное обслуживание» деревни и рабочих посёлков, удовлетворяли Лионелли и Митю.
В заплечном мешке старик носил удлинённой формы ящичек из тонкой белой жести, запиравшийся на ключ. Он открывал его иногда и, достав две шпаги оцинкованного железа, густо покрытые полудой, тщательно протирал их чистой шерстяной тряпкой. Любуясь блеском шпаг в лучах солнца, Лионелли многозначительно подмигивал своему юному спутнику и ничего не говорил. Тупые, отшлифованные лезвия длиной в шестьдесят и шириной в два сантиметра завершались медной ручкой.
Однажды в тёплый летний день бродячие артисты сделали привал на опушке леса. Усевшись в тени под раскидистым деревом, старик достал из мешка свой заветный ящичек со шпагами. Вынул одну из футляра и приблизив к сердцу, Лионелли торжественно, словно давая клятву, сказал:
— Это будет твой верный кусок хлеба на весь жизнь. Ты сильный мальшик, можешь трудно работать, тренировать горло. Только нишего не бойся. Сначала больно, потом — легко!
Тут же он развернул аккуратно завёрнутые в бумагу длинные гусиные перья. Взяв перо в руки, он приказал Мите пошире открыть рот и стал щекотать ему горло. От прикосновения пера мальчик давился, исходил слюной, пытался вырваться из крепких рук учителя. Но старый шпагоглотатель был настойчив и упорно повторял неприятнейшие процедуры.
— Глюпый, — приговаривал он, — не понимаешь своего счастье… Терпи…
Мучительные тренировки повторялись теперь по пять-шесть раз ежедневно в течение полугода. И лишь после того, как Митя привык к такой процедуре и перестал болезненно реагировать на неё, старик приступил к следующей стадии подготовки. Он вытачивал ножиком узкую деревянную пластинку, густо смазывал её гусиным жиром и осторожно вводил в пищевод мальчика. Затем, опять-таки предварительно пощекотав горло Мити гусиным пером, Лионелли вводил в него уже более широкую пластину, вылепленную из воска и парафина. И только потом, расширив пищевод и приучив его не реагировать на раздражения, старик начал обучать Митю шпагоглотанию.
Вынув шпагу из футляра, Лионелли согревал её, сильно протирая шерстяной тряпкой. Тёплая, она легче заглатывалась, без боли углубляясь по самую ручку. Но это были лишь тренировки, развивавшие определённые навыки для исполнения факирского трюка.
Одна из тренировок едва не закончилась печально для учителя и его ученика. Дело было на Украине, под Александровкой. Наступила щедрая золотая осень, и в этом селе через несколько дней должна была открыться ярмарка. Лионелли заранее сходил в Александровку, чтобы разузнать, нельзя ли получить ему и Мите работу в одном из сооружаемых там балаганов. Выяснилось, что фокусников и шпагоглотателей на ярмарке нет, и хозяева «зрелищных предприятий» буквально уцепились за Лионелли. Выторговав подходящие условия, старик в приподнятом настроении торопился к Мите, чтобы ещё дня три порепетировать с ним и наконец дать ему «дебют» на ярмарке.
В глухом лесу, среди вековых дубов, Лионелли расположился с учеником и начал репетицию. Митя послушно раскрывал рот, и старик засовывал ему шпагу. Эту операцию он проводил много раз и наконец предложил мальчику отдохнуть, чтобы через часок-другой продолжить репетиции. После перерыва занятия возобновились. Учитель и ученик не подозревали, что пастух и подпасок, отойдя от стада коров, потихоньку спрятались за деревьями и с ужасом наблюдали, как «разбойник закалывает мальчишку».
Здоровенный мужик отправил подпаска в деревню за подмогой, а сам, выбежав на лужайку, вырвал у фокусника шпагу и, размахивая ею, приказал ему сесть под дерево и не двигаться. Сопротивление было бессмысленно. Вскоре появилась толпа крестьян, вооружённая вилами и дубинами.
![Старый новый Голливуд: Энциклопедия кино. Tом II](/storage/book-covers/6b/6b659c852c13b537548d8c37757daec20a0a6bcb.jpg)
Более трех тысяч голливудских фильмов вошли в этот уникальный энциклопедический справочник – от «Большого ограбления поезда» (1903) до хитов 2008 года. Вы узнаете все, что нужно знать о них:• информацию о студиях-производителях, продюсерах, режиссерах, сценаристах, актерах с указанием даты выпуска, хронометража, жанра, полученных наград;• комментарии автора с его оценкой по 4-балльной шкале и рекомендациями для зрителей;• имена лауреатов, номинантов и рекордсменов премии «Оскар» (1929–2009), других популярных наград – Британской киноакадемии (BAFTA), Голливудской ассоциации зарубежной прессы «Золотой глобус», престижных Гильдий актеров, режиссеров, продюсеров, сценаристов Америки;• редкие фотографии и постеры.А открытием для вас станет творческая судьба 138 русских эмигрантов разных поколений и 36 детей эмигрантов, которые работали и работают в Голливуде.
![Национальный музей антропологии Мехико](/storage/book-covers/59/59b9f97c20dc303acaed0ef76846aed1910514c6.jpg)
Национальный музей антропологии — один из лучших в Мехико. Его посетители могут познакомиться с предметами культуры древних обществ Мексики: ольмеков, майя, миштеков, сапотеков, ацтеков (мешиков). Коллекции музея включают разнообразный археологический и художественный материал: монументальные изваяния, произведения мелкой пластики, образцы живописного наследия, культовую и бытовую утварь, редкие экземпляры ювелирных изделий.Обложка: Камень Солнца.
![Музей Акрополя](/storage/book-covers/a1/a1e07919821b26fe16d88cab3c4e6197c3586b19.jpg)
Акрополь — историческое название возвышенной и укрепленной части древнегреческого города. Сегодня музей Акрополя размещается в уникальном здании с очень логичной и увлекательной экспозицией. Акрополь в древности, Зал Парфенона (портреты Посейдона, Аполлона, Артемиды, Афродиты и Эрота, а также захватывающий вид на Парфенон), памятники классического Акрополя, храм Артемиды, экспонаты времен классицизма, эллинизма и Римской империи, статуи и предметы из храма богини Афины и подлинные кариатиды — все это открывается взору посетителей в музее с выставочной площадью 25 тысяч квадратных метров.Обложка: Фидий и его мастерская.
![Галерея Академии Венеция](/storage/book-covers/44/44135be65e5bf77965024a6f9c19d8fdf63f7367.jpg)
Галерея Академии в Венеции — художественный музей, в котором хранится самая большая коллекция венецианской живописи XIV–XVIII веков. Галерея основана венецианским Сенатом в 1750 г. как школа живописи, скульптуры и архитектуры. В начале XIX века из художественной школы был преобразован музей, его фонды стали постепенно увеличиваться.Обложка: Джентиле Беллини. «Чудо реликвии Святого Креста на мосту Сан-Лоренцо». Фрагмент.
![Государственный музей искусств Копенгаген](/storage/book-covers/de/de0e517098f1359bfe6cb09380e4f332753b6ad7.jpg)
Государственный музей искусств Дании по праву гордится своей коллекцией. Особенно полно здесь представлено искусство Западной Европы после XIV века. В музейной экспозиции — полотна Мантеньи, Тициана, Рубенса, Лукаса Кранаха Старшего, Рембрандта, Гийсбрехтса, Абильгарда, Хаммерсхоя, Нольде, Йорна, Леммерца, а также превосходные картины датских художников «Золотого века», включая Экерсберга и Кобке, работы Пикассо и всемирно известное собрание работ Анри Матисса.Обложка: П. Хансен. «Играющие дети на площади Энгхаве».
![Гимн солнцу](/storage/book-covers/d5/d5803eed42ce047d984d317d4527f4c71645c085.jpg)
Повесть о литовском художнике и композиторе Микалоюсе Константинасе Чюрленисе. В книге повествуется о жизни этого замечательного человека, дается искусствоведческий анализ произведений великого мастера. Книга иллюстрирована работами М. К. Чюрлениса. Издается к 100-летию со дня его рождения.