— Он пришел в сознание? — спросил Мейсон.
— Нет, — сказал Поли. — Разумеется, я не хотел, чтобы про этот случай пронюхали журналисты и прославили наш отель в газетах, поэтому я уговорил санитаров из «скорой» спустить Меллори на грузовом лифте и уехать по боковой аллее. Теперь еще один странный момент: только «скорая» уехала, прибыла вторая. Мейми уверяет, что она вызывала только одну, но записи доказывают, что из отеля поступило два вызова. Оба раза звонили молодые женщины, сообщили в больнице. Вот и пораскиньте мозгами: как это могло случиться? Разве что эта рыжеволосая сначала уложила его, а потом сама же вызвала машину «скорой помощи».
Мейсон согласно кивнул головой.
Поли сунул изжеванный, влажный конец сигары в рот и чиркнул спичку.
Воспользовавшись тем, что, прикуривая, он наклонился, Мейсон, вопросительно приподняв брови, многозначительно посмотрел на Дрейка.
Дрейк кивнул, отвечая на молчаливый вопрос адвоката, а вслух произнес;
— Я подумал, не захочешь ли ты посмотреть, как работает настоящий детектив, Перри. Джим намерен подняться наверх и проверить комнату Меллори. Уж он-то докопается, чьих рук это дело. Как только я увидел, что ты подъезжаешь сюда, и зная, как ты дотошно работаешь над своими делами, я решил, тебе будет любопытно понаблюдать за действиями опытного детектива.
Поли выпустил несколько белых облачков дыма и самодовольно сказал:
— Ах, не расхваливайте меня, я вовсе не гений. Просто знаю свое дело, только и всего.
— Конечно! — с исхренним энтузиазмом воскликнул Мейсон. — Мне бы очень хотелось понаблюдать за работой настоящего детектива.
Поли напустил на себя важность.
— Конечно, полиции может не понравиться, если я возьму с собой посторонних в комнату Меллори. Они предпочитают, чтобы профессионалы-детективы держались в стороне и терпеливо смотрели на то, как куча полицейских орудует на месте преступления, затаптывая следы и уничтожая улики. Они всегда воображают себя такими умниками, для которых найти преступников — дело пустяковое. Если вы, друзья, обещаете ни до чего не дотрагиваться, мы поднимемся вместе наверх и быстренько все осмотрим. Возможно, я сумею предоставить мистеру Мейсону какие-нибудь улики.
Он подошел к лифту, указательным пальцем с грязным обгрызенным ногтем нажал на кнопку звонка и слегка откинул голову назад, чтобы дым от его изжеванной сигары не попадал ему в глаза. Через минуту кабина лифта спустилась вниз. Детектив вошел первым, едва только распахнулась дверь. Мейсон задержался, чтобы спросить у Дрейка:
— Кто-нибудь из твоих людей находится в отеле, Пол?
Дрейк кивнул и прошел в лифт.
— Шестой, — скомандовал Поли.
Лифт взмыл вверх, остановился.
Поли сделал широкий жест рукой:
— Сюда, ребята.
И уверенно зашагал по длинному коридору.
Дрейк тихонько сообщил на ходу:
— Один из моих парней сумел увязаться за рыжеволосой девушкой, но не дай Бог, если Поли что-нибудь заподозрит!
Они прошли почти в самый конец коридора. Местный детектив достал отмычку, открыл дверь и на пороге еще раз предупредил:
— Только ни до чего не дотрагивайтесь!
Стол был перевернут, коврики сбиты в угол, торшер валялся на полу, матовая лампочка разбита вдребезги, и ее мелкие осколки блестели крошечными льдинками на фоне ковра. Разбившееся на многочисленные мелкие кусочки зеркало валялось на паркете, только пустая рамка сиротливо свисала с крюка. Глэдстонская сумка с ярлыком «Монтери» лежала на полу, из нее были вытащены кое-какие предметы облачения духовного лица. Небольшой сундук для перевозки верхней одежды тоже был раскрыт. Портативная пишущая машинка, перевернутая кареткой вниз, валялась на полу, на ее футляре был приклеен такой же ярлык — «Монтерри». Дверца шкафа распахнута наполовину, внутри три или четыре костюма.
Глаза Мейсона остановились на портфеле для бумаг. Замок на нем был вырезан с трех сторон и теперь болтался на куске кожи.
— Рыжеволосая пыталась обчистить епископа, — уверенно заявил Поли. — Он поймал ее за руку. Тогда она ударила его по голове, он потерял сознание, она стала рыться в его вещах, по всей вероятности, искала деньги.
— В таком случае эта рыжеволосая должна быть опытной преступницей, — заметил Мейсон.
Поли сурово усмехнулся и, показав рукой на беспорядок, спросил:
— А разве это ни о чем не говорит?
Мейсон кивнул головой.
— Самое первое, что мне надлежит сделать, — с важным видом продолжал Поли, доставая из кармана карандаш, — это переписать вещи, которые находятся в комнате. Когда епископ придет в себя, он непременно заявит, что у него пропали вещи, после того как его забрали в больницу, что отел|> не принимает никаких мер по охране личного имущества постояльцев. Ох, тут надо держать ухо востро, я изучил все эти трюки досконально, мне их положено знать, чтобы не нажить всяких неприятностей.
— Я кое-что хочу сказать, — перебил его Дрейк. — Понимаешь, Перри, некоторые считают, что вот такой детектив при гостинице вовсе не должен обладать большим опытом и умом, потому что ему нечасто приходится оказываться в настоящих переделках, но лично я считаю, что работа местного детектива весьма ответственная и сложная! Она требует смелости, находчивости, смекалки.