Конечно, мы с вами оба понимаем, что означает сокрытие улики, но знаем также, что в уничтожении подделки нет ничего преступного. Лично я, мистер Мейсон, твердо убежден, что притязания Фрича беспочвенны и что эта запись — подделка, но, боюсь, такая подделка, которая способна убедить судью или присяжных. Надеюсь, что этого не произойдет, но кто знает.
Разумеется, мистер Фрич не провоцирует нас на уничтожение улики. Ему нужно, чтобы мистер Бэйн или миссис Этвуд, если она не желает беспокоить отца, дали ему сумму, необходимую для защиты себя от обвинения, которое, по его утверждению, совершенно ошибочно.
— Это обвинение лишено силы на основании закона о сроках давности, не так ли?
— Думаю, вы правы, мистер Мейсон, но, повторяю, я не адвокат. Мистер Фрич полагает обвинение напраслиной и считает, что его старый друг, мистер Бэйн, обязан раскошелиться для проведения расследования и защиты.
— А кто будет вести расследование? Вы?
— Этого я не знаю, мистер Мейсон. Вы все норовите поставить телегу впереди лошади. Разумеется, не исключено, что мистер Фрич предложит это мне. Но если он пожелает после окончательного завершения нашего с вами дела нанять меня, думаю, что я приму его предложение. Но я вообще не намерен обсуждать с ним этот вопрос до завершения сделки с семьей Бэйнов.
— Какую сумму хочет Фрич?
— Ровно столько, сколько понадобится на проведение расследования и снятия с него обвинения. Для этого ему придется возобновить многие старые связи, порыться в старых бумагах. Это нелегко. Фрич считает, что минимальная сумма — это двадцать пять тысяч долларов.
— Это большие деньги, — сказал Мейсон.
— Ну, я уже сказал, что расследование потребует немалого труда.
— И все же цена слишком высока.
— Что ж, возможно. Если миссис Этвуд поручит мне ведение переговоров с Фричем, я попытаюсь склонить его к меньшей сумме.
— Допустим, после того как эти деньги будут уплачены, что дальше?
— Этого я опять-таки не могу знать, мистер Мейсон. Честно говоря, я почти не разговаривал с Фричем об этом. Когда Фрич пришел ко мне, я сразу сказал ему, что не стану работать на него ни за какие деньги, но пообещал предложить свои услуги миссис Этвуд. Я также предупредил Фрича, что в случае согласия миссис Этвуд я буду действовать исключительно в ее интересах, и если приду к выводу, что запись поддельная, то постараюсь доказать это.
— И что вам ответил Фрич?
— Он сказал, что если я гарантирую сохранность пленки, то могу взять ее себе и предпринимать любые шаги, чтобы доказать ее подлинность. Теперь, думаю, вам понятна моя позиция.
— Очень понятна, — холодно сказал Мейсон. — Давайте теперь послушаем пленку.
Броган смерил Мейсона оценивающим и недобрым взглядом.
— Не будем зря терять время, — повторил Мейсон. — Лучше послушаем.
— Я думаю, сперва нам нужно как следует понять друг друга, мистер Мейсон. Мы ничего не добьемся нашей словесной перепалкой. Вы адвокат и деловой человек. Полагаю, вы уже получили гонорар от миссис Этвуд. Я тоже попросил бы миссис Этвуд дать мне задаток, чтобы я мог действовать от ее имени; вас же, как ее адвоката, попрошу поддержать меня.
— Другими словами, вы хотите обезопасить себя.
— Вы абсолютно правы.
— Ладно. Но все же давайте послушаем пленку. Насколько я понял, на это вы имеете право.
— Да, но не более.
— Тогда начнем.
Броган поставил на стол магнитофон, воткнул вилку в розетку и, подойдя к стене, надавил на нее. Казавшаяся сплошной, стена подалась, открыв доступ к сейфу. Набрав комбинацию цифр, Броган достал из открытого сейфа магнитофонную катушку с пленкой и положил ее рядом с магнитофоном.
— Вынужден повторить, мистер Мейсон, что на карту поставлена моя профессиональная репутация. Я заверил мистера Фрича, что, пока пленка находится у меня, с ней ничего не случится. Прошу вас и миссис Этвуд оставаться по ту сторону стола и не подходить к магнитофону. Не пытайтесь трогать или рассматривать пленку. Надеюсь, вы будете соблюдать эти условия.
— Мне не хочется подвергать сомнению чье-либо гостеприимство, но я бы не отказался от глотка Диски, — сказал Мейсон.
— О, простите, — воскликнул Броган. — Я так увлекся, что совсем забыл о своих обязанностях хозяина. Что вы будете пить, миссис Этвуд?
— Виски с содовой.
— Я бы выпил виски с водой, — сказал Мейсон, — и, если вы не против, я сам приготовлю себе Напиток.
— Конечно, конечно, — улыбнулся Броган, обнажив крупные зубы. — Я вас понимаю, адвокат. Вы обязаны быть подозрительным. И извините, если я тоже буду подозрительным. Вы сказали, что хотите сами приготовить себе виски, и я ловлю вас нд слове. Если вы, мистер Мейсон и миссис Этвуд, пройдете со мной в кухню, у нас не возникнет никаких проблем. Другими словами, я не хочу, чтобы в мое отсутствие пленка была испорчена. Итак, кухня за дверью. Пожалуйста, вот сюда.
Мейсон и миссис Этвуд послушно направились к двери.
— Когда-нибудь, — сказал Броган, — я поставлю в гостиной небольшой бар, где будет и лед, но сейчас весь лед в холодильнике, на кухне. Так что не обижайтесь, мистер Мейсон.
На кухне Броган нашел бокалы, достал из холодильника поднос с ледяными кубиками, затем, подойдя к буфету, открыл дверцу, и гости увидели полки, заставленные яркими разноцветными бутылками.