Полет - [8]
Глава 12. Корабельный бар был удивителен. Каждый раз, заходя в него, Арнольд не уставал удивляться, как в таком маленьком пространстве удалось сделать полноценный бар. И не просто бар - место принятия во внутрь спиртных напитков. Арнольд за свою жизнь бывал не во многих барах. Скорее, внутреннее понимание о том, каким должно быть правильное заведение, сложилось у него из книг. Атмосфера Ремарковских баров, готовых в любую непогоду укрыть и согреть настоящих героев... Да что там говорить, ему порой казалось, что вся западная литературная культура пляшется от барной стойки. Герои Джека Лондона, Марка Твена, Гашека и Дюма не отделимы от вида закопченного буфета и паров алкоголя. Впрочем, бар это не только пяток пивных кранов и десяток перевернутых бутылок. Запах запеченной свиной рульки, въевшийся в стены и потолок. Ощущение коллективного одиночества, позволяющее моментально перейти от созерцания глубины собственного стакана к бескомпромиссному спору с окружающими. Бармен с глазами лучшего друга, с которым, к счастью, не надо разговаривать о его жизни. Все это Бар, друзья мои.
* * *
Арнольд сидел в уголке корабельного бара и допивал вторую пинту Гиннеса. По телевизору транслировали футбольный матч, между известными европейскими клубами. Комментатор на испанском языке горячо переживал события на поле. Арнольд не понимал ни слова. Но потому вероятно футбол - самая популярная в мире игра, что комментариев к нему не требуется. - Арнольд Сергеевич, - обратился к нему кто-то из-за спины. - Да...,- ответил стоматолог и повернулся. Но, за его спиной стоял не агент разведки семьи Кетлер, непотопляемый Алексей Бондович Смирнов, а потный майор транспортной милиции Анохин. - Арнольд Сергеевич, расскажите мне, где Вы были последние три часа, - как-то очень ласково поинтересовался он у Арнольда. - На корабле, - пошутил Арнольд. - Для Вас было бы лучше быть где-то в другом месте, - не развеселился милиционер. - А что случилось? - Так где же Вы были? - Пообедал, вернулся в каюту, отдохнул, пришел в бар, выпил две кружки пива. А что в этом плохого? - Вы, все это время, были один? - Хм..., на обеде нас было много. Потом мы с Мариной вернулись в номер и там были вдвоем. Вас это удивляет? А потом я пошел в бар. Как видите один. - Когда Вы шли в бар, Вы не заметили ничего необычного? - Послушайте, майор! Не помню Вашего имени-отчества! - Игорь Николаевич... - Так вот, Игорь Николаевич, если Вы хотите у меня что-то спросить, или на Ваш взгляд, я в чем-то виноват, вызывайте меня на допрос. И не мешайте отдыхать. - Зря, Вы так Арнольд Сергеевич. На допрос, я Вас обязательно вызову. А пока, вынужден задержать, как подозреваемого в убийстве Екатерины Кетлер и Ахмада Рахима. При этих словах из-за широкой спины майора вышли два крепких матроса и встали по обе стороны от Арнольда. - Пройдемте Арнольд Сергеевич, - сказал Анохин и вежливым жестом указал на дверь. * * * Арнольда, потерявшего от неожиданности дар речи, препроводили в маленькую каюту в дальней части корабля. В комнате не было иллюминатора, вероятно она находилась ниже ватерлинии и хорошо был слышен шум от работающих двигателей. Обстановка нового жилища слабо напоминала интерьер кают первого класса. Узкая полка-кровать, застеленная серым бельем. Небольшой стол, на нем стакан и пара салфеток. Маленький шкаф для одежды с двумя полотенцами и пустой вешалкой. В углу дверь в туалет. Там душ и металлическая раковина с квадратом зеркала над ней. Из зеркала на Арнольда смотрел взлохмаченный человек с впавшими глазами и дрожащими губами.
Глава 13. Земля сползала в лево. Из под распростертого крыла уносились холмы, в темноте с высоты, не отличимые от морских волн. Или в них переходящие. Или это волны, попадая на берег, набирают силу в плавном изгибе холмов и пенятся, превращаясь в скалы. Он был здесь всегда и будет всегда. В месте схождения величайших стихий: земли, моря, воздуха. Он охотился на всем черноморском побережье. Но здесь в бухте Коктебеля все было по-особенному. Благодаря резкому переходу от равнинного Крыма к горному, восходящие воздушные потоки сами несли в нужном направлении. Оставалось только зорким глазом сквозь практически прозрачную толщу воды выбрать жертву пожирнее. И медленно спланировав, схватить ее цепким клювом. Все здесь по-особенному. Предаваясь послеобеденному отдыху, он любил опорожнить кишечник на головы беспечных отдыхающих. Они радостно щурились, показывали пальцами на далекую красивую птицу, принимая своими счастливыми лицами, разбившуюся на брызги переваренную им рыбу. Пожалуй, только малая величина черепной коробки не позволяла ему продолжить эту философскую мысль. А как здесь любилось. Как любилось. Кажется, все токи этого мира сходятся в одной точке. Точке тепла, сытости, любви. Он улетал. Ото всех радостей и приятных излишеств. Он улетал. Что гнало его? Неведомая тяга к перемене мест, зов предков? Полет, только полет главное мерило. Способ существования и радость бытия одновременно. Невыразимая сущность всего. И только Полет теряет смысл, когда знаешь, куда летишь.

.Точки пересеченияНекий вооружённый уголовник с татуировкой «Три богатыря» связал кладовщика Тюленькина и похитил у него автомобиль «Лада».Таинственным образом пропал инженер Зоркальцев, а неподалеку от райцентра был найден принадлежащий ему автомобиль со следами крови. Незадолго до исчезновения у инженера сгорела дача.На прибывшей из Минска грузовой платформе был обнаружен труп охранника. У охранника был похищен револьвер с боевыми патронами.Эти разрозненные дела пересекутся.ЗавещаниеИ вот пришлось Антону Бирюкову, начальнику районного угрозыска, по поручению начальства ехать в родное село на таинственное исчезновение доярки Тамары Тиуновой, он остается там на несколько дней, наконец то поживет у родителей, раскроет уголовное дело, пообщается с друзьями детства и односельчанами.

В номере:Ника Батхан. Сказка блошиного рынкаНаталья Анискова. Лепреконы в Москве не водятсяВера Сучкова. ПаровозикЖаклин де Гё. ЗеркалоВадим Вознесенский. Мира твариПетр Любестовский. На лесном кордонеВладимир Компаниец. Куколки-малышки.

Однажды Тэхен приносит в общежитие кошку, но никто бы и не подумал, что эта "кошечка" окажется девушкой. Красивой такой девушкой.

Журналист просыпается в тесной запертой комнате с низким потолком. На столе печатная машинка, рядом записка с условием: дверь будет открыта, когда он напишет миллион знаков высококачественного текста. Любые контакты с внешним миром невозможны. Каждый час он должен писать минимум три тысячи знаков, иначе потолок всякий раз будет опускаться на пять сантиметров, пока не раздавит его…

Последние месяцы Второй мировой войны. Половина Европы в руинах, Венгрия истекает кровью... Отважные венгерские подпольщики из последних сил ведут борьбу за скорейшее освобождение своей исстрадавшейся родины. Гестапо готовит операцию по ликвидации венгерского Сопротивления, но разведчик Кальман Борши рушит планы нацистов.Увлекательнейший военно-авантюрный роман Андраша Беркеши «Перстень с печаткой» был экранизирован венгерскими кинематографистами в 1967 году и снискал заслуженный успех у многомиллионной зрительской аудитории.

On a winter's evening, a trio of unruly teenagers board a bus, ganging up on Luke Murray, hurling abuse and threatening to kill him. The bus is full but no one intervenes until Jason Barnes, a young student, challenges the gang. Luke seizes the chance to run off the bus, but he's followed. Andrew Barnes is dragged from the shower by his wife Valerie: there's a fight in the front garden and Jason's trying to break it up. As Andrew rushes to help, the gang flees. Jason shouts for an ambulance for Luke, but it is he who will pay the ultimate price.