Подводная одиссея - [7]

Шрифт
Интервал

– Очень странно, – проговорил Саблин, не спеша подходить к таинственно опустевшему судну.

Сейнер дрейфовал с заглушенной силовой установкой. Неяркое солнце, чуть-чуть пробивавшееся сквозь стык в тучах, делало картину совсем уж нереальной. Закопченное железо, трепыхающийся флаг, опустевшая палуба.

– Может, они все же покинули сейнер? – предположил судовой врач.

– Шлюпка на месте. Никто даже не делал попытки спустить ее на воду, – возразил Виталий. – Да и не мог пожар ликвидироваться сам собой.

– Может, угорели? – сделал свое умозаключение старлей Прошкин.

– В любом случае надо подняться на борт, – подытожил Саблин, подводя катер вплотную к борту сейнера, и постучал кулаком по обшивке.

Никто ему не ответил.

– Эй! – крикнул каплей.

И вновь тишина в ответ. Вот только была эта тишина какой-то предельно напряженной, таинственной.

– Свяжись с транспортником. Передай, что мы обнаружили сейнер.

И тут выяснилось, что «717»-й не отвечает.

– Возможно, помехи. Грозовой фронт приближается, – попытался найти объяснение радист.

– Странно, – Саблин надежно закрепил тросом катер и первым стал взбираться по узкой металлической лесенке на борт сейнера.

Автомат с коротким прикладом висел у него за спиной. Вскоре все четверо оказались на палубе. Виднелись сдувшиеся брезентовые рукава брандспойтов, прикрепленные к гидрантам. В надстройке торчали осколки выбитых стекол. Пахло гарью. И никаких признаков присутствия людей. Старлей Прошкин глянул на Саблина.

– Очень странно, – произнес он. – Разрешите осмотреть трюм.

Скрипнула под ветром металлическая дверь. Волны раскачивали дрейфующий сейнер. Саблин не успел дать разрешение. Краем глаза он отметил какое-то подозрительное движение наверху надстройки. Он успел заметить приподнявшегося некрупного человека в выцветшей военной форме, один раскосый глаз был закрыт, второй щурился в прицел автомата.

– Назад! – крикнул Виталий.

Но было уже поздно. Очереди загрохотали с трех сторон одновременно. Со звоном посыпались сверху отработанные гильзы. Саблин резанул короткой очередью по верху надстройки. Он успел прижаться спиной к нише с гидрантом и только потом услышал звук падающего тела, перевел дыхание, осмотрелся. Судовой врач лежал на палубе, пули прошили ему обе ноги, и мужчина пытался ползти, используя лишь руки, скользившие по мокрой палубе, губы его кривились от боли.

– Помогите, – шептал он. – Добьют же.

Старлей нашел себе укрытие за лебедкой для вытаскивания сетей. Молодой спецназовец вжался в узкое пространство под поворотной платформой подъемника и знаками показывал Виталию, что собирается помочь врачу выбраться с открытого – простреливаемого – пространства. Саблин отрицательно покачал головой. Мол, не спеши. Следовало понять, кто на них напал и почему? Какие силы им противостоят?

На палубе прямо под надстройкой лежал убитый Саблиным раскосый стрелок, свалившийся с надстройки.

– Форма на нем северокорейская, – машинально отметил Виталий.

Вспомнил звуки стрельбы. Еще как минимум могли оставаться двое затаившихся противников, ведь он слышал звук трех автоматов. Но кто даст гарантию, что их не больше – пять, десять? На сейнере вполне могло укрыться с полсотни человек.

Врач медленно полз по палубе, оставляя за собой кровавый след. Из-за угла надстройки показался ствол автомата. Саблин дождался того момента, когда высунется и голова. Тут же надавил на спусковой крючок. Послышался короткий вскрик, перешедший в стон.

– Черт, только ранил.

Виталий дал знак молодому спецназовцу, чтобы тот прикрыл его. Парень быстро понял, что от него требуется, стал короткими очередями стрелять по надстройке. Посыпались остатки выбитого стекла. Если, кто и скрывался там, то не рискнул бы поднять голову. Двумя короткими перебежками Саблин добрался до края надстройки – ближайшему от раненого врача, тот уже выбивался из сил. В глазах читалось отчаяние.

– Сейчас, – Виталий отстегнул карабин ремня на автомате.

Но сразу же понял, что длины его не хватит, придется высовываться из укрытия. Однако он понимал, что врача не добивают лишь потому, что он хорошая приманка. Противник рассчитывал, что кто-нибудь из российских спецназовцев обязательно попытается его вытащить. Вот тогда и прикончат сразу двоих – и врача, и смельчака.

– Хватайся сильнее, вытащу, – негромко сказал Виталий раненому. – Только сначала сделай вид, что потерял сознание.

Врач понимающе кивнул, наверняка уже и сам успел просчитать ситуацию. Он пару раз подтянулся руками, а затем упал головой на палубу и замер, глядя на Саблина одним прищуренным глазом. Виталий не стал тянуть время, бросил врачу автомат, а сам продолжал держать отстегнутый конец ремня. Раненый ухватился за ствол мертвой хваткой. Каплей потащил его на себя, сдирая с ладоней кожу о шершавый брезентовый ремень. Сверху громыхнула очередь. Молодой спецназовец выстрелил в ответ. Казалось, что спасение совсем близко. Но тут из-за угла выкатилась граната.

Видел ее со своего места лишь Виталий, а потому и прокричал:

– Ложись!

Он еще сильней потащил врача, цеплявшегося за автомат. Но ослабевшие пальцы судового медика разжались. Саблин по инерции отлетел к стене, упал, сжался, закрыв голову руками. Прогремел оглушительный взрыв. Осколки ударили в надстройку прямо над головой Виталия, в ушах зазвенело. Когда дым рассеялся, Саблин поднял голову и выругался. Все оказалось зря. Судовой врач еще корчился в конвульсиях, но спасти его было невозможно, это являлось уже агонией; из пробитой осколком шеи пульсирующим фонтаном вытекала артериальная кровь.


Еще от автора Сергей Иванович Зверев
Рыцарь ордена НКВД

Осень 1941 года. Враг у стен Москвы. Основные предприятия и учреждения эвакуированы в Горький, где формируется новый рубеж обороны. Чтобы посеять панику и помешать выпуску военной продукции, фашисты забрасывают в наш тыл хорошо подготовленных диверсантов. Борьбу с ними ведут части НКВД под командованием майора госбезопасности Василия Ясного. Опытный чекист понимает: мало выявить и уничтожить мелкие группы врага, важнее перехватить стратегическую инициативу. С этой целью Ясный создает специальную группу и начинает вести с фашистами тонкую радиоигру…


Этому в школе не учат

Первые месяцы войны. Красная Армия с трудом сдерживает фашистскую армаду, рвущуюся на восток. Мародеры и диверсанты сеют панику уже в самой столице. Бойцы СМЕРШа работают на пределе сил. В их числе бывший учитель, а теперь оперативный сотрудник Сергей Лукьянов. Привыкший воевать еще с Гражданской, он все время рвется на фронт. Но на передовой его ждет серьезное испытание. В ходе одной из операций Лукьянов сталкивается со своим бывшим учеником, ставшим к тому времени безжалостным карателем и немецким агентом…


Жестокость и воля

Бывший снайпер-афганец, он же бывший зэк по кличке Жиган, а ныне бизнесмен Константин Панфилов, даже не предполагал, что он встанет на пути наркодельцов, уголовников и «азербайджанской мафии». Эти люди понимают лишь один язык — язык силы, но им-то Жиган владеет хорошо. Тяжко только то, что в числе его врагов оказались и бывшие однополчане. Но Жиган не привык отступать...


Палачи и герои

Конец Великой Отечественной войны. На Западной Украине орудуют банды оголтелых националистов. Направляемые немецкими спецслужбами, они уничтожают мирное население, жгут дома, рыщут по лесам в поиске партизан. Активнее других действует шайка ярого бандеровца по кличке Дантист. Непримиримый враг советской власти, он воюет с ней всю свою жизнь. На ликвидацию опасного врага направляется отряд капитана Ивана Вильковского. Оперативник понимает, что в открытую Дантиста не взять. Тогда он разрабатывает операцию, в которой в качестве наживки решает использовать одного из близких соратников бандита…


Танкисты

Этому автору по силам любой жанр: жесткий боевик и военные приключения, захватывающий детектив и криминальная драма. Совокупный тираж книг С. Зверева составляет более 6 миллионов экземпляров. Его имя – неизменный знак качества каждой новой книги. Июль 1941 года. Бронированная армада вермахта рвется на восток. Красная Армия из последних сил сдерживает натиск врага. В числе тех, кто умело бьет фашистов, экипаж Т‐34 младшего лейтенанта Алексея Соколова. Танкистам поручено возглавить рейд в тыл противника. Там, в окружении, сражаются остатки корпуса генерала Казакова.


Логово проклятых

Послевоенная Украина. Во Львовской области разведка СМЕРШ установила место, где скрывается руководитель УПА Роман Шухевич. Принято решение взять фашистского прихвостня живым. Для этого на место срочно направлена группа полковника Михаила Боровича. Кажется, загнанному в угол преступнику не избежать справедливого возмездия. Но в последний момент оперативный план неожиданно оказывается под угрозой срыва. Что это – серьезный просчет при подготовке, роковая случайность или чья-то провокация? Ответ на этот вопрос знает только один человек – сам Борович, человек с непростым и загадочным прошлым…


Рекомендуем почитать
Возвращение Кольки Селифонова

Она очень горька, правда об армии и войне.Цикл «Щенки и псы войны» – о солдатах и офицерах, которые видели всю мерзость, кровь и грязь второй чеченской войны. Они прошли сквозь этот кромешный ад, проявив настоящие мужество, стойкость, преданность, отдав сердца и взамен не требуя наград. И каждый из них мечтал вернуться живым и верил, что его ждет семья, любимая девушка, Родина…По мотивам некоторых рассказов, вошедших в цикл, был снят фильм «Честь имею!..», награжденный телевизионной премией «ТЭФИ» и Национальной кинематографической премией «Золотой орел».


Симпозиум отменяется

Она очень горька, правда об армии и войне.Цикл «Щенки и псы войны» – о солдатах и офицерах, которые видели всю мерзость, кровь и грязь второй чеченской войны. Они прошли сквозь этот кромешный ад, проявив настоящие мужество, стойкость, преданность, отдав сердца и взамен не требуя наград. И каждый из них мечтал вернуться живым и верил, что его ждет семья, любимая девушка, Родина…По мотивам некоторых рассказов, вошедших в цикл, был снят фильм «Честь имею!..», награжденный телевизионной премией «ТЭФИ» и Национальной кинематографической премией «Золотой орел».


Сотвори свою смерть

Молодой ученый проводит эксперименты по оживлению мертвых тканей. Во время отпуска он со своей невестой отправляется под Архангельск, где его посещают странные видения. Эти видения материализуются в некое искусственное создание, обладающее качествами сверхчеловека. Вернувшись в Москву, герой ставит перед собой цель изобрести состав, позволяющий не только оживлять мертвые ткани, но и уничтожать их. Этими разработками интересуются Министерство обороны и КГБ и пытаются с помощью ученого совершить в стране переворот.


Тайна личности Борна

Первый роман трилогии известного мастера психологического триллера Роберта Ладлэма «Тайна личности Борна» начинается с газетных сообщений о разыскиваемом полицией и разведкой международном террористе и махинаторе.Тяжело раненного Джейсона Борна подобрали в море у берегов Франции без сознания, с утраченной памятью. Врач с удивлением замечает следы перенесенной травмы мозга и пластической операции…Кто же такой Борн? Преподаватель колледжа, интеллигент, порядочный, спокойный человек? Если так, почему в нем просыпаются смутные воспоминания о загадочных и жутких вещах? Почему во время приступов горячечного бреда он шепчет странные слова, — слова, которые служат ключом к…Ключ этот открывает Борну доступ к банковскому сейфу с миллионами долларов.


Шесть священных камней

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Санктус. Священная тайна

В лучах полуденного солнца брат Сэмюель, на миг застыв в позе, символизирующей крест, бросился вниз со своей обители на глазах у изумленных туристов! Он оставил полиции лишь одну подсказку — телефонный номер своей сестры-близнеца… Лив полна решимости узнать причину смерти брата. Но называющие себя Sanctus — Святыми, а на деле жестокие фанатики, одержимые идеей очистить человечество от первородного греха, наносят смертельные удары всем, кто мог узнать об их страшной тайне…