От тёмного истока - [14]

Шрифт
Интервал

— Ваня, отпусти эту тётеньку. Тогда я уйду. Отпусти её со мной.

— Нет!!! — завопил пацан и прижал голову девушки к себе. — Это ещё одна мама! Не отдам!

Я поднял пистолет и сказал как можно твёрже, хотя голос все равно дрожал:

— Оставь ее, Ваня. А не то мне придётся стрелять в тебя.

Тотчас же с одной из банкеток взлетел в воздух внушительных размеров охотничий нож и устремился к животу девушки. Я покрылся холодным потом, а бедняжка попросту потеряла сознание. Нож завис в паре сантиметров от цели и остался в таком положении, слегка подрагивая.

— Брось пистолет, дядя, — угрожающе сказал мальчишка. — А не то я сделаю её своей мамой прямо сейчас. Брось.

Я застыл, не зная, что предпринять. Вот сколько смотрел фильмов, где герои, оказываясь в подобных ситуациях, с блеском выходят из них, и заложников спасши, и злодеев покарав. Попав же в такой переплёт сам, я здорово растерялся. Кроме того, я вдруг понял, как вообще мне трудно будет выстрелить в ребёнка, пусть он вроде бы даже и не очень ребёнок… Единственный совет из милицейского практикума по спасению заложников вспомнил я — тянуть время.

— Э-э-э… Понимаешь, Ваня, если я не приведу эту тётеньку назад, сюда придут другие дяди… Они непременно заберут тебя. Тебе с ними не справиться…

Я не знал, что ещё сказать, но развязка наступила неожиданно: девушка пришла в себя и, видно, не осознав сразу, где находится, очень сильно трепыхнулась, так, что почти вырвалась из рук мальчишки. Он отвлёкся на секунду, отвел от меня свой взгляд, и тут я метнулся вперед и схватил нож за рукоятку левой рукой. Лицо пацана исказила жуткая гримаса, и меня потащило вперед, вслед за ножом. За мгновение до того, как ножу вонзиться в тело девушки, я сумел деволюмизироваться вместе с ним. Как-то я вывернулся в сторону и упал у стены. Сил на сохранение деволюмизированного состояния не было. Я стал плотным и почувствовал, как нож изворачивается в моей руке. Я понял, что через секунду он проткнет меня насквозь. Резко подняв руку с пистолетом, я надавил на спуск. Оружие сталинских офицеров, хоть и пролежало с полсотни лет в подвале, не подвело! Грохнул выстрел, и с одновременным всплеском в воду упали нож и тело мальчишки. Трупы всех девушек вокруг начали внезапно с ужасающей скоростью разлагаться, наполнив воздух страшным зловонием. Я вскочил, отодвинул задвижку двери, подхватил на руки несостоявшуюся «маму» и заковылял как мог быстро прочь оттуда, подальше от этого ужаса, дикого и сумасшедшего, невозможного и невероятного…

Вечером, когда я сидел перед батареей опустошённых пивных бутылок, тщетно пытаясь расслабиться и размышляя, а не пора ли уже перейти к абсенту, по телефону позвонил Сефирос. Отругав меня сперва за излишнюю самостоятельность, он сообщил, что руководство весьма всё же удовлетворено моим успехом, и что за проявленную самоотверженность в борьбе в паранормальным злом, мне объявляется благодарность с занесением в личное дело (так и сказал, стервец!). Не слишком сдерживаясь в выражениях, я объяснил ему, куда конкретно и каким образом они могут «занести» свою благодарность, и бросил трубку.

Терпеть не могу детей.


Глава 3. Схождение в долину тьмы


Никогда я не был большим любителем подниматься рано по утрам. Конечно, с одной стороны, это явное следствие того, что и завершаю я свой земной день обыкновенно весьма поздно — «сова» есть «сова». Тем не менее, с другой стороны, если постараться-таки лечь вечером пораньше, и даже если удастся быстро уснуть, что само по себе тоже, кстати, проблема, утром ничего не изменится — после звонка будильника организм решительно отказывается покидать пододеяльный уют, всячески неадекватно реагируя на неизбежное насильственное нарушение сего отказа.

Счастье ещё, что нынче вашему покорному слуге рано вставать приходится редко — зачем? Вся агентская служба в течение зимы-весны 20.. года сводилась к рутинным и простым заданиям: перевозка секретных документов (иногда потрясающей древности — да-да, вплоть до каменных табличек), постовая работа (прибыл в определённую точку пространства-времени, зафиксировал присутствие некоего паранормального явления, или отсутствие такового, в первом случае дождался оперативной группы, и в любом случае убыл восвояси), ну и так далее, и тому подобное, скучные будни рядового агента. Я уже начинал подумывать, что моё первое невероятное и жуткое приключение было чем-то вроде проверки, обряда инициации, или, напротив, результатом того, что я сам проявил излишнюю инициативу и служебное рвение — чай, не одну работу сменил, должен помнить, что на новом месте всегда так бывает — сперва помчишься с места в карьер, а после поосмотришься, пооботрёшься, видишь, что и поспокойнее можно работать, и дальше всё течёт своим чередом…

Да только Организация — это вам не кадровая служба, и не отдел безопасности бюро по трудоустройству. И довольно быстро мне об этом напомнили.

Вчера, 13 мая 20… года, когда я сидел себе спокойно и тренировал деволюмизацию, с переменным успехом пытаясь растворить в воздухе не только себя, подушку кресла, спинку кресла и подлокотники, но также ещё и кусочек пола, в мою потустороннюю усадьбу заявился Сефирос. Очень озабоченный, чего я не наблюдал с Нового Года, когда не сбылось очередное пророчество насчёт Конца Света. Почему-то руководство Организации и, в особенности, мой хвостатый куратор с величайшей серьёзностью относились ко всем этим дурацким предсказаниям, пророчествам и прорицаниям насчёт грядущего Армагеддона, и на каждую мало-мальски мелькающую в средствах массовой информации дату устраивало усиленный режим несения службы, рассылая до унылого неизменные указивки: «увеличить объём наблюдения за ментальным пространством… обеспечить присутствие в физической реальности не менее двух агентов на подотчётный регион одновременно… выходить на связь с руководством каждые четыре часа…». Увеличивали, обеспечивали, выходили, разумеется, ничего в эти даты экстраординарного не происходило, но зато потом Сефирос, и, по отзывам коллег, остальные директора пребывали в приподнятом настроении, и изволили даже шутки шутить, чего в обычное время за ними отродясь не замечали. На мои же прямые, как у всякого неофита, вопросы «на фига?!», Сефирос единожды лишь позволил себе туманно намекнуть, что это, мол, только нам, маловерам и непосвящённым, кажется, что ничего не происходит, а вот тем, кто имеет доступ к «высшим сферам», им-то видно, сколько ужасов и кошмаров угрожают человечеству в эти даты, и если только Организация ослабит контроль, то о-о-о… Так и выразился. Высшие сферы. По-моему, он мне заливал, как политрук стажёру. Ну и ладно.


Еще от автора Михаил Ильич Шабловский
Демон сна

Любимая девушка в спиритической коме. Строгое руководство требует результативной работы. На улицах Москвы поднимает голову культ дьяволопоклонников. Даже в сны вторгаются сладострастные демоницы. Немудрено, что Андрей Малинов, бывший офицер милиции, а ныне агент Организации по борьбе с паранормальными угрозами, бросает службу, берётся за бутылку и начинает засматриваться на чужие прелести! И ведь есть, на что посмотреть! Встреча с девушкой необычайной красоты и сексуальности, которой подвластен мир грёз, меняет мироощущение героя. Сумеет ли он устоять перед влекущими его со всех сторон соблазнами? Хватит ли ему сил противостоять повелителям демонов? И удастся ли сохранить верность своей спящей возлюбленной, или же он выберет другую, которая едва ли не сама бросается в его объятия? Кем теперь станет агент-ренегат? Ведь выясняется, что Малинов сам способствует восстанию культистов, похищая у своей новой знакомой могучий тёмный артефакт…


Рекомендуем почитать
На Калиновом мосту над рекой Смородинкой

Все мы любим сказки. А вы когда-нибудь задумывались — зачем Василиса Премудрая понадобилась Кащею Бессмертному? И так ли она, Василиса, добра и наивна, как мы привыкли думать? А в чем состоят должностные обязанности бабы Яги и для чего нужен Калинов мост? Сказка ложь, да в ней намек. Или нет в ней никакого намека, а всего лишь легкая недосказанность?..


Рашен брик

Западный журналист находит русского военного шофера – участника проекта «Рашен брик», спасшего множество жизней в период пандемии. Выясняя шаг за шагом ход проекта, журналист понимает, что русские опять не вписались в общепринятые стандарты и сломали привычную картину мира.


Как слово наше отзовётся

Рассказ петербургской писательницы Елены Хаецкой создан в жанре «городской легенды» и повествует о силе человеческой мысли и человеческой эмпатии, способных в экстремальной ситуации воплощаться в материю.


Веребушка - 2001

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Тропою рыси

Как говорится, ничто не предвещало… Ну разве могла я подумать, что в самый ответственный день, день нашей свадьбы, Макс просто растворится, исчезнет из моей жизни? «Испугался», — шептались за моей спиной подружки. «Сбежал», — хихикали другие. «Не нагулялся», — ухмылялись его друзья. «Вернется, куда денется», — убеждали свидетели. «Похитили, — вздыхали родственники, — долгов-то у вас, поди, хватает…» И лишь проведя свое собственное расследование, которое привело меня на Урал, я поняла, что все совсем не так просто…


Хозяин Барамбашкина

«Любопытной Варваре на базаре нос оторвали». Грубо? Зато честно. И заслуженно. А нечего совать свой длинный нос в экспедиции, раскопки, древние арки и врата-между-мирами. Нет, ну если Вам хочется ввязываться в столетние войны, межрасовые конфликты, разбираться, кто прав-кто виноват, быть приманкой, шпионкой, боевой единицей и наложницей одновременно — то пожалуйста. Двери всегда открыты. Ибо «Просите и дано будет вам, ищите и найдете, стучите и отворят вам».