Очаровательная наставница - [15]

Он встал и, не оглядываясь, покинул столовую.

– А ты все равно вскакиваешь по первому ее требованию. Эх, кэп, боюсь я за тебя, – пробормотал Мериуэзер. Он придвинул к себе тарелку капитана, бросил в рот кусок сосиски и вздохнул от удовольствия, не обращая внимания на жир, лившийся ему на бороду. – Всякий, кто оставляет пропадать добрую английскую еду из-за женщины, не совсем нормален.

За последнюю неделю Жаклин Рен дала уроков чая с крошечными сандвичами больше, чем бывает ракушек на днище корабля.

И ни разу наедине.

Все уроки были старательно устроены так, чтобы включать присутствие наседки миссис Бидли или застенчивого Тимоти. Не оставалось никакой возможности для следующей попытки соблазнения.

По крайней мере, сегодня он смог отправить Тимоти в конюшню подковать его лошадь, а миссис Бидли оставил приглядывать за Мериуэзером.

После всех уроков Гейбриел был уверен в одном: изысканное общество слишком переоценено. Большинство правил, видимо, предназначалось для того, чтобы сделать из мужчины дурака с наименьшими усилиями с его стороны. Конечно, многое изменилось после его ухода в море, но как система хороших манер достигла таких нелепо сложных высот? Наверняка все мужское население Англии не потеряло свой коллективный разум за те годы, что он пробыл на Карибах.

Что такое «язык веера»? Похоже на худший вид женской глупости.

Остановившись перед открытым дверным проемом, Гейбриел заглянул в сад. Маленький треугольник зелени, украшенный фестонами цветов вокруг фонтана в центре, в одном углу буйно разрослись многолетние травы. Место явно предназначалось для убежища, защищенного со всех сторон каменными стенами замка.

Жаклин сидела на каменной скамейке и выглядела холодной и очень неприветливой. Она была в очаровательном платье, лучшем, какое он на ней видел: не слишком показное, сделанное из плотного муслина, но открытая вставка демонстрировала украшенную лентами нижнюю юбку, из-под которой скромно выглядывали остроносые туфли.

Лодыжек сегодня даже мельком не увидишь, с сожалением подумал Гейбриел.

Наряд соответствовал ее положению хозяйки, а прямая осанка каждым дюймом обличала в ней леди. Блестящий красновато-коричневый локон выбился из чепца и спиралью висел над плечом. Она постукивала веером поруке.

Значит, она собирается учить его языку веера? Этот жест сам говорил за себя. Она уже взволнованна.

Потом Жаклин раскрыла веер, и Гейбриел затрепетал, увидев ее груди. Это движение привлекло его взгляд к ложбинке между ними даже быстрее, чем обычно.

«Может, потому английские мужчины и мирятся с подобными мишурными украшениями». Гейбриел улыбнулся и вошел в сад.

– Мисс Рен. – Он слегка выставил ногу, развернув носок, чтобы лучше показать мышцы икры, как она его учила.

– Милорд. – Жаклин поднялась и сделала реверанс. Ее взгляд метнулся за его спину. – Где Тимоти?

– Он выполняет свои обязанности. Я не могу представить его роль в теме нашего урока. А теперь, чему вы должны научить меня о веерах, помимо того, как соблазнительно выглядит за одним из них ваша грудь?

Она захлопнула веер.

– Милорд, если вы намерены смеяться над…

– Мисс Жак, я никогда бы не засмеялся над вашей грудью.

Жаклин вспыхнула.

Очень хорошо. Она еще больше нравится ему, когда гневается или смущается. Его устраивает и то и другое.

– Я действительно с величайшим уважением отношусь к вашей груди, – заверил он. – То есть я хотел бы подержать их… – Она ударила его жестким концом веера в живот, выбив из легких воздух. – …с величайшим почтением, – закончил он, потирая живот. – Думаю, этот знак веера говорит, что вы хотите меня выпотрошить.

– Я импровизирую, – процедила она сквозь зубы. – Это недопустимый знак, и я сомневаюсь, что вы получите его от другой леди, если откажетесь от грубого поведения.

Жаклин села на место и ловко расправила юбку на бедрах, которые, насколько ему известно, были не такими широкими, какими их делали нижние юбки.

– Боюсь, вы несерьезно воспринимаете свои обязанности, милорд.

– С каких пор знание о веерах превратилось в серьезную обязанность?

– Ваша цель – жениться, причем жениться выгодно, – напомнила она. – И когда женская часть ваших гостей прибудет на бал, возможно, среди них окажется и ваша будущая жена. Способны ли вы правильно оценить трудноуловимые знаки, которые она вам посылает?

– В отличие от ваших не столь уж трудноуловимых? – Когда она бросила на него свирепый взгляд, Гейбриел, сдаваясь, поднял руки и сел рядом с ней. – Я глина в ваших умелых руках, мисс Жак. Придайте мне форму, наиболее подходящую для женского одобрения.

– Хорошо, – кивнула она, временно успокоенная. – Начнем с основ. Информацию можно передать несколькими простыми жестами. Если женщина верхней частью веера касается правой щеки, это значит «да». – Она подняла веер и показала.

– А левая щека, полагаю, означает «нет».

– Именно. – Жаклин чуть заметно улыбнулась, и ему вдруг захотелось узнать, как уговорить женщину остаться?

– Моя левая или ваша? – спросил он.

– Всегда женская.

– Почему я не удивлен? – Гейбриел наклонился к ней. Даже посреди буйно цветущего сада он уловил запах ее розовой воды, который так возбуждал его. – Но зачем столько усилий? Разве нельзя просто сказать «да» или «нет»?