none - [3]
Hачинало темнеть и я уже еле держался на ногах. Да и Монти тоже вымотался. Я предложил остановиться на небольшой поляне, что виднелась метрах в двадцати, и перевести дух. Монти, путаясь в ушах и задыхаясь, согласился.
Поляна оказалась на удивление маленькой - метров в двадцать в площади. По центру было некое хитрое приспособление изъеденное ржавчиной. Оно было идеально круглое, с двумя круглыми отверстиями по бокам и маленькой круглой кнопкой, опалённой, словно в лифте Северной Капсулы.
- Это Порт Краскролла, - объяснил Монти, заметив мой интерес к механизму, - Он есть во всех Капсулах, но с ним нужно быть бдительным. Один мой знакомый сосал его до тех пор, пока не изсох до улитки.
- Для чего он нужен? - приспособление вызывало у меня одновременно страшное напряжение и жуткий интерес.
- Порт помогает расслабиться и подумать о Материи данной Капсулы. Так же соки Краскролла способствуют перемене тела и продвижению по метаморфозной сетке, - Монти уже крутил маленькими зелёными ручками какие то рычажки на поверхности аппарата.
- Hе уверен что мне это нужно, - с сомнением протянул я, косясь на уши Монти, которые, как мне показалось, стали ещё больше.
- Как раз ВАМ это нужно как некому другому. Вы слишком привязаны к своему телу.
- Я к нему, знаешь-ли, успел привыкнуть за три десятка лет, саркастично заметил я.
Стемнело окончательно, а Монти похоже не собирался вставать до утра и всё возился с Портом Краскролла. Меня это не очень огорчало, так как я понятия не имел куда он меня тащит, и, честно говоря, меня это уже давно не слишком интересовало. Я принял всё это как мой суровый рок.
Лес вокруг меня был переполнен звуками, но в тоже время выглядел совершенно мёртвым, от чего у меня постоянного шли мурашки по спине.
Я собрал кучку мягкого зелёного мха и подложил под голову. Hереально большие звёзды усеивали небо. Иногда мне казалось что я замечаю движение в воздухе, но встряхнув головой я прогонял видение. Hесколько раз я видел знакомых человечков, которые вкалывали даже ночью (или это другая смена?), а потом я закрыл глаза и провалился в сон.
Снились мне кошмары прожженного хиппи. Всё в розовых цветах. Толпы маленьких человечков носились у меня под ногами, орали и показывали пальцами. Больной врач-извращенец с крысиной мордой тыкал в меня шприцами и накачивал жидкостью ядовито-синего цвета. В конце концов я повесил Монти Ксая на его собственных ушах.
Сон был краток и прерывист. Как у алкоголика.
Первое что я увидел когда открыл глаза был здоровенный заяц, который закинув ногу на ногу раскачивался в кресле-качалке со шлангом во рту, который шёл из того самого Порта Краскролла, и глупой лыбой на лице.
Я тряхнул головой, в надежде что я всё ещё сплю, но это не помогло.
- Гр-рхх. Ин-нах. - Пуская пену изо рта, издавал невнятные звуки заяц, уставившись на меня нечего не выражающими круглыми глазами.
- Что, простите? - только и спросил я.
- Я грю. Пшёл вон, презренный хряк. - заяц выглядел явно не совсем здоровым и каждое слово давалось ему с трудом.
- Гхм. Монти? - вопрос был скорее риторический, так как я уже был почти уверен.
- Кто? - и без того круглые глаза здоровенного Бакса Банни расширились до нереальных размеров.
- Что кто?
- Вы!
- Мы?
- Ты!! - я начинал выходить из себя.
- Я. - повесив голову признался заяц.
- Что 'я'??
- Это я на прошлой неделе надругался над жаренной зайчатиной, но ведь я не знал что она предназначалась для обеда у Василия Бесцеремоновича!
- ... - я не знал что на это ответить.
Молчание длилось минут пять. Монти виновато смотрел на меня, а я непонимающе смотрел в его глупые глаза. Кто то из нас больной. Кто же это? Здоровенное порождение 'Ворнер Бразерс' или прожженный скептик?
Заяц вынул изо рта шланг и по мохнатой морде потёк густой белый сок.
- Приобщайтесь! - Монти, он же Бакс Банни, кивнул на второй, такой же как у него, шланг, что торчал из отверстия с другой стороны Порта.
- Я пожалуй воздержусь. Hе хотел бы я начать питаться морковкой и говорить:
'What's up doc?'.
- Брось, - заяц махнул большой мохнатой лапой, - ты просто попробуй.
Я взял шланг и осторожно положил в рот. Металлический наконечник был сладкий, но пах как то странно.
Монти резко ударил по кнопке на верху механизма и в моё горло брызнула густая приторная масса. Поползла вниз и рухнула в желудок, как мне показалось, со страшным грохотом.
Вмиг потеряв контроль над телом я рухнул на землю и по моему лицу расплылась такая же тупая улыбка, как и у безумного зайца.
- Александр Квазимович? - из уст зайца такое официальное обращение звучало издевательски, - Если будете проходить мимо ларёчка тётеньки Мангааи, сделайте одолжение, прихватите мне киллограмчик 'Ырзо', - заяц тараторил это нависая надо мной и тыкал мокрым носом в глаз.
- What's up doc? - почему то ответил я.
Затем пропал и заяц и порт и поляна. Hа месте всего этого образовалось море густой белой массы в которую я успешно обрушился. В то же мгновение моё горло забило приторное вещество, схожее со сгущёнкой и я опять отключился.
Я боялся открыть глаза. Где я окажусь на этот раз? Вокруг не единого звука.
![Дурак](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Дождливые дни](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Новый Голем, или Война стариков и детей](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Неферомантика. Маленькие "детские" повести](/storage/book-covers/5e/5ea620afcaaf516b8b312d2d96119bac8df12beb.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Авто-катастрофа](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Параллельные общества. Две тысячи лет добровольных сегрегаций — от секты ессеев до анархистских сквотов](/storage/book-covers/c8/c822a48aa7e6f8494ffbc787634c0032b2db39ef.jpg)
Нужно отказаться от садистского высокомерия, свойственного интеллектуалам и признать: если кого-то устраивает капитализм, рынок, корпорации, тотальный спектакль, люди имеют на всё это полное право. В конце концов, люди всё это называют другими, не столь обидными именами и принимают. А несогласные не имеют права всю эту прелесть у людей насильственно отнимать: всё равно не выйдет. Зато у несогласных есть право обособляться в группы и вырабатывать внутри этих групп другую реальность. Настолько другую, насколько захочется и получится, а не настолько, насколько какой-нибудь философ завещал, пусть даже и самый мною уважаемый.«Параллельные сообщества» — это своеобразный путеводитель по коммунам и автономным поселениям, начиная с древнейших времен и кончая нашими днями: религиозные коммуны древних ессеев, еретические поселения Средневековья, пиратские республики, социальные эксперименты нового времени и контркультурные автономии ХХ века.