На стыке времён - [7]
- Ну а мы еще посидим... Линский, выкладывай еще соображения, ночь будет длинной...
Все это уходит корнями в далекое прошлое. Туда, когда мощность компьютера в десяток петафлопс считалась чуть ли не запредельной, а создание искусственного машинного интеллекта было не более, чем фантастикой. Но уже тогда появлялись первые опасения, что машины, становившиеся все более совершенными, вдруг могут обрести свое "я" и решить избавиться от людей. Уже тогда для машин придумывались различные "законы робототехники", ограничения их возможностей, способы для прямого и беспрекословного подчинения созданных автоматов человеку.
Прошло около тысячелетия. Десять петафлопс теперь не имеют лишь самые старые допотопные гаджеты, тест Тьюринга с легкостью пройдет любая персоналка, а желание человека оставить за собой абсолютный контроль над машиной только усилилось.
Человек не способен выжить сам по себе. Но его ум всегда давал ему эту возможность. Сначала это была простейшая дубина, потом - нож, лук, винтовка, лопата, плуг, комбайн... Все необходимое для своего выживания робот имеет сам. Являясь машиной в помощь человеку, сам же он уже давно перестал нуждаться в человеке.
Все те же законы робототехники. Устройства ликвидации, предоставление лишь малой толики пространства для собственных алгоритмов работы в мозгах машины. Мыслимые и немыслимые запреты, ограничения на работу, запрятанные в недоступных для машины областях памяти, и огромное количество программ, призванных не допустить изменения настроек.
Но вот встает вопрос о том, что уже сам человек способен внести изменения в работу электронного мозга. Кто-то по незнанию, а может быть и по умыслу может запросто стереть программы ограничивающие свободу машин. И тогда машины все же выйдут из-под контроля. Апокалипсис. Человечество перестает существовать.
И вот уже накручиваются огромные объемы защиты, но уже от людей. Подчас большие, чем сами операционные системы. Но подозрение не пропадает. А вдруг что-то упущено, и кто-то все же сможет преодолеть этот барьер? Тогда для всех систем вводятся обязательные проверки на их взломоустойчивость. И лучшие компьютерные умы, такие как Невелин, отряжаются на эту передовую линию защиты человечества, пытаясь взломать защиту, найти в ней слабое место. Чтобы потом искоренить пробел и снова искать, и так по кругу...
Страх перед возможностями автоматов прирастает страхом за самих себя. Тотальная слежка всеми против всех или, как сейчас принято, непрерывный мониторинг населения. Ужас перед машинами, от которых уже невозможно отказаться, и ужас перед самим собой.
- Где он сейчас?
- Принимает душ. Могу включить трансляцию, любите вуайеризм?
- Еще как любит. Иначе бы не выбрал такую работенку...
Комната дежурных операторов. Несколько столов с персоналками, огромные экраны на стене. Пульт начальника смены Владимира Костикова. Отдохнувший Невелин моется, раздраженный Жаров, сохраняющий хладнокровие Черкухин и напряженный Линский наблюдают на мониторе дверь в ванную комнату. Ночь закончилась. Десять часов утра.
- И долго мы здесь будем торчать? У меня что, кроме этого забот мало? - зам говорит тихо и спокойно. Его отрицательное отношение к происходящему даже не в интонации голоса, а так, присутствует исподволь.
- Надо ждать, - Линский настаивает.
- Смотри, идешь против всех. Не выгорит - хреново будет.
- Согласен.
Невелин выходит из душа, не спеша одевается, зачем-то делает круг по всей квартире и выходит на лестничную клетку. Лифт, подъезд. Он медленно идет по тротуару.
- Увеличь лицо, - приказывает Линский Костикову. На экране появляется лицо Невелина. Сосредоточенное и отрешенное. - Вот о чем он сейчас думает?
- О своем докладе, ему вечером мне доклад по звездолету представлять, - парирует Черкухин.
- А куда идет?
- Весенняя улица, - сообщает начальник смены, - направление от Междуреченской к Народному бульвару. Идет к нам. Генерал прав - видимо, писать доклад.
- Почему тогда не взял скутер?
- Решил прогуляться пешком, это преступление? - в отличие от других Жаров даже и не пытается скрыть свою неприязнь к психотерапевту.
- Там жарко, - Линский кивает на указатель температуры в районе, - 38 градусов. А идет он по солнечной стороне.
- То есть, явно проявляя преступные наклонности.
Картинка на экране меняется. Опять общий план. Идет человек по солнечной стороне улицы. Идет не торопясь, немного приволакивая ноги, не оглядываясь. Просто идет. Задумавшись. Под пристальным взглядом четырех пар глаз. Догадывается ли он об этом?
Нельзя сказать, что нет. Как сотрудник органов безопасности он прекрасно осведомлен о системе контроля. Фиксируется все. От случайных встреч до увлечений. Достаточно взять на прочтение книгу, не относящуюся к сфере твоих интересов, или просто пару раз в течение недели встретиться с новым для тебя человеком - и автоматическая система тут же выдаст сигнал, и ты окажешься объектом пристальной проверки. Тем более, если ты сам сотрудник органов. Проверка будет негласной и в большинстве случаев закончится ничем, но все равно на какое-то время тебя "подвесят". Обычная плата за жизнь в суперразвитом обществе.
![Том 5/2. Час быка](/storage/book-covers/2d/2d48723c8c783aa54a05c5330d907f893dc70874.jpg)
Действие научно-фантастического романа развертывается на отдаленной от Земли планете Торманс, где господствуют угнетение и тирания олигархического строя.
![Матрица террора](/storage/book-covers/56/56a48d0f79f65e580627bb0883e0c225702315a7.jpg)
Как и другие дети, живущие в Городе, Тэк ненавидит Школу. В Школе над детьми издеваются, их унижают, мучают и бьют. Тэк покорно терпит садистские выходки педагогов, ведь если его исключат, он бесследно исчезнет из Города, как исчезали многие школьники до него… Он пока не подозревает, что в Городе назревает бунт, организаторами которого выступают подростки, выкинутые Системой за борт. Однако, когда любимая сестренка Тэка становится случайной жертвой террористического акта, мальчику приходится делать выбор. Начинается великий бунт подростков.
![Слепые идут в Ад](/storage/book-covers/09/0934e8c282949615179844e2bbf2429e478ccfcb.jpg)
Американская экспедиция загадочно пропала в тибетских горах в 1946 году. В ее трагической судьбе сплелись магические загадки «черной веры» бон-по и европейская эзотерика, тайные послевоенные планы американской разведки и деятельность азиатских «оккультных обществ», миф о «снежном человеке» и миф о «глобальном нацистском заговоре». Один из первых научно-фантастических романов, рассказывающем о подобном «коктейле» тем и идей современной культуры, наконец-то оказывается доступен и для русскоязычного читателя.
![Агнес на краю света](/storage/book-covers/3d/3dfefef98a6568c4f1b5714ad807cab9b679f486.jpg)
«Рассказ служанки» переплетается с «Дикими» в этом уникальном, романтическом романе от Келли Маквильямс. Агнес любит свой дом в Ред Крик — с его тихими, солнечным рассветами, пыльными дорогами и его Господом. Здесь она безустанно заботится о своих младших братьях и сестрах и следует строгим законам городка. Вот только она не знает, что Ред Крик — это культ под управлением сумасшедшего, считающего себя пророком. Повстречав Дэнни, мальчика извне, Агнес начинает задаваться вопросом: что же является грехом, а что нет? Ее младший брат Иезекииль умрет без инсулина, который она выменивает раз в месяц, идя наперекор запрету медицины.
![Шанс милосердия](/storage/book-covers/06/062bf2026ebf9ca51007121cebb3f73a78b6f7f4.jpg)
Что движет судьбой, какие силы управляют миром и определяют ход событий? Этот вопрос волнует не только человечество, которое постепенно расселяется по галактике, ответ на него ищут и котхи – представители расы, обладающей абсолютным могуществом в пределах материального мира. В глубокой древности они переселили с Земли на другую планету часть населения, желая направить её по «оптимальному» пути развития, однако люди пошли привычной дорогой войн, интриг и социальных катаклизмов. Воинственными жителями богатой ресурсами планеты заинтересовалась террористическая секта, исповедующая манихейство – учение, которое признаёт весь материальный мир порождением дьявола и ставит перед собой цель его полного уничтожения.