Мы всегда жили в замке - [7]
– Чистая правда, – сказал Джим Донелл. Стелла взглянула на него, и он убрал ноги, чтобы дать мне пройти. – Вы только свистните, Мэри-Кэтрин, и мы все придем, чтобы помочь вам собраться. Только свистните, Меррикэт.
– А от меня можете передать своей сеструхе, – начал было Данхэм, но я бросилась к выходу. Поэтому все, что я услышала, находясь в дверях, так это смех. Этих двоих и Стеллы.
Мне нравился мой лунный домик, я установила в нем камин, а снаружи устроила садик (что сможет прижиться на Луне? Надо спросить у Констанс). Я собиралась накрыть к обеду в лунном саду. Все предметы на Луне были очень яркими и необычных цветов. Я решила, что мой домик должен быть голубым. Я смотрела, как двигаются мои маленькие ноги в коричневых туфлях, шаг за шагом, слегка размахивая сумкой с продуктами. Я сходила к Стелле, и теперь мне оставалось лишь пройти мимо ратуши, где не будет никого, кроме тех, кто выдавал лицензии на собак, или тех, кто высчитывал, какие штрафы содрать с водителей, проезжавших через город по шоссе, да еще тех, кто рассылал счета за воду, канализацию и мусор и запрещал прочим жителям сжигать листья или ловить рыбу; но все эти люди будут скрыты где-то в недрах ратуши и заняты общественным трудом. Мне нечего их бояться, если, конечно, не надумаю ловить рыбу в неподходящий сезон. Я стала думать, как буду ловить алых рыбок в лунных реках, и увидела, что мальчики Харрис бегают по своему двору, орут и ссорятся с полудюжиной других мальчишек. Я увидела их только тогда, когда миновала угол ратуши. Еще можно было вернуться назад и пойти другим путем, вверх по главному шоссе до ручья, перейти на другой берег – и вот она, дорожка, ведущая прямиком к нашему дому. Но было поздно, и в руках у меня были сумки с покупками. Да и переходить вброд грязный ручей в маминых туфлях было противно. И я думала, что живу на Луне, и шла очень быстро. Они увидели меня сразу же; а я представляла, как они гниют изнутри и корчатся в муках и вопят. Я мечтала, что они будут валяться на земле у моих ног, визжа и сгибаясь пополам.
– Меррикэт, – хором завопили они. – Меррикэт, Меррикэт! – И выстроились вдоль забора.
Интересно, подумала я, неужели этому научили их родители. Джим Донелл, Данхэм и грязнуля Харрис регулярно муштровали своих отпрысков, обучая их с любовью и заботой, чтобы детский визг был одинаковой высоты и тональности. Как иначе могла добиться подобной слаженности целая орава детей?
Я делала вид, будто не говорю на их языке; наш лунный язык был мягким и текучим, и мы пели в звездном сиянии, глядя сверху вниз на высохший, истлевший мир; я уже наполовину миновала забор.
– Меррикэт, Меррикэт!
– Где старушка Конни – дома, варит обед?
– Не выпить ли тебе чаю?
Странно быть внутри себя. Идти быстрым упругим шагом вдоль забора, уверенно, но без лишней спешки переставляя ноги одну за другой – они могут заметить, если я начну торопиться! Быть внутри себя и знать, что они на меня смотрят; я спряталась глубоко, но все-таки слышала их и видела краешком глаза. Вот бы они все повалились замертво на землю.
– Поглубже на погосте закопать!
– Меррикэт!
Когда я проходила мимо, на крыльце появилась мать мальчиков Харрис. Наверное, вышла посмотреть, чего они так разорались. Минуту она стояла там, наблюдая и слушая, и я остановилась, глядя на нее, всматриваясь в ее тупые выцветшие глаза. Я знала, что мне нельзя с ней говорить, но понимала, что все равно сделаю это.
– Неужели вы не можете заставить их замолчать? – спросила я ее в тот день. Я задавалась вопросами: есть ли в этой тетке хоть что-нибудь доброе, к чему можно воззвать? Бегала ли она хоть раз по траве или любовалась цветами? Испытывала ли радость или любовь? – Неужели нельзя заставить их прекратить?
– Дети, – сказала она, всем своим видом выражая злобное торжество. – Не надо обзывать даму.
– Конечно, ма, – смиренно сказал один из мальчиков.
– И отойдите подальше от забора. Не обзывайте даму.
И я пошла дальше, а они продолжали визжать и вопить, пока эта женщина стояла на крыльце и хохотала в голос.
Пусть их языки обуглятся в огне, пусть их глотки сгорят вместе с вырывающимися оттуда криками, пусть в животах их разверзнется адское пламя, словно от тысяч пожаров.
– Прощай, Меррикэт, – кричали они, когда я дошла до конца забора. – И не торопись возвращаться!
– Прощай, Меррикэт, и передай наш горячий привет Конни.
– Прощай, Меррикэт! – Но я уже была возле черного камня, и вот она, калитка, откуда начиналась наша тропинка.
2
Мне пришлось поставить на землю сумки с продуктами, чтобы открыть замок на воротах. Это был простейший висячий замок, сломать который было под силу любому ребенку. Однако на воротах висела табличка, которая гласила – «ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ. ПРОХОД ВОСПРЕЩЕН». Поэтому никто не имел права здесь ходить. И ворота, и надпись, и замок были делом рук нашего отца, когда он решил перекрыть тропинку. Прежде тропинкой пользовались все желающие, чтобы срезать путь из деревни до перекрестка на шоссе, где останавливался автобус. Наша тропинка позволяла выгадать добрую четверть мили, если пройти мимо парадной двери нашего дома. Но маме не нравилось видеть чужаков у нашей двери, и первое, что пришлось сделать отцу, когда он привез ее жить в Блэквуд-хаус, – перекрыть тропинку и огородить забором все владения Блэквудов, от шоссе до самого ручья. Другим концом тропинка упиралась во вторую калитку – я редко туда ходила. На этой калитке также был висячий замок и табличка «ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ. ПРОХОД ВОСПРЕЩЕН». Как говорила мама, «шоссе построили для всех, но моя дверь – только моя».
![Призрак дома на холме](/storage/book-covers/f9/f9c5c2791206fab4834eb5f6eef492ea50a62ee8.jpg)
«Дом, недремлющий, безумный, стоял на отшибе среди холмов, заключая в себе тьму… И то, что обитало внутри, обитало там в одиночестве…»Начало книги как нельзя более соответствует духу знаменитого сочинения Ширли Джексон, признанного многими, включая Стивена Кинга, важнейшим произведением литературы ужасов XX века.Старинный особняк на холме приносит его обитателям только горе. Владельцы отказываются в нем жить, пожилая чета, присматривающая за домом, не рискует оставаться здесь на ночь. За домом прочно закрепилась репутация обители привидений.И вот однажды тишину дома нарушает шумная компания визитеров.
![Птичье гнездо](/storage/book-covers/2b/2b59be7622a59d0aaacbb0979c7e6d5bbab631fb.jpg)
Двадцатитрехлетнюю Элизабет Ричмонд ожидала судьба скромной серой мышки: каждый день она отправлялась на работу в канцелярию музея и проводила вечера в компании своей невротичной тети Морген. Но рутинное спокойствие ее жизни внезапно нарушают ужасные мигрени и боли в спине, а затем и странные приступы амнезии. Элизабет начинает ходить к психиатру, и на одном из сеансов доктор Райт, решив применить для лечения гипноз, понимает, что перед ним вовсе не одна девушка, а четыре отдельные саморазрушительные личности… «Птичье гнездо» – шедевр психологического романа о природе тьмы внутри нас, в котором Джексон одна из первых обратилась к теме расстройства множественной личности, ставшей особенно популярной после выхода в свет «Таинственной истории Билли Миллигана» Дэниела Киза.
![Лотерея](/storage/book-covers/84/84ccdc8a8fbb1d6bc7b02ab81abae0cda04b7518.jpg)
Каждый год 27 июня в одной безвестной деревушке проводится лотерея. Жители собираются на площади в десять утра, чтобы уже к двенадцати определить, кому улыбнется удача и на кого падет жребий…
![Летние люди](/storage/book-covers/09/09af8756070e14581c7913f6adb3c0f855d6edd8.jpg)
У четы Эллисонов был загородный дом, в котором они отдыхали каждое лето, уезжая в начале сентября. В этом году они решили задержаться и отдохнуть здесь подольше… Стоило ли это делать?
![Солнечные часы](/storage/book-covers/de/de3f204d2f746f61b72c7d8430ee4cdf5c30a7f2.jpg)
В роскошном особняке семейства Хэллоран, владелец которого недавно скончался при довольно подозрительных обстоятельствах, происходят странные события. Старую деву тетю Фанни снова и снова посещает дух давно умершего отца, который сообщает о грядущем конце света, пережить который смогут только обитатели дома. Хэллораны и их друзья принимают видения всерьез, поэтому начинается одновременно смешная и страшная подготовка к грядущему апокалипсису.
![Глаза истины: тень Омбоса. Часть 2. Чёрная пирамида](/storage/book-covers/ec/ec773b7d68799eeb2ed57a1dd4ce48b04053e300.jpg)
Расследование серии терактов на московских вокзалах зашло в тупик. Единственная имеющаяся у следствия ниточка к Ордену Сета ведет в Каирский музей. Маргарите Романовой, чей отец расследовал теракты со стороны ФСБ и пал от рук фанатиков, вместе с его коллегами приходится отправиться в опасное путешествие по Египту, чтобы отыскать место, прежде считавшееся легендой, – Омбос, древний «золотой город», где скрывается главная ячейка зловещего культа. Однако фанатичные сектанты не намерены так легко сдаваться и объявляют на смельчаков кровавую охоту. Удастся ли Маргарите и её спутникам преодолеть все опасности на пути к Омбосу, остаться в живых и наконец-таки найти истину?..
![Смерть в сочельник](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Смерть идеалистки](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Необоснованное сомнение](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Исполнитель](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Борозды](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Миф о Сизифе](/storage/book-covers/27/270fbab8019b524fe8838563b7b612fb263f7c21.jpg)
«Миф о Сизифе» — философское эссе, в котором автор представляет бессмысленный и бесконечный труд Сизифа как метафору современного общества. Зачем мы работаем каждый день? Кому это нужно? Ежедневный поход на службу — такая же по существу абсурдная работа, как и постоянная попытка поднять камень на гору, с которой он все равно скатится вниз.
![Волшебная гора](/storage/book-covers/07/0756c57c84a35396ee88ae37b262e4b1d7398ed3.jpg)
«Волшебная гора» – туберкулезный санаторий в Швейцарских Альпах. Его обитатели вынуждены находиться здесь годами, общаясь с внешним миром лишь редкими письмами и телеграммами. Здесь время течет незаметно, жизнь и смерть утрачивают смысл, а мельчайшие нюансы человеческих отношений, напротив, приобретают болезненную остроту и значимость. Любовь, веселье, дружба, вражда, ревность для обитателей санатория словно отмечены тенью небытия… Эта история имеет множество возможных прочтений – мощнейшее философское исследование жизненных основ, тонкий психологический анализ разных типов человеческого характера, отношений, погружение в историю культуры, религии и в историю вообще – Манн изобразил общество в канун Первой мировой войны.
![Тень ветра](/storage/book-covers/49/494fca529604da917876f2dbb4cbc86b56d9d2e0.jpg)
Книга-явление. Книга-головоломка. Книга-лабиринт. Роман, который заставляет читателя погрузиться в почти мистический мир Барселоны и перемещает его в совершенно иную систему координат. Читателю предстоит вместе с главным героем встретить зловещих незнакомцев, понять и полюбить прекрасных и загадочных женщин, бродить по мрачным лабиринтам прошлого, и главное – раскрыть тайну книги, которая непостижимым образом изменяет жизнь тех, кто к ней прикасается.
![Приключения Шерлока Холмса. Возвращение Шерлока Холмса](/storage/book-covers/66/6685293ae356c60b6ea8aab090e0ca53bfd3b8bd.jpg)
Два полных авторских сборника – «Приключения Шерлока Холмса» и «Возвращение Шерлока Холмса». Здесь будут жених, опасающийся мести бывшей возлюбленной, и невеста, брошенная в день венчания; загадочные апельсиновые зернышки и тайный код пляшущих человечков, смертоносный китобойный гарпун и рождественский гусь с сюрпризом… Но главное – главное, что здесь будет, – это удивительная атмосфера старой доброй Англии со всеми ее красками, запахами и звуками. И даже если вы знаете наизусть все истории о знаменитом дуэте, вы все равно не сможете отказать себе в удовольствии в который раз открыть книгу, а вместе с ней – и знакомую дверь на Бейкер-стрит, 221-b.