Мистер Вред - [6]
- Нет, спасибо. Мне очень даже нормально. Честно сказать, я вообще очень спокойно переношу и жару, и холод.
Тут он опять повернулся к Мег. Была у него такая раздражающая привычка всякий раз оборачиваться к собеседнику в конце каждой особо удачной с его точки зрения реплики. Мег невольно поморщилась. Противный запах его дыхания, казалось, заполнил собой весь салон. И дело было не только в запахе табака и ядреной мяты. За этими запахами был еще один... непонятный... похожий на "аромат" гниющих грибов. "Она, наверное, заснула", - подумала Мег почему-то с обидой и возмущением. Впрочем, понятно - почему. Для _нее_-то спасения не было. _Она_ не могла заснуть. Ей надо было вести машину и слушать бесконечную болтовню этого отвратительного мужика.
- Да, пластиковая пленка, - задумчиво изрек он как бы в продолжение разговора. Как будто Мег что-то такое упомянула о пластиковой пленке, а он просто поддержал беседу. - Вся от нее польза обществу заключается в том, что когда полиция обнаружила тело... кстати, вполне поддающееся идентификации, не то что в случае с той бедной девушкой... в общем, когда полиция обнаружила тело миссис Дюран в цистерне с кислотой, оно как раз было завернуто в пленку. Добротную пленку "Дикон". Такую, знаете, красную. Бедняга Хейг. Он, наверное, думал, что скрыл все следы, утопив труп в кислоте. Но он не учел, что "Дикон" выпускает действительно очень хорошую пленку. На этом он и прокололся. И все. Его взяли. Нашумевшее было дело. Вы, наверное, что-то слышали.
- Прошу прощения, но меня мало интересуют убийства.
- Ага... но ведь страх и убийство идут рука об руку, - отозвался он, и Мег почему-то не сомневалась, что он специально сделал вид, будто не понял, что она имеет в виду. Она уже пожалела о том, что сказала "прошу прощения". Впечатление было такое, как будто она перед ним оправдывается...
- ...я больше скажу. Без страха не было бы убийств, Страх притягателен. Даже маленький страх притягивает убийц.
Его лицо было покрыто испариной. Вообще Мег отметила про себя, что цвет лица у ее пассажира явно был нездоровым. Хотя... может, ей это просто казалось в отсветах фар встречных машин. Но как бы там ни было, его лицо лоснилось от пота. И это был именно пот, а не капли дождя. Печка в машине была включена на полную мощность, и капли давно уже высохли.
Они уже давно съехали на шоссе M1. И все это время Мег стоически выносила его болтовню. Мало того, что у него была дурная привычка повторять все по сто раз, так еще и темы для разговоров он выбирал... просто мерзкие. Страх и убийство. Похоже, он очень интересовался этим вопросом. И надо сказать, проявлял очень глубокие и обширные познания особенно когда говорил о жутких, кровавых убийствах. В конце концов он прервал свой монолог буквально на полуслове и неожиданно попросил Мег остановиться где-нибудь у обочины, потому что ему надо выйти "по зову природы". Мег тут же перестроилась в правый ряд, потому что как раз впереди была стоянка. И на стоянке стоял грузовик. Пассажир начал было возражать в том смысле, что надо бы проехать чуть дальше. Потому что он человек стеснительный и не может... ну, в общем, не может делать свои дела, если поблизости есть посторонние. Мег угрюмо поджала губы и запарковалась рядом с грузовиком.
- Ничего, - решительно заявила она. - Обойдетесь и так.
То есть ей очень _хотелось_, чтобы ее слова прозвучали решительно. Но ее голос дрожал от напряжения.
Мужчина выскользнул из машины с той же бесшумной змеиной грацией, которую Мег заметила раньше - когда он садился. Он вышел молча. Без единого слова. Как только дверца за ним захлопнулась, Мег обратилась к девушке на заднем сиденье:
- Послушайте, если вы едете вместе, то вы хотя бы поддерживайте разговор.
Ответа не было. Мег обернулась:
- Мне все равно, спите вы там или нет... - начала было она раздраженно, но тут же умолкла. Как будто невидимая рука сдавила ей горло, не давая выдохнуть ни слова.
На заднем сиденье никого не было.
Мег перегнулась через спинку своего сиденья. Ей пришла в голову бредовая мысль, что девушка во сне сползла с сиденья на пол. Но на полу ее не было. Мег включила верхний свет. Посмотрела еще раз. Девушки не было. Вообще. Мег даже перепугалась, не сошла ли она с ума. Но нет. Ведь она точно помнит, что видела эту девушку. Такую жалкую, промокшую... под фонарем на съезде на шоссе. Ее бледное лицо. Светлый плащ. Ощущение неизбывного одиночества, которое от нее исходило. Настолько сильное ощущение, что Мег просто _не могла_ не остановиться и не взять ее в машину, И ведь она _села_ в машину. Конечно же, села. Значит, она тоже вышла. Вместе со своим спутником. Но ведь он не хлопал дверцей, и Мег должна была услышать хотя бы _какой-то_ шум на заднем сиденье. Мег взглянула на кнопки замков на задних дверцах. Они были подняты. Она протянула руку и потрогала сиденье. Сиденье было абсолютно сухим. А ведь когда девушка садилась в машину, с нее буквально лило ручьями... а Мег была точно - на сто процентов - уверена, что девушка садилась в машину... и если она _только что_ вышла, то сиденье должно быть хотя бы влажным. В голове что-то шумело. Мег даже не сразу сообразила, что это кровь стучит у нее в висках. И она даже порадовалась, что она не одна. Что у нее есть попутчик - этот странный говорливый мужик. Какая-никакая, а все же компания... Будь Мег одна, она бы точно сошла с ума. Впрочем, радость иссякла, как только мужик вернулся.
![Беззаботные годы](/storage/book-covers/dd/dd1db3de5bed499cbdd43877d265e3f1bfc0534e.jpg)
1937 год, грозовые облака войны пока еще на далеком горизонте. Хью, Эдвард и Руперт Казалет вместе со своими женами, детьми и прислугой едут в семейное поместье, где планируют провести идеальное лето. Мелкие заботы и непоправимые горести, простые радости, постыдные тайны и тревожные предчувствия – что получится, если собрать все это под одной крышей? Трагикомедия жизни с британским акцентом.
![Все меняется](/storage/book-covers/78/787e84a534fa8c8873bf051454328db180f5e1ea.jpg)
1950. Матриарх семьи Казалетов, всеми любимая Дюши, уходит из жизни, закрывая за собой дверь в мир усадеб и слуг, классовых различий и нерушимых традиций, в котором Казалеты процветали. Луиза, теперь разведенная, влюбляется, но ее роман оказывается не таким уж безоблачным. Полли и Клэри тем временем пытаются найти баланс между семьей и собственными амбициями. Хью и Эдвард, которым перевалило за шестьдесят, ощущают себя потерянными в новом мире. Вилли, которую уже давно оставил муж, должна наконец научиться быть самостоятельной.
![Исход](/storage/book-covers/f9/f90bfa28deca0c69c674832813f31b5cbe924cf7.jpg)
Последствия войны и постепенное наступление новой эры, эры свободы и возможностей, правят судьбами Казалетов в четвертой книге саги. Подросшие Полли, Клэри и Луиза, каждая по-своему, узнают правду о мире взрослых. Тем временем Руперт, Хью и Эдвард должны сделать важные шаги, которые определят не только их будущее, но и будущее всей семьи. Для Казалетов и всех, кто с ними близок, конец войны сулит новое начало.
![Застывшее время](/storage/book-covers/d1/d128da505ac8643f4b57cbc8586f9c66e8b785a7.jpg)
1939 год. Как устоять на ногах, когда привычный мир начинает рушиться, близкие становятся чужими, а неминуемая катастрофа все ближе? Каждый член семейства Казалет бережно хранит свои тайны, совершает ошибки, делает трудный выбор, но, безусловно, в свойственной им аристократической манере удерживает равновесие.
![Смятение](/storage/book-covers/2c/2cf7e512ac4f459124af3624ca3f4f7c9bb818b1.jpg)
1942 год. Война набирает обороты, а хаос вокруг становится привычным. Казалеты разделены: кто-то в Лондоне под постоянной угрозой воздушных атак, кто-то в Суссексе, родовом поместье, где переживает трудное время. Каждый ищет силы для выживания и пытается разобраться в собственной жизни – даже во время войны люди влюбляются, разочаровываются и ищут себя. Смятение охватывает каждого из Казалетов. В такое неспокойное время поддержка семьи необходима особенно остро.