Милый плут - [3]
Затем они пили, по русскому обычаю, чай из блюдца, хотя говорили на немецком. Ведь оба они были из герцогства Нассау, только Факс родился в Штольцберге, а Голдшмит — в Брайштадте. А на каком еще языке разговаривать землякам, как не на родном?
— У вас что, снова клиэнт с катаплексией? — спросил механик, когда Факс уже собрался уходить.
— Да, — кивнул Альберт Карлович, принимая из рук Голдшмита машину.
— Что-нибудь серьезное?
— Нет. Просто господин выпил лишнего и сильно отлежал ногу, — ответил Факс и посмотрел в смеющиеся глаза механика.
Когда доктор вошел в смотровую, порозовевший отставной прапорщик лежал на кушетке со спущенными штанами, а на дряблой коже наливались кровью пиявицы. Скосив на вернувшегося доктора глаза и заметив, что тот, отдуваясь, ставит что-то тяжелое на пол, он виновато произнес:
— Вы уж, Альберт Карлович, простите меня за причиненное вам беспокойство.
— Ну что вы, какое беспокойство, — картинно смахивая со лба несуществующий пот, ответил Факс. — Помогать страждущему не только обязанность, но и потребство моей души…
В последующую неделю Альберт Карлович честно отрабатывал свой врачебный гонорар: пускал из шейных жил и отнявшейся ноги кровь, дважды на дню ставил промывательные клизмы из яичного отвара с солью, поил отставного прапорщика яичною же водою с клюквенным соком и прикладывал к пяткам чудодейственное горчичное тесто. И, конечно, подвергал онемевшую ногу воздействию электрических разрядов гальванической машины, от чего нога отставного прапорщика да и он сам вздрагивали и сотрясались.
Через полторы недели больной уже мог самостоятельно передвигаться, а через две к онемевшему члену вернулись функции нормальной здоровой ноги. Радости отставного прапорщика не было предела. Он даже хотел дать доктору не двадцать пять рублей, а тридцать, но потом передумал. Зато оставил доктору гальваническую машину, на которую не мог смотреть без содрогания.
Прощались они очень тепло. А потом отставной прапорщик отбыл в свою Нижегородскую губернию, а Альберт Карлович сел за написание письма, в коем, как вы сами изволите видеть, ежели он и приврал, так совсем чуть. Сие письмо было опубликовано в одном из нумеров «Казанских известий» за август месяц сего 1814 года. Конечно, славы доктору Факсу это прибавило весьма значительно, и пациэнты, и до того не обходящие квартиру Альберта Карловича стороной, повалили к нему, как говорится, валом.
2
Ну кем еще проживать на сем свете с фамилией Гогенцоллерн, прости господи? Конечно, бранденбургским кюрфюрстом. А с фамилией Габсбург? Несомненно, каким-нибудь эрцгерцогом, а возможно, и моравским королем. А правителю Баварии ежели и стоит носить какую фамилию, так только Виттельсбах и никакую более. Факсы же из герцогства Нассау завсегда были пасторами.
Пастором был в шестнадцатом веке пращур и родоначальник всех Факсов Георг Иоганн Факс.
Пастором был дед Альберта Карловича, пастором был и его отец, Иоганн Карл Факс. Правда, когда между тремя и четырьмя часами пополудни в сентябре двадцать четыре года назад появился на свет Альберт Факс, возопив о сем факте громогласно и взахлеб, его отец еще не был пастором и преподавал историю и красноречие в Штольцбергской семинарии. Однако уже тогда, имея девятнадцать человек детей, из коих каждого надобно было кормить и одевать, Иоганн Карл искал места пастора — более хлебного, нежели учительское. И нашел, когда Альберту исполнилось тринадцать лет.
К этому времени отпрыск уже обучался в выпускных классах семинарии. Через два года Альберт поступил на теологический факультет Геттингенского университета и стал жить у своего деда по материнской линии Адама Хофманна, известного ботаника и естествоиспытателя. Хофманн, вышедший в отставку по выслуге лет и скучающий по своей профессорской кафедре, узрел во внуке ученика и ввел его в курс естественных наук, заразив ботанизированием. Вместе с дедом Альберт собирал разных жуков, гусениц и ловил бабочек, любовно насаживая их затем на булавочные иглы и высушивая в печи на противне. За дедом принялась за воспитание и обучение юного студиозуса и его восемнадцатилетняя кузина Сюзанна, дававшая ему уроки греческого и латинского языка. Острый умом Альберт все схватывал на лету, делал большие успехи в университете, и все говорило о том, что молодой Факс с течением времени станет хорошим пастором — возможно, даже в самом Штольцберге. Однако сам Альберт думал иначе. Прослушав несколько лекций по анатомии, акушерству, хирургии и практической медицине, Факс решил, что из пятнадцати его братьев и без него есть кому продолжить семейную традицию делаться пасторами, а он станет врачом. Тем более что практикующие врачи жили, как он успел заметить, отнюдь не хуже, нежели служители Бога. Ни у кого не спросясь, он подал прошение о переводе его с теологического факультета на медицинский, что и было произведено после окончания им первых двух семестров университета. А скоро представилась возможность и применить свои врачебные познания на практике.
Кузина Сюзанна Хофманн, его наставница по изучению языков, несмотря на впечатляющее телесное строение с полными и налитыми формами, была девицей очень тонкой душевной организации и весьма впечатлительной. Однажды в садовой беседке, где они занимались изучением греческого и латыни, она нечаянно укололась шипом розы, преподнесенной ей галантным Альбертом. Вскрикнув и увидев капельку крови, появившуюся на розовой подушечке ее пальца, она решительно впала в обморок и стала потихоньку сползать со скамейки. Кое-как уложив ее на сиденье, для чего потребовалась полная концентрация физических сил, Альберт стал лихорадочно вспоминать, что следует делать врачам в подобных обстоятельствах. «Лишившегося чувств, либо угоревшего, либо задохшегося больного, — припомнил он слова профессора хирургии и практической медицины Рихтера, — должно тотчас вынести на свежий воздух и положить на спину, снять с него галстух, расстегнуть платье и ворот у рубашки и обнажить шею и грудь…» Поскольку Сюзанна уже лежала на спине и на свежем воздухе, Альберт приступил к последующим действиям: он расстегнул на платье все пять кисейных розеток и обнажил шею. Затем принялся за шнуровку лифа, и едва он ослабил два верхних ряда, как ослепившие его белизной два полушария груди выскочили из-под каркаса лифа и, кося немного в стороны, уставились на Альберта темными зрачками сосков.
![Достойна счастья](/storage/book-covers/7a/7ac5c2130728f50d2cf514991a464cdcd4944cb0.jpg)
Дочь коменданта крепости на окраине Российской империи Лизонька мечтает о любви с настоящим героем. И мечта сбывается — в их городе и в их доме появляется Федор Дивов, которого сослали в Архангельск за участие в декабрьских событиях 1825 года. Вспыхнувшее между молодыми людьми чувство было взаимным, но вместо свадьбы судьба уготовила им тяжкие испытания. Лишь несколько слов — «я буду любить тебя» — стали для Лизы светлым маяком, указывающим истинный путь к единственно возможному настоящему счастью. Слова, за которые можно простить все.
![Провидица поневоле](/storage/book-covers/6c/6c40b325705fad4c5912eec2fcaccf9142845b99.jpg)
Как унять сердечную боль? Об этом размышлял отставной поручик Нафанаил Кекин, направляясь в свое нижегородское поместье. Неожиданная встреча с семейством графа Волоцкого круто меняет не только его маршрут, но и судьбу. Таинственное предопределение делает именно Нафанаила единственным спасителем прелестной дочери графа Наталии, страдающей необычным душевным недугом. Но, исцелив душу пациентки, Кекин понимает, что потерял свое сердце. Какой же выбор сделает сама Наталия: любовь или ненависть?
![Подарок судьбы](/storage/book-covers/c8/c8a764fcab909456f65dcd8a1f86928e806a1528.jpg)
Блистательный повеса князь Борис Болховской становится невольной причиной жестоких убийств и загадочных смертей. Опасности подвергается любая женщина, ставшая предметом его внимания и восхищения. Распутать трагический узел и найти виновника этих преступлений ему помогает подруга детства Анна Косливцева. Поиски таинственного убийцы заканчиваются для них не только разгадкой кровавых преступлений, но и обретением собственного счастья…
![Сюрприз для повесы](/storage/book-covers/16/167b414243759510a214909292596d81826f9f6e.jpg)
Вряд ли можно найти в свете двух столь противоположных по характеру людей.Великосветский повеса Константин Вронский, красавец и острослов, избалованный вниманием и благосклонностью женщин, похититель дамских сердец.И Александра Каховская, независимая и дерзкая, прослывшая в обществе неисправимой чудачкой. После смерти мужа она решила распрощаться с плотскими утехами навсегда.Что могло соединить этих людей?Только взаимная страсть…
![Вологодская полонянка](/storage/book-covers/22/22335f3eea38881b6a5041880c7d83a1cc5f062d.jpg)
Так бывает. Один лишь взгляд, мимолетная встреча предрешают судьбу. Опальной казанской ханбике Таире казалось, что так и зачахнет она в нескончаемом вологодском полоне, легкой пушинкой скользнув в подлунном мире и не оставив следа. Но все перевернется в тот миг, когда в ее безрадостную жизнь ворвется красавец Мохаммед-Эмин: недруг обернется возлюбленным, пленница обретет свободу, а смерть станет продолжением жизни.
![Дороже титулов и злата](/storage/book-covers/e0/e0f35bd4309ddaac905e5005641cdedd0b09a3a2.jpg)
Счастье — материя капризная, из нее не шьют повседневное платье, этот прекрасный наряд надо беречь, чтобы не остались от него одни лохмотья. Молодой светский повеса Антон Голицын прожигал жизнь, разменивая ее на дебоши и скандалы, и даже умудрился проиграть в карты жену. Лишь став изгоем, примерив на себя чужую личину и имя, хлебнув мещанских радостей и горестей, опальный князь понял — дороже титулов и злата может быть только… любовь.
![Поругание прекрасной страны](/storage/book-covers/9b/9b8980bf1ddd8f36b9ce8de56e16c5bade784297.jpg)
Судьба романа «Поругание прекрасной страны» в СССР была неоднозначной.В отличие от многократно переиздававшихся переводов других классических произведений эта книга мелькнула в начале 1960-х… а потом исчезла на дальних полках библиотечных хранилищ на долгие десятилетия.Но почему так случилось? Что заставило бдительных советских цензоров усмотреть политическую крамолу в невиннейшей на первый взгляд истории взросления валлийского паренька, чья юность пришлась на бурное для Великобритании начало XIX века?Этот маленький шедевр английской прозы, напоминающий лучшие романы Диккенса, впервые публикуется на русском языке без сокращений цензуры.
![Звезды над Занзибаром](/storage/book-covers/54/5415aee9f628c43815d850e25e849685380b94ec.jpg)
Принцесса Омана и Занзибара Салме была воспитана в соответствии со строгими обычаями предков, поэтому даже выйти на крышу своего дома, чтобы насладиться тишиной, прохладой и звездами, она могла только с закрытым лицом. Но оказалось, что под покровом ночи все люди одинаково скрыты друг от друга. Так они и познакомились: она стояла на крыше своего дома, а он — у окна в своем. В темноте Салме слышала только голос своего соседа Генриха Рюте, предпринимателя из Германии, и могла говорить откровенно. С каждым днем они становились все ближе друг другу и наконец решили увидеться…
![Маски сброшены](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Действие основных событий происходит в России 1854 году и охватывает временной промежуток в шесть месяцев. Однако за двадцать лет до описываемых событий случается следующая предыстория. Молодая барышня, разбитая и разочарованная изменой своего жениха, попадает на маскарад, где встречает неизвестного мужчину, с которым проводит ночь и в объятиях которого впервые познает страсть. Наутро она покидает его, не узнав даже его имени и едва разглядев его лицо. В 1854 году на светском рауте граф Владимир Вольшанский знакомится с княгиней Елизаветой Ворожеевой, к которой у него с первого взгляда возникает симпатия.
![Возрождение любви](/storage/book-covers/70/70925fbdfd0b552c8f5cb809ea35261bb5cdfee9.jpg)
Талантливая женщина – доктор Пейдж Рандольф считает, что депрессия, в которую ввергла ее семейная трагедия, неизлечима. Но неожиданные и странные обстоятельства круто меняют ее жизнь, которая вновь обретает и смысл, и цель, когда в сердце Пейдж вспыхивает новое и трепетное чувство.
![Дож и догаресса](/storage/book-covers/2c/2c2546745a39cd6d6a5be5e36eb21b15a48cc780.jpg)
В книгу великого немецкого писателя вошли произведения, не издававшиеся уже много десятилетий. Большая часть произведений из книг «Фантазии в манере Калло», «Ночные рассказы», «Серапионовы братья» переведены заново.На картине, выставленной в берлинской Академии художеств, верно изображены престарелый дож Марино Фальер с юной супругой. Их печальную историю рассказывает зрителям таинственный незнакомец.
![Любовь и чума](/storage/book-covers/8e/8e0ffa5eb8e23a63c173e859cf5d860621ca4334.jpg)
Только любовь может совершить настоящее чудо. Даже в самые тяжелые, жестокие времена она дарит людям надежду. Даже тогда, когда мир вокруг погружен во тьму и хаос, она расцвечивает его яркими красками, делая жизнь прекрасной.«Любовь и чума» Мануэля Гонзалеса — самый трогательный роман о любви, для которой нет преград. Его можно сравнить с «Ромео и Джульеттой» Шекспира и «Любовью во время чумы» Габриэля Гарсиа Маркеса. Но мир, описанный Гонзалесом, гораздо более жесток и трагичен…Византия. XII век. Император Мануил хочет завоевать Венецию.
![Любовный лабиринт](/storage/book-covers/9d/9ddb04d97a1048de0b508395ee4a77634a19c5b7.jpg)
В доме молодой вдовы Полины Платоновны Михайловой жизнь текла размеренно и безрадостно. Запретив себе даже думать о любви после смерти мужа, двадцатипятилетняя женщина, красавица и умница, отвергает любые ухаживания, добровольно заперев себя в родовом имении.А между тем в прекрасную вдовушку влюблены сразу трое мужчин, один из которых — ее собственный управляющий Петр Иванович Черкесов. Лишь случай помогает Полине понять, что сердце ее открыто для любви, что она уже… любит. Извилистый путь, по которому идут навстречу своему счастью эти двое, полон неожиданных открытий, мучительных переживаний и пылких чувств.
![Девичьи грезы](/storage/book-covers/d7/d7440f046f879dcf07025d2217dcabf063d08b6a.jpg)
Первая задача любой родительницы — выдать дочерей замуж. Казалось бы, все есть у Саши и Ксении. И красота, и приданое, и живут они в богатом доме любящих тетушки и дядюшки, но разве этим счастье приманишь?Влюбился в Сашу князь Владимир Ельский, блестящий офицер и столичный богач. Но ее-то сердечко молчит! Не нужен ей князь, боится она его страсти, да и попросту не замечает ничьих обращенных на нее взглядов. Но вот в душе ее вспыхивает любовь к Дмитрию Багряницкому: любовь взаимная, счастливая. Да разве знаешь, где найдешь, а где потеряешь?Непростая жизнь ждет и Ксению…
![Дороже жизни](/storage/book-covers/eb/eb7f8f6bc01def376261db27cf348c8ae72f2676.jpg)
Молодая дворянка Наталья Обрескова, дочь знатного вельможи, узнает тайну своего рождения. Эта тайна приближает ее к трону и подвергает ее жизнь опасности. Зависть, предательство любимого жениха, темница — вот что придется ей испытать на своем пути. Но судьба сводит ее с человеком, которому она делается дороже собственной жизни. Василий Нарышкин, без всякой надежды на взаимность, делает все, чтобы спасти, жизнь Натальи. Она обретет свое счастье, но та тайна, что омрачила ее жизнь, перейдет по наследству к ее дочери, которую тоже будут звать Наташей.
![Маскарад чувств](/storage/book-covers/ff/ff9c927b106981da1c57800e4c8a4b7fe7eae5d8.jpg)
После кончины батюшки Лиза и Николай Перфильевы едут из провинциального города в Петербург. У обоих честолюбивые мечты, а у Лизы в сердце еще и любовь к знаменитому артисту, случайная встреча с которым перевернула всю ее жизнь. Добропорядочная девушка из старинного дворянского рода, в женихи которой прочат самого князя Донского, пускается в безумные авантюры с переодеванием, лишь бы одним глазком увидеть любимого.А все потому, что по условиям завещания им с братом и приближаться нельзя к театру и актерам.