Манекен за столом. Роман-антиутопия - [7]

Шрифт
Интервал

Я перемахнул в ближайший двор. Окна были темны, хозяева спали. Всё было тихо, как во сне. Я двигался по ухоженной дорожке, и мне казалось, что я ночной дух, вольно перемещающийся между домами и деревьями. Кажется, обошлось.

Я стоял на пустыре со старой башней. Луна посеребрила плотную кладку. Я коснулся твёрдых, ровных кирпичных рядов.

Ощущение, будто я дух, не покидало меня — так вокруг было тихо, покойно. Безлюдно. Ветер овевал меня.

Возле старой башни стоял грузовик Опыта. В небе над башней повисли низкие звёзды. Я залез в кабину. Опыт дремал, нежизнеспособно уронив голову на одно плечо. Пахло ещё не остывшим железом. Опыт очнулся.

— Что случилось? — спросил он.

— Ничего, — сказал я. — А у вас как дела?

— Всё нормально, — простодушно сказал он. — Уже все.

— А ты как?

— Ищу квартиру.

— Смотри, — сказал я шутливо. — Скоро сезон.

— Меня это не беспокоит.

А в самом деле, подумал я, скоро сезон. В городок нахлынут туристы. Все в это время, несмотря на жару, стремятся к романтическому побережью. Жара жарой, но и загар соответствующий. И настроение у всех отличное. Экзотика!

Я вытянул ноги. Кабина была просторная и вместе с тем уютная. Опыт долго выбирал себе агрегат, и у него были неплохие варианты.

Узрев конечный результат, все наперебой стали выражать своё сочувствие, а новый владелец в нём не нуждался, он был полностью удовлетворён.

Не меньше прежнего, не перестававшего удивляться по-своему — спихнуть такой лом с виду задача безнадёжная в мелькании лощёных форм и вездесущих агентов.

Автомобиль был отличным — мощным и быстроходным. Знатный вездеход. Я отвлёкся.

По улице бежали, напрягаясь изо всех сил. Это были Витамин и Лагуна. Горка, которую они одолели, была крутой. Я открыл дверцу.

— Бегаете?

— Сейчас узнаешь! — пообещал Лагуна.

Они остановились у машины, глубоко дыша.

Рыбный фургон тяжело подымался в гору. Я поменялся с Опытом местами, о чём он, незаменимый, не сразу догадался.

— Давай, Пик, — сказал Витамин, высовываясь у плеча. Он никак не мог отдышаться.

Я не спеша повёл машину, не тормозя на поворотах. Полицейские сразу стали отставать. Витамин переживал так, словно сам был за рулём. Мы перебрасывались короткими фразами.

— На трассу, — подсказывал Витамин.

Лагуну не было слышно. Опыт сжался. Ему не впервые было попадать в такие истории не по своей воле, но я всякий раз испытывал к нему сочувствие.

Пикап держался цепко, словно угадывал наше продвижение. Фары скрывались за поворотом и появлялись снова.

Потянулись трущобы. Полиция, как и все, не любила эти места. Безлюдные трущобы все избегают. Именно здесь всех поджидали всякие неожиданности.

Сейчас они старались отрезать нас от них, как от неведомого резерва, считая, что мы рвёмся туда, но поздно хватились. Зеленоватая тень вяло скользнула в развалинах. Фургон вильнул и лег набок.

Наш грузовик вскарабкался на трассу. Полицейские осознали свою ошибку, испуганно озираясь, пытались поднять свою машину, но я уже газовал по отличной дороге. По мегафону громогласно требовали остановиться.

Лагуна определённо спал, похрапывая.

Раздались хлопки далёких выстрелов и дикие выкрики. Я знал об этих рикошетах. На скорости мы ворвались в санаторий, будоража уснувшие улицы.

На площади мы остановились. Все выбрались из машины. Лагуна тоже вылез и спросонья осматривался. Он не понимал, где мы находимся.

— Я знаю здесь один популярный шалаш, — сказал Витамин, томно потягиваясь. — Наливки — поэзия!

Дальновидный сердцеед объездил все побережье со своими девицами, пользуясь их машинами.

— Сейчас нам нельзя возвращаться. Пошли, Пик?

— Вы идите, — сказал я.

— Что за новости? — удивился Лагуна, сразу проснувшись. Иногда он выражался вполне правильно.

— Ладно, — сказал я. — Увидимся завтра.

Витамин, ничему не удивляясь, взял Лагуну за плечи. Тот был недоволен. Опыт, бросая на меня быстрые взгляды, потянулся за ними.

Неторопливо, не переставая ругать меня за некомпанейский характер, орлы удалялись, а я смотрел им вслед, держась за руль обеими руками. На другой стороне площади маняще горели вывески баров.

Курорт быстро кончился. Я поехал по трассе, разгоняя фарами темноту. Впереди показалась машина. Я обогнал её и посмотрел в зеркало. Огни быстро отставали и за поворотом пропали.

Я не сбавлял скорость и обогнал подряд ещё несколько машин. В салоне было очень уютно. Отсвечивали зелёным индикаторы, потрескивал небрежно настроенный приёмник. Временами из него прорывалась приглушённая пульсирующая мелодия, то усиливающаяся, то ослабевающая.

Я остановился. Вокруг не было ни души. Я прислонился к кузову. За всё это время не проехало ни одной машины.

Здесь проходила только одна дорога, и те машины, что я обогнал, должны были уже проехать. Я решил набраться терпения и обождать. Пустая дорога напоминала застывшую реку.

Темнота сгустилась ещё больше. На широкой трассе было по-прежнему пустынно. Ночью на центральной трассе всегда есть движение. Может, это случайность.

Но чем больше я размышлял, тем тревожнее становилось на душе.

Я поехал дальше. Впереди показалась заправка.

Я свернул к её огням и, присмотревшись, вдруг узнал на стоянке одну обогнанную машину, потом другую, открытую, с тремя женщинами.


Рекомендуем почитать
Парикмахерские ребята

Сборник современных авторов остросюжетной фантастики — признанных мастеров этого популярного жанра и молодых талантливых дебютантов. Но всех их объединяет умение заинтриговать читателя динамикой действия, детективностью и увлекательностью сюжета.


Настойка из тундровой серебрянки. Рассказы

Сборник коротких научно-фантастических рассказов, посвящённых работе учёных и удивительным открытиям, которые они делают. Художник Валерий Николаевич Аверкиев. Содержание: «Второе зрение» «Каналы Марса» «Настойка из тундровой серебрянки» «Вода под ногами» «Ночное дежурство».


В логове нечисти

Как и пришельцы, места во Вселенной тоже бывают разные. На иных сделаешь шаг — как окажешься на мертвой земле, где властвует нечистая сила, и, будь ты трижды праведником, надеяться приходится только на собственные смекалку и силу. Другие названия: Там, где обитает зло; Где обитает зло.


Дверь с той стороны

Признанный мастер отечественной фантастики… Писатель, дебютировавший еще сорок лет назад повестью «Особая необходимость» – и всем своим творчеством доказавший, что литературные идеалы научной фантастики 60-х гг. живы и теперь. Писатель, чей творческий стиль оказался настолько безупречным, что выдержал испытание временем, – и чьи книги читаются сейчас так же легко и увлекательно, как и много лет назад… Вот лишь немногое, что можно сказать о Владимире Дмитриевиче Михайлове. Не верите? Прочитайте – и убедитесь сами!


Остров, не отмеченный на карте

Доктор Альфред Сток не переставал удивляться неожиданному повороту своей жизни, пока отнюдь не радовавшей удачами: биография доныне складывалась не из шагов на высоты, а из падений в ямы. И вот теперь его пригласили работать на закрытый остров, где можно заниматься самыми бесполезными и необычными исследованиями. Но так ли уж бесполезны они?