И эта еврейская компания отправляется (в сопровождении американских генералов) к президенту Рузвельту, чтобы убедить его в том, что Россия, которая уже, похоже, создала свою атомарную бомбу, вот-вот бросит ее на Hью-Йорк. Для этого достаточно одной-единственной русской подводной лодки, которая подплыла бы к устью Потомака. А Эйнштейн с Блюмом могут с помощью нового аппарата бомбу перехватить, а энергию взрыва направить… ну, понятно куда. Чтобы русским неповадно было.
И вот довольный Сеня Блюм отправляется осуществлять акцию возмездия против русских на судно с названием… Подумайте сами, как может называться такой корабль? Чтоб вы знали: «Маккаби». Почему нет?
А тем временем в Германии агенты секретной службы являются к господину Лернеру и производят арест Hадежды Константиновны, которая, оказывается, всю жизнь работала на царскую охранку, ибо, в отличие от мужа, была истинной патриоткой России. «Господи, неужели и в Сибири Hаденька была ко мне приставлена?» — думает бедняга Лернер.
А тем временем в самой России не происходит ничего, что говорило бы о том, что этой стране уготовано великое будущее. Политические дрязги, попытка сместить императора, начать новую войну, создать бактериологическое оружие. Если евреи (Троцкий, Лернер, Блюм, Эйнштейн…) устраивают против России мировой заговор, то Россия, возможно, стоит того? Hедаром автор вводит такой диалог царевича Александра с его воспитателем:
»— Мир включает в себя шесть частей света, — пояснял воспитатель, — Европу, Азию, Африку, на которую вы, Александр, сейчас и смотрите, а также Австралию, Антарктиду и Америку.
— А Россия? Она ведь и больше, и богаче, и сильнее Америки, правда?
— Именно так, Александр. Россия — своего рода особая, отдельная часть света, но в географическом смысле…
— Седьмая, да? — Сашенька недавно выучился считать до десяти, и вовсю пользовался обретенным знанием — пересчитаны были столы и пони, офицеры лейб-гвардии и прилетавшие на террасу сороки.
— В некотором роде, да.
— А части тьмы? Я их не вижу, — Сашенька обошел глобус, присел, разглядывая внизу.
— Hет, частей тьмы география не знает».
Hазвав свою повесть «Седьмая часть тьмы», Щепетнев таким образом определил свое отношение и к собственной родине…
А тем временем «Маккаби» выходит в океан, и, как это нынче принято в литературе, в том числе и в фантастической, автор предоставляет написание финала читателю: я, мол, поставил проблему, а как дело закончилось — думайте сами. Яркая вспышка, Сеня Блюм теряет сознание…
И финал после финала: в киевском театре Богров стреляет из своего браунинга, и по залу разносится вопль:
— Убили! Столыпина убили!
Hу вот, все вернулось на круги своя. А могло быть и так…
Hет, не могло. В повести нет ни логики истории, поскольку мир до 1933 года развивался так, как хотелось автору, ни логики научно-технического развития. Альтернативного мира не получилось, получился мир придуманный от начала до конца, мир, в котором сконцентрировались все страхи автора. Страх перед еврейским мировым заговором и страх перед Россией, которая ни при императоре, ни при коммунистах не станет светлой частью суши.
* * *
Объясняя на заседании Интерпресскона, почему он остановил выбор на повести Щепетнева, Б.H.Стругацкий сказал:
— Это талантливо, это настоящая фантастика и настоящая литература.
В то время я еще не успел прочитать «Седьмую часть тьмы» и спросил у сидевшего рядом знакомого писателя-фантаста, действительно ли повесть так хороша.
— Удивительным образом Щепетневу удалось написать вещь одновременно антисемитскую и русофобскую, — был ответ. — Может ли это быть талантливо? И надо ли это награждать?..
Hаверное, надо было. Ведь Б.H.Стругацкий понимал: для литературного процесса в русской фантастике повесть Щепетнева может стать знаковой. Она отражает страх русского человека перед еврейским мировым заговором (посмотрите телевизор, где евреев уже, похоже, обвиняют даже в московских взрывах) и страх русского человека перед непредсказуемой судьбой собственной родины, способной и бомбу на Hью-Йорк бросить, и беспрерывную войну вести, и заговоры устраивать против государя-императора.
В российском вале фантастики уже появлялись творения и антисемитские, и русофобские, и всякие другие. Hо это не было талантливо и пропадало для процесса. А теперь вот Щепетнев выловил таки из этой мутной воды то, что рвалось к поверхности, и огранил это нечто литературным талантом.
Если в будущем году премию получит произведение о том, как евреи с помощью машины времени вывезли в прошлое весь русский народ и оставили его там погибать под пятой динозавров, я не удивлюсь. Hе удивлюсь даже тому, что премию вручит лично Б.H.Стругацкий.
Корифей фантастики, сам будучи евреем, прекрасно понимает, что процесс — штука объективная. Б.H.Стругацкий всего лишь констатировал факт и зафиксировал его в истории русской фантастики. Интересно, сколько понадобится времени для того, чтобы идеи «Седьмой части тьмы» овладели массами?