Ловушка для ящериц - [9]
В этот раз Мина ни о чем таком даже не вспомнила. Марк же с тайным желанием посмотрел на рощицу, но настаивать не стал, слишком серьезное затеяли они дело, и будет правильнее подождать на лавочке под соснами. Они обошли поляну с нарциссами и присели на одну из четырех, расположенных полукругом. Мина запрокинула голову, скользя по рослому корабельному стволу наверх, в сине-синее небо, откуда время от времени сухо выщелкивались маленькие орешки и белки сбрасывали пустую шелуху. Им не о чем было говорить, сегодня все должно решиться окончательно.
Рядом, прямо в редкие кусты за соседней лавочкой, упало что-то небольшое, зашуршало стремительно, кто-то заорал: "Брысь, брысь!". Мина, вскрикнув, метнулась за лавочку в кусты, но увидела только рыжий хвост кошки, мчавшейся вниз. Там, под горой в обширном палисаднике, сидела за небольшим, уставленным всяким хламом столиком пожилая женщина, которая, заметив Мину, закричала сердито: "Ну что же вы!" Мина развела руками, сзади подошел Марк. "Эти белки, промахиваясь, падают наземь, а Южка их душит и ест, гадина".
Южка, соседская кошка, самая плотоядная из всех домашних кошек, худая и настойчивая, отказывалась от яиц и сыра, требуя колбасы. Вот, значит, в чем дело. Могла бы спокойно лежать у хозяйки под боком, благо та почти не двигается, но попробовала дикого мяса и теперь не может забыть, даже котят не рожает, все тщедушных белок караулит. Так Мина объяснила Марку, стоя на пеньке и из стороны в сторону раскачиваясь. Они вернулись на лавочку и, откинувшись на жесткую, неудобно изогнутую спинку, принялись ждать: другого пути из ботанического сада не было.
Конечно, оба волновались, Мина, во всяком случае. Она почему-то боялась его не узнать, пропустить и не отрывала взгляда от пальмы, за которую сворачивала дорожка. Вот показалась пара, пожилая и приземистая, а вот... Мина ткнула задумавшегося Марка под ребро: стройный, как и прежде, только немного вытянувшийся в росте юноша шел, держа за руку маленького ребенка, ударяя о землю синим мячом. Да, дольше ждать нельзя, еще год - и он может заговорить басом или начнет бриться. Они взялись за руки и, поднявшись, пошли в некотором отдалении за повзрослевшим, но все еще мальчишески легконогим Танистом. Так, если верить Грейвсу, в эпоху матриархата назывался юноша, который приносился в жертву вместо главного, любимого царицей жреца. Да, дольше ждать нельзя.
11
Если бы не приезд Липы, они с Марком не допустили бы даже тени сомнения, настолько идеально этот малахитовый полуостров с мраморными вкраплениями античных развалин, с утра до позднего вечера залитый солнечной патокой, подходил к прочитанному ими замыслу. Сам замысел этот был прост, как каждый день здесь, у моря, сегодня или тысячелетие назад: ведь ничего не изменилось на их памяти, ничего не менялось и до них.
Стоит остановиться на главной площади у ларька со сладостями, как приветливая торговка, неважно, что иногда это пожилая женщина, а в другой раз ее дочь, поправив тыльной стороной руки сползшую на затылок косынку, протянет вкуснейшее домашнее пирожное и, не умея правильно посчитать сдачу, ссыплет мелочь прямо в ладонь, ласково уговаривая. Обычно Мина меняла у нее бумажные деньги на монеты, чтобы позвонить из стоявшей неподалеку на солнцепеке телефонной будки, а после покупала золотистый кусок пахлавы с орехами и парой ос.
Очевидно, из этой телефонной будки, осененной худосочной акацией, и позвонила однажды некто Олимпия: "Агата была так любезна... да-да, точный адрес виллы у меня есть". - "Не платите таксисту больше семи тысяч, здесь ехать всего ничего". - Мина осторожно положила перебинтованную в нескольких местах клейкой лентой трубку на латунный рычаг, он весело тренькнул, и покачала головой. За резонирующим под натиском утренних мух стеклом она во время разговора наблюдала сценку: малолетний хозяйский внук без трусов, но в рубашечке драл кота Гамлета (вообще-то он звал его Галетом) за худые бока, а тот не убегал и не царапался, тогда как изящная сойка скакала по накрытому к завтраку столу, примериваясь то к тому, то к этому. Вот она схватила желтый кусок сыра и улетела, рыжий кот Гамлет отпихнул малыша в сторону, и тот сел голой попкой на растрескавшуюся дорожку, по которой поднималась из огорода старая хозяйка с корзиной недозревших персиков; мальчик заплакал. Мина поблагодарила за телефон и поспешила к себе. Может быть, до приезда гостьи она успеет не только умыться, но и позавтракать.
Однако не успела закипеть на мельхиоровой спиртовке вода для кофе, как Мина услышала звук подъехавшей машины и громкие голоса, отчего ей сразу же сделалось невозможно лениво, и она не пошла встречать никому не известную Олимпию, приехавшую слишком быстро. Даже если та заплатила водителю вдвое больше и он не провез ее мимо разбросанных по всему городу достопримечательностей, то все равно слишком быстро, к тому же из телефона-автомата на площади никогда не бывает так хорошо слышно, тем более нежное гурчание карих горлинок, так зачем было обманывать?
В конце концов Мина Олимпию вспомнила, но как-то приблизительно, как подругу подруги или чью-то компаньонку. Или, может быть, она кем-то из знакомых брошенная жена? Выглядела гостья, во всяком случае, именно так: неуклюже собранные на затылке тусклые волосы, сильно помятый в дороге костюм, разношенные туфли предпоследнего размера и маленький, в портфель величиной, матерчатый чемодан. Руки, как у провинившейся служанки, спрятаны за спиной. Разглядывая ссутулившуюся посреди комнаты фигуру молодой женщины (довольно крупная, определенно склонная к полноте и все же несколько плоская, с длинными руками и ногами), Мина довспоминала, что они действительно прежде встречались при более благоприятных для Олимпии, Липы, просто Липы, обстоятельствах.
![Путь Луны](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Продажные ангелы](/storage/book-covers/8b/8b84416da2f6906cdd0d8535239cfa66a6fc3cce.jpg)
С кем отдыхают на Сардинии русские олигархи? Кому дарят желтые бриллианты Graff? Кто все больше заселяет особняки Рублевки? Кому, в конце концов, завидует каждая вторая особа женского пола? Ответ очевиден — шлюхам! Значит, нужно стать шлюхой? Или ею станет другая, которая чуть умнее тебя… Книга Мии Лобутич шокирует своей откровенностью, взглядом на мир изнутри. В ней — тонкая психология женщины, умело использующей свой главный дар и с его помощью добивающейся в современном мире всего, чего можно пожелать.
![Холоп августейшего демократа](/storage/book-covers/de/de124edbf6627610cd7b2d161c837d93a5c9053a.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Черный доктор](/storage/book-covers/b0/b0e94957215d3543c1eba3420f23c528a1f8000b.jpg)
Нетребо Леонид Васильевич родился в 1957 году в Ташкенте. Окончил Тюменский Индустриальный институт. Член литературного объединения «Надым». Публиковался в еженедельнике «Литературная Россия», в журналах «Ямальский меридиан», «Тюркский мир», «Мир Севера», в альманахе «Окно на Север». Автор книги «Пангоды» (Екатеринбург, 1999 г). Живет в поселке Пангоды Надымского района.
![Залив Голуэй](/storage/book-covers/eb/eb22730ae155b8f33b0ee2317ef8ce72e34f82a8.jpg)
Онора выросла среди бескрайних зеленых долин Ирландии и никогда не думала, что когда-то будет вынуждена покинуть край предков. Ведь именно здесь она нашла свою первую любовь, вышла замуж и родила прекрасных малышей. Но в середине ХІХ века начинается великий голод и муж Оноры Майкл умирает. Вместе с детьми и сестрой Майрой Онора отплывает в Америку, где эмигрантов никто не ждет. Начинается череда жизненных испытаний: разочарования и холодное безразличие чужой страны, нищета, тяжелый труд, гражданская война… Через все это семье Келли предстоит пройти и выстоять, не потеряв друг друга.
![Рыжик](/storage/book-covers/bd/bd1254d201903babaa189a57d789e9e49b8c173a.jpg)
Десять лет назад украинские врачи вынесли Юле приговор: к своему восемнадцатому дню рождения она должна умереть. Эта книга – своеобразный дневник-исповедь, где каждая строчка – не воображение автора, а события из ее жизни. История Юли приводит нас к тем дням, когда ей казалось – ничего не изменить, когда она не узнавала свое лицо и тело, а рыжие волосы отражались в зеркале фиолетовыми, за одну ночь изменив цвет… С удивительной откровенностью и оптимизмом, который в таких обстоятельствах кажется невероятным, Юля рассказывает, как заново училась любить жизнь и наслаждаться ею, что становится самым важным, когда рождаешься во второй раз.
![Философия пожизненного узника. Исповедь, произнесённая на кладбище Духа](/storage/book-covers/94/94900028f52c5fcf7b12f4c156d2068db7c885d3.jpg)
Господи, кто только не приходил в этот мир, пытаясь принести в дар свой гений! Но это никому никогда не было нужно. В лучшем случае – игнорировали, предав забвению, но чаще преследовали, травили, уничтожали, потому что понять не могли. Не дано им понять. Их кумиры – это те, кто уничтожал их миллионами, обещая досыта набить их брюхо и дать им грабить, убивать, насиловать и уничтожать подобных себе.