Кусака - [10]
Благословенный ветерок заносил в окно резкий, сладковато-горький привкус пустыни. Волосы Стиви прыгали по плечам. Джесси подумала, что это, похоже, будет самое прохладное время за весь день и они могут с чистой совестью им наслаждаться. Кобре-роуд вела их мимо сетчатой ограды и железных ворот Медного рудника Престона. На воротах висел амбарный замок, но забор находился в столь плачевном состоянии, что перелезть его смог бы и ревматический старец. Грубо написанные плакаты предостерегали: «ОПАСНАЯ ЗОНА! ПОСТОРОННИМ ВХОД ВОСПРЕЩЕН!» За воротами, где некогда отбрасывала тень богатая медной рудой рыжая гора, находился огромный кратер. В последние месяцы существования рудника там то и дело рвался динамит, и из разговора с шерифом Вэнсом Джесси поняла, что в кратере до сих пор остаются невзорвавшиеся заряды, но дураков спускаться туда и вытаскивать их нет. Джесси понимала, что рано или поздно рудник истощится, но никто не ожидал, что руда закончится так пугающе окончательно и бесповоротно. С той минуты, как пневматические отбойные молотки и бульдозеры начали вгрызаться в пустую породу, Инферно оказался обречен на гибель.
Подпрыгнув и содрогнувшись, пикап переехал железнодорожные пути, которые шли от рудничного комплекса на север и на юг. Стиви, спина у которой уже взмокла, наклонилась к окошку. Она заметила несколько луговых собачек, неподвижно сидевших столбиком на вершине бугорков у своих норок. Выскочив из укрытия в кактусах, через дорогу стрелой промчался дикий кролик, а высоко в небе медленно кружил гриф.
— Ты как? — спросила Джесси.
— Отлично, — Стиви налегла животом на ремень. В лицо девочке дул ветер, небо было синим-синим и, казалось, будет тянуться вечно — может быть, целых сто миль. Девочка вдруг вспомнила то, о чем давно хотела спросить:
— Почему папа такой грустный?
«Конечно, Стиви все чувствует», — подумала Джесси. Иначе и быть не могло.
— Собственно говоря, он не грустный. Это потому, что школа закрывается. Помнишь, мы говорили об этом?
— Да. Но она закрывается каждый год.
— Ну, теперь она уже не откроется. А из-за этого собирается уехать еще много людей.
— Как Дженни?
— Точно. — Маленькая Дженни Гэлвин жила через несколько домов от Хэммондов и уехала с родителями сразу после Рождества. — Мистер Боннер собирается в августе закрыть бакалею. К тому времени, я думаю, почти все уже уедут.
— Ой. — Стиви обдумала это. В бакалее все покупали еду. — И мы тоже уедем, — сказала она наконец.
— Да. И мы тоже.
Тогда, значит, мистер и миссис Лукас уедут, поняла Стиви. А Душистый Горошек: что будет с Душистым Горошком? Выпустят ли его на свободу, или загонят в вольер для перевозки, или сядут на него и ускачут отсюда? Над этой загадкой стоило подумать, но девочка поняла, что чему-то приходит конец, и от этого где-то около сердца шевельнулась грусть — чувство, с которым, по соображениям Стиви, должно быть, хорошо был знаком папа.
Изрезанную канавами землю покрывали островки растрепанной полыни, над которыми высились цилиндрические башни кактусов. Примерно в двух милях за медным рудником от Кобре-роуд отделялась залитая черным гудроном дорога; она стремительно убегала на северо-запад под белую гранитную арку, на которой тусклыми медными буквами было выдавлено «ПРЕСТОН». Джесси посмотрела направо и увидела в конце черной дороги большую гасиенду, мерцавшую в поднимавшихся от земли волнах разогретого воздуха. «Вам тоже удачи», — подумала Джесси, представив себе женщину, которая, вероятно, спала в этом доме на прохладных шелковых простынях. Должно быть, у Селесты Престон только и осталось, что простыни и дом — да и то вряд ли надолго.
Они ехали по дороге, рассекавшей пустыню. Стиви, не отрываясь, глядела в окно, личико под козырьком бейсболки было задумчивым и спокойным. Джесси поерзала на сиденье, чтобы отлепить футболку. До поворота к дому Лукасов оставалось около полумили.
Стиви услышала высокое гудение и подумала, что над ухом летает москит. Она хлопнула по уху ладошкой, но гудение не исчезло, становясь громче и выше. В следующие несколько секунд ушам стало больно, словно их кололи иголкой.
Мама? — морщась, сказала девочка. — Уши болят!
По перепонкам Джесси тоже ударила острая колющая боль, но этим дело не кончилось: заныли задние коренные зубы. Она открыла рот, работая нижней челюстью, и услышала, как Стиви сказала: «Ой! Что это, мам?»
— Не знаю, ми… — мотор грузовичка неожиданно заглох. Просто заглох — без перебоев и одышки. Они катились по инерции. Джесси прибавила газа, но вчера она заполнила бак, поэтому он не мог быть пустым. Теперь барабанные перепонки действительно болели, пульсировали, отзываясь на высокую, мучительно-неприятную ноту, напоминавшую далекий вой. Стиви зажала уши руками, в глазах ярко заблестели слезы. «Что это, мам?» — снова спросила она с панической дрожью в голосе. — «Мама, что это?»
Джесси потрясла головой. Шум набирал громкость. Она повернула ключ зажигания и надавила на акселератор, но мотор так и не завелся. Она услышала треск статического электричества в волосах и мельком увидела свои наручные часы: дисплей, словно сойдя с ума, отсчитывал часы с бешеной скоростью. «Вот уж будет, что рассказать Тому», — подумала она, вздрагивая от боли в коконе пронизывающего уши звука, и потянулась взять Стиви за руку.
![Король Теней](/storage/book-covers/fa/fa618526d9eab3fa4ba820d1892080cbe3933d93.jpg)
В 1704 году Мэтью Корбетту предстоит встретиться с новым антагонистом, отличающимся от всех, с кем он когда-либо сталкивался. Наши герои — Мэтью и Хадсон Грейтхауз — направляются в Италию, чтобы разыскать Бразио Валериани и разузнать о зеркале, созданном его отцом, колдуном Киро. Корабль попадает в шторм, и Мэтью с Хадсоном оказываются на прекрасном острове, именуемом Голгофа — месте, скрывающем множество секретов и готовящем для героев леденящие душу приключения. Островитяне приветствуют их массовым пиршеством, но по мере того, как Голгофа все сильнее влияет на героев, сохранять чувство реальности и не терять самих себя становится все труднее. Мэтью придется собраться с мыслями и разгадать загадку, окутывающую другую сторону острова, где возвышается действующий вулкан, в котором скрывается некое неведомое существо…
![Голос ночной птицы](/storage/book-covers/b6/b6f45703ee081f6fbbed6be659746066ee7a1260.jpg)
1699 год. Американский юг. В маленьком городке Фаунт-Роял поселилось Зло. Зверски убиты местный священник и уважаемый фермер — и убил их не человек. Гибнут посевы. Много дней льет, не переставая, проливной дождь. Ядовитые испарения поднимаются от болот. Людей преследуют во сне кошмарные видения. Конец света уже близок. Настанет ли год от Рождества Христова 1700-й?..Кто виноват? Ведьма! Точно так же было и в Салеме! Преступница поймана и брошена в тюрьму. Чтобы судить ее по всей строгости закона, из ближайшего города в Фаунт-Роял едут умудренный опытом судья Вудворд и его помощник, юный клерк Мэтью…
![Кардинал Блэк](/storage/book-covers/b7/b72ca4de6014c370e761c7ab33c8ffe1b8972e67.jpg)
Спасти любимую… Вызволить из плена друга… Заключить союз с врагом… Успеть или умереть, пытаясь… Начавшееся в колонии Каролина приключение Мэтью Корбетта привело его в логово Профессора Фэлла, откуда теперь он вынужден начать новое опасное путешествие. Злой шуткой судьбы Мэтью пришлось заключить со своим давним врагом договор и отправиться по следам нового, не менее опасного противника Кардинала Блэка, чтобы вернуть украденную им книгу ядов и спасти от неминуемого безумия свою возлюбленную Берри Григсби.
![Они жаждут](/storage/book-covers/dc/dc21885ec9cab7073f79e1d1b6837db06211a069.jpg)
Роберт Маккаммон, “гений из Алабамы”,– один самых популярных авторов романов мистики и ужаса. Уже первой книгой “Ваал” (1978) обратил на себя внимание, попал в число хорошо продаваемых авторов, но стал поистине знаменит после романа “Они жаждут” (1981). “Ваал” был распродан в количестве 300 000 экз., что по американским меркам для начинающего автора очень неплохо. После “Они жаждут” МакКаммон стал считаться “именитым” автором – то есть автором, книги которого обречены на хорошую продаваемость.* * *Он явился из глубины темных веков – вечно юный, вечно жестокий, с вечной жаждой крови и власти.Он называет себя хозяином, он расчетливо и бесстрастно правит легионами созданий Тьмы.Он не знает, что такое жалость, но зато хорошо знает, чего хочет,– обратить современный Лос–Анджелес в королевство живых мертвецов, вампиров, что пьют вместе с человеческой кровью человеческие души.Он все ближе, и сила его все больше...ОЗОН.
![Мистер Морг](/storage/book-covers/f6/f628b6345cbb50e9cd888c670e91f802e8974127.jpg)
Мэтью Корбетт — бывший секретарь мирового судьи, а теперь младший «решатель проблем» в сыскном бюро «Герральд» — стал в колониальном Нью-Йорке знаменитостью: первый в Новом Свете таблоид «Уховертка» красочно живописал его подвиги, в том числе — разоблачение серийного убийцы по прозванию Масочник. И вот губернатор лорд Корнбери поручает Мэтью и его старшему партнеру Хадсону Грейтхаусу особо ответственное задание — транспортировать из Уэстервикской лечебницы для душевнобольных коварного убийцу Тирантуса Морга, выдачи которого требует метрополия; тот должен предстать перед судом в Лондоне за многочисленные убийства, грабежи и другие преступления.
![Жизнь мальчишки](/storage/book-covers/59/59a157ad33c3851e56d85e782fc3360789d9fbc9.jpg)
Двенадцатилетний Кори Маккенсон – большой фантазер. Он наделен удивительным даром воображения, видит то, чего не замечают другие, и все ему кажется необыкновенным. Хотя что необыкновенного в захолустном городке американского Юга 1960-х? Жизнь Кори проста и незатейлива: встать пораньше, помочь отцу-молочнику, потом пойти в школу, вечером погулять с друзьями… Но однажды Кори и его отец становятся свидетелями автомобильной аварии, и выясняется, что падение машины с моста в озеро было подстроено, чтобы скрыть преступление.
![Гроза из преисподней](/storage/book-covers/1b/1b30165a953c1cc40cfd6d19691710ff634cf13e.jpg)
…Чикаго. Город, которому не привыкать к преступлениям. Но эти убийства необычны даже для Чикаго. Потому что совершены они человеком, обладающим паранормальной силой, и отомстить убийце не в силах не только полиция, но и «крестные отцы» города! …Начинается его время! Время охотника на черную нежить, чья профессия — рисковать собственной шкурой в борьбе с порождениями ночи! Время Гарри Дрездена — изгоя, некогда посмевшего поднять руку на собственного учителя и теперь оставшегося со смертью один на один!