Кошки-мышки (Женщины. Фрагмент) - [11]
ТАТЬЯНА: Да. Если бы еще научиться отличать одно от другого…
ТАМАРА: А что это, по-твоему? Не предательство? Я его из провинции в Москву вытащила, а потом Сережа твой, светлая ему память, прописку сделал, проталкивал, как мог… Из этой истории с «белочкой» Платонова вытащил. Да он без нас был — никто! Его без нашей семьи просто не было! Спился бы в своем Куйбышеве… Мне после развода пришлось из театра уйти, где я двадцать лет проработала! А он свою провинциалку в театр привез и стал из нее звезду делать. Сколько лет от акцента избавлялась! Народная артистка… Все вокруг народное, все вокруг мое…
ТАТЬЯНА: Томочка, все так… Но давай честно: Платонов — прекрасный артист. Да, мы ему помогали. Но остальное-то — талант, талант… Тома, все, что было — это кусок нашей жизни… Но он уже съеден. Может, поставить точку? В конце концов, у вас внучка общая. Как ей объяснить, почему с дедушкой про бабушку говорить можно, а с бабушкой про дедушку — нельзя? Почему она с вами мороженое только по очереди может кушать? А Славик? Сколько он будет страдать?
ТАМАРА: Да брось! Славик — не ребенок…
ТАТЬЯНА: Его это до сих пор мучает. Помнишь, как он в детстве на вопрос: «Кого ты больше любишь?», отвечал: «Маму-папу. Папу-маму». Ты знаешь, я всегда была против его занятий бизнесом. Дело не в том, что выпускник МГИМО организовал компанию по торговле автомобилями. А в том, что его нервы и бизнес плохо сочетаются. А в последнее время он стал особенно нервным. Я бы даже сказала — грубым. Заезжать перестал, звонит реже, потому что ты каждый раз заводишь разговор: пойдет он на юбилей или нет.
ТАМАРА: Уже не завожу. Юбилей, считай, прошел.
ТАТЬЯНА: Пройдет. А жизнь на этом не закончится. Тома, сколько лет ты еще будешь играть жертву?
ТАМАРА: Играть???
ТАТЬЯНА: Ну извини, извини, я не так сказала… Конечно, ты не играешь… И все-таки — пора простить.
ТАМАРА(усмехается): Пора… Ты пойми, у меня для прощения обстоятельства неподходящие. Представь: вышла я замуж, снимают передачу о моей семье… Новый муж целует меня в щеку… Вот после этого можно с милой улыбкой сказать, что я простила Платонова, мы перезваниваемся. А сейчас, когда я одна… Мое «прощаю» вызовет жалость!
ТАТЬЯНА: Что же тебе мешало?.. извини…
ТАМАРА: Ну, договаривай! Что мне мешало еще раз выйти замуж? Да?
ТАТЬЯНА: Да.
ТАМАРА: Ты раньше не спрашивала… (Нервно затягивается.) Первое время я вообще не помню, как жила. Хотя — нет… К сожалению, помню. Как в театре шушукались за спиной. Как на прилавках лежали эти газетки, в которых его Милочка рассказывала, какие подарки он ей подарил… А потом, года через два, у меня появился… ну, ты помнишь. Он, конечно, был хороший. Добрый. Правильный. Диетический какой-то… Как овсянка на воде… Без соли. Сколько мы с ним были? Полгода?..
ТАТЬЯНА: Год.
ТАМАРА: Правда? Удивительно…
ТАТЬЯНА: А художник?
ТАМАРА: Художник, конечно, не овсянка. Но и не Платонов. А когда мне стало казаться… а может, и не казаться… что у него кто-то есть… Поняла, что второй раз этого не переживу.
ТАТЬЯНА: Жалеешь?
ТАМАРА: О художнике? Нет. После Валентина я никого не любила.
Пауза.
ТАТЬЯНА: Я тебя не понимаю. Для тебя важно не прощение, а как это будет выглядеть?..
ТАМАРА: Я — актриса. Обо мне еще пишут. Я не могу не думать о том, как это будет выглядеть… Тань, ты сама мне десять лет говорила: такое простить нельзя.
ТАТЬЯНА: А теперь понимаю, что простить можно всё.
ТАМАРА: Что ты можешь в этом понимать? Вы с Сережей жили душа в душу. Идеальная пара. Тебе прощать было нечего.
ТАТЬЯНА: Откуда ты знаешь? Хотя… что-то ты знаешь. Но, поверь мне, не всё.
ТАМАРА: Вы практически никогда не ругались. Только из-за дачи. Он любил туда ездить, ты — нет.
ТАТЬЯНА: Не люблю я дачу.
ТАМАРА: Я заметила. Только никогда не спрашивала, почему.
ТАТЬЯНА(после паузы): Мы уже все справки собрали для усыновления, уже в Дом малютки ходили… И вдруг Сережа говорит: Тата, а может, еще и у нас получится? Давай подождем… Подождали. Еще врачи, еще надежды… Я — ему: Сережа, тянуть больше некуда, возраст… Он опять: подожди. А потом эту дачу придумал. Сначала строили, потом обустраивали… Ненавижу ее. Сожгу когда-нибудь.
ТАМАРА: Только застрахуй сначала.
ТАТЬЯНА: Обязательно… А потом — Гвинея. Сережу первый раз послом назначили. Мы поехали. А с его сердцем — только в Экваториальную Африку… Мы никогда, никогда не можем правильно оценить масштаб событий… И вот осталась я одна. Ни мужа. Ни ребенка. Ни-ко-го.
ТАМАРА: А я? Я же у тебя есть!
ТАТЬЯНА(вздохнув): Ты — есть… Ты была… Ты будешь… А к нему я каждую неделю прихожу на кладбище и спрашиваю: Сережа, что же ты меня одну оставил?.. Тома, как ты думаешь, почему он не хотел ребенка усыновить?
ТАМАРА: Не знаю. Может, ответственности боялся. А может, думал: вот-вот свой родится. Врачи же все время надежду оставляли. Еще курс, еще курорт… Вот-вот получится.
ТАТЬЯНА: Да, сейчас уже никто правду не скажет. А дачу я на Славика перепишу. Пока не сожгла… Она для меня как игрушка, которую мне вместо ребенка подсунули.
ТАМАРА: Тань, как ты говоришь? Это тот кусок жизни, что съеден. Сережу не вернешь, а нам с тобой еще жить и жить. Давай все-таки в посольство поедем.
![Последний герой](/storage/book-covers/2e/2e66cf0cb83a06d599bc1a22c5fd648f11a7a50f.jpg)
«По сюжету „Последний герой“ — нечто напоминающее притчу, мораль которой позаимствована из „Сказки о рыбаке и рыбке“. Безработный романтик Витя с женой учительницей Люсей, почти как пушкинская старуха, методично набивают цену за кровные метры, и их квартира действительно дорожает день ото дня. Вот только несговорчивое семейство ни в какую не соглашается на переезд меньше чем за миллион долларов. Здесь господину Марданю вроде самое время уклониться от сюжетных стереотипов и явить чудо — хотя бы такое близкое сердцу бизнесмена, как пачки с купюрами в руках у бедной учительницы.
![Американская рулетка (Номер четырнадцать)](/storage/book-covers/11/1181d06eb2f58145538541a0e170022cc1e45608.jpg)
Пьеса, написанная современным драматургом Александром Марданем в 2009 году, сейчас оказалась актуальной как никогда. Рубль дешевеет, а цены стремительно растут. В атмосферу мирового экономического кризиса автор погружает своих героев. История закручивается вокруг жильцов квартиры №13. Глава семьи и его супруга, оставшись без работы, занимаются необычным бизнесом, их сын ищет клад и вдобавок приводит в дом невесту. Между тем, жена, пытаясь спасти семью и излечиться от ревности, приглашает для мужа «девушку на час».
![Дочки-матери](/storage/book-covers/aa/aa91fc697f717c3d47e4461864fb92c716b3f181.jpg)
Казалось бы, игра в «дочки-матери» — это что-то сугубо детское, сладкое воспоминание далекого детства, когда маленькие девочки, поучая своих кукол, стараются ощутить себя хоть немного старше. Название «Дочки-матери» избрал для своей пьесы Александр Мардань, хотя ее героини давно уже не маленькие девочки. Тогда что, или кто принуждает их вести эту странную игру? Обстоятельства? Немилосердный кукловод? А может быть, это просто розыгрыш и шутка?Этот спектакль — современная и откровенная история двух женщин, между которыми, на первый взгляд, нет и не может быть ничего общего.
![В. Высоцкий](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Сюжет построен на параллельном развитии историй Скульптора и Высоцкого, причем главной будет история Скульптора. Они оба — люди одной эпохи, оба талантливые, ищущие, любящие жизнь. Но Скульптор в какой-то момент от чего-то отступил, чем-то поступился. Он не стал подлецом, он стал обычным, по — своему добросовестным, по — своему честным, по — своему порядочным человеком. Однако в душе его что-то мучает, он неудовлетворенный и неуспокоившийся конформист, поэтому и памятник Высоцкому ему не дается. Скульптор боится этой работы именно потому, что она ему слишком близка: непокорность и самосжигание Высоцкого и пугают, и манят его, как что-то неосуществившееся, несбывшееся в его собственной жизни.В программке зрителям можно давать тексты прозвучавших песен.
![Антракт (Неприличное название)](/storage/book-covers/72/725df22116c1edbc516a9f19f6dcad3d10053377.jpg)
Действие спектакля «Антракт» проходит в небольшом провинциальном городке. В местном областном театре жизнь идет своим чередом. На сцене идут «Три сестры», за кулисами актрисы ссорятся из-за мужчин и ролей, интригуют, сплетничают. Худрук и директор областного театра Петр разрывается между высоким искусством и «прозой жизни», которая вынуждает постоянно искать средства к существованию ради того, чтобы театр мог выжить…Но в один момент вся жизнь театра меняется — после долгих лет к себе на «малую родину» возвращается известный режиссер Павел.
![Арьер (Колыбельная для барабана)](/storage/book-covers/1a/1a40ab16de66d2ea03d72173a5172eff3dde5286.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.