История Российская. Часть 1 - [190]
ГЛАВА СОРОК ВОСЬМАЯ
ОБ ОБРЯДАХ И СУЕВЕРИЯХ ДРЕВНИХ
Поскольку сия первая часть Истории состоит из сказаний о древних народах, пределах и областях, названиях оных и урочищ, при том о вере, какую имели и как переменяли, потому, думаю, не бесполезно о некоторых обрядах и суевериях древних воспомянуть и новые присовокупить, ибо между оными некоторые ко изъяснению обстоятельств, находящихся во второй части Русской истории, необходимы. И я сперва начал было там в соответствующих местах примечаниями изъяснять, но многие из-за пространности явились неуместными, и по той же причине здесь о народах упоминаемых отдельными главами представлено, а там только кратко на сии указано. Об обрядах же ради некоторых любопытных, а также и суеверных, толкование пространнее показать причина имеется, как подобное Димитрий архиепископ ростовский в Розыске на раскольников суеверцев обличает.
Из сих обрядов надлежало бы сначала употребляемые в бого– или идолослужении бывших показать, о которых в гл. 2 кратко упомянуто. Но поскольку наши древние писатели о них ничего не упомянули, то и я никакой пользы в знании их не нахожу. Для того, оные оставив, следующие воспомяну: 1) при рождении, 2) при наречении имени младенцу, 3) при браках, 4) при погребениях.
1. При родах какие обряды у предков наших употреблялись, о том древние наши писатели не воспоминают, ныне же современные у нас частью для всех одинаковые, частью специфические. Общее принимание или повивание, омовение и родильной молитвы давание и пр., оно из древности. Разность же с другими в том состоит, что когда жену к родам схватывать станет, то у нас некоторые весьма прилежат оное утаить, чтоб никто не сведал, думая, якобы в утаении легче родить может. Напротив, другие нарочно к тому людей более созывают, как мне то неоднократно в Швеции видеть случилось. Не упоминаю того, что при родах знатных государей многие вельможи духовные и мирские, доктора и лекари в самом том покое присутствуют и более пользы, нежели в утаении и уединении, оказывают, и особенно искусный лекарь при тяжком ходе дела более, нежели бабка, нужен. Для сего в некоторых государствах учреждено, что повивальной бабкою без испытания от докторов и достаточного наставления, а особенно в великих городах, никто быть не может. В Париже и на других знатных местах милостию и тщанием государей специальные госпитали для неимущих рожениц, обучения бабок, лекарей и докторов устроены. К тому же для знания обстоятельств рождения многие изрядные книги напечатаны.
У грузинцев, когда время родить приспеет, посадят роженицу среди избы на ковре, и несколько мужчин, войдя к ней, с саблями в руках машут и стращают, пока не родит, думая, что из-за стращания легче родить.
У калмыков случилось мне видеть при роженице в кибитке было несколько духовных, которые часто и лекарями заодно бывают, женщин же не много призывают. Около кибитки по поставленному белому знаку множество народа собирается, поют и кричат, и чем знатнее роженица, тем более людей сходится и с великим шумом ожидают рождения, причем хозяин, если имеет, довольствует пищею, и вином, и чиганом.
У татар, чувашей и черемисов ничего особенного нет, но в тихости женщины родят. О скифских же и фракийских обрядах при рождении ниже из Геродота показано.
2. У нас же роженицам червонные приносить есть обычай древний, думаю, взят от евреев или из-за того что Христу волхвы злато принесли. Для того, как скоро жена родит, посылают к приятелям известить, однако ж многие благорассудные, поставляя оную повестку за просьбу приноса от других, ни к кому, кроме ближних родственников и свойственников, не посылают, однако ж к знатным и сильным в правлении и без зова несут.
У римлян такой обычай в употреблении был, что день рождения своего каждый ежегодно праздновал и в оный от своих приятелей подарки получал, Тит Арбитер Петроний295, гл. 30, что и ныне почти у всех христиан делается. Но в христианстве вместо того многие празднуют день духовного рождения, т. е. крещения, которое именины зовут, поскольку при крещении имя нарицается, о чем ниже, н. 4.
3. О давании родильной молитвы взято от евреев, но при том есть такое суеверие у некоторых, что всех случившихся в том покое людей или прежде даяния молитвы вошедших, хотя никак к роженице не прикоснувшихся, думают считать оскверненными и необходимым считают оным молитвою от попа очиститься.
В Поморье, как мне многие сказывали, где деревни от церкви отдалились и попы либо из-за дальности расстояния, либо из-за лености, не хотя далеко для того ехать, молитвы с упоминанием имен тех, которые при том были, наговаривают в шапку, и посланный, принесши в ту избу шапку, вытряся, всех очистит. Но ныне это запрещается.
4. В наречении имени было бы благорассудным в зависимости от страны толкование, ибо всякий здравомыслящий может разуметь, что имя различает только одного человека от другого и никакого таинства в себе не заключает, подобно как все разные вещи по-разному называются для того, чтоб их в произношении и разумении различить и не мнить одну за другую, например, слыша рассказываемое о Богдане, не думать об Иване или Ярославе. И всяк, свое имя слыша, по привычке разуметь может, что то его только, а не кого иного касается. Древний для всех народов обычай имена давать своего языка, как например у славян все государи и простых людей имена были славянские, такие как Багряна, Бажен, Бела, Богдан, Боголеп и пр., как здесь роспись приложена. Потом, когда государи у нас учинились варяги или финны, то имена их языка давались, такие как Рюрик, Олег, Ингорь и пр. Точно так же римляне сначала латинские, а потом греческие имена давали, также и у греков такое же видим. И ныне во многих или большей части народов собственного языка даются и значение названий оных всяк разумеет, но к тому присовокупилось коварство и суеверие, а именно:
![Русь Домосковская](/storage/book-covers/44/4488761abe0de49f5cbfad1ec839b2648afad480.jpg)
Василий Татищев – выдающийся русский государственный деятель и ученый, прославивший свое имя в веках составлением Истории Российской . В этой книге представлена та часть его Истории, которая освещает домосковский период русской государственности. Особая ценность и неповторимость исторического труда Василия Татищева заключается в том, что он основан на таких первоисточниках-летописях, которые погибли в Московском пожаре 1812 года и были недоступны для позднейших исследователей.
![История Российская. Часть 2](/storage/book-covers/7f/7f4ffe156fea0c48172a001afee1fa9874dbd2e7.jpg)
Татищев Василий Никитич (1686 – 1750), русский государственный деятель, историк. Окончил в Москве Инженерную и артиллерийскую школу. Участвовал в Северной войне 1700-21, выполнял различные военно-дипломатические поручения царя Петра I. В 1720-22 и 1734-37 управлял казёнными заводами на Урале, основал Екатеринбург; в 1741-45 – астраханский губернатор. В 1730 активно выступал против верховников (Верховный тайный совет). Татищев подготовил первую русскую публикацию исторических источников, введя в научный оборот тексты Русской правды и Судебника 1550 с подробным комментарием, положил начало развитию в России этнографии, источниковедения.
![История Российская. Часть 4](/storage/book-covers/ca/ca2249005302b01403ec456f091763bc700ad3f6.jpg)
Татищев Василий Никитич (1686 – 1750), русский государственный деятель, историк. Окончил в Москве Инженерную и артиллерийскую школу. Участвовал в Северной войне 1700-21, выполнял различные военно-дипломатические поручения царя Петра I. В 1720-22 и 1734-37 управлял казёнными заводами на Урале, основал Екатеринбург; в 1741-45 – астраханский губернатор. В 1730 активно выступал против верховников (Верховный тайный совет). Татищев подготовил первую русскую публикацию исторических источников, введя в научный оборот тексты Русской правды и Судебника 1550 с подробным комментарием, положил начало развитию в России этнографии, источниковедения.
![История Российская. Часть 3](/storage/book-covers/0b/0bd5522136a76bd532ae5539121c4ed9761ef04f.jpg)
Татищев Василий Никитич (1686 – 1750), русский государственный деятель, историк. Окончил в Москве Инженерную и артиллерийскую школу. Участвовал в Северной войне 1700-21, выполнял различные военно-дипломатические поручения царя Петра I. В 1720-22 и 1734-37 управлял казёнными заводами на Урале, основал Екатеринбург; в 1741-45 – астраханский губернатор. В 1730 активно выступал против верховников (Верховный тайный совет). Татищев подготовил первую русскую публикацию исторических источников, введя в научный оборот тексты Русской правды и Судебника 1550 с подробным комментарием, положил начало развитию в России этнографии, источниковедения.
![История Российская. Часть 5](/storage/book-covers/7b/7bcee01217a757e35b37c5878de4ca9573de0837.jpg)
Татищев Василий Никитич (1686 – 1750), русский государственный деятель, историк. Окончил в Москве Инженерную и артиллерийскую школу. Участвовал в Северной войне 1700-21, выполнял различные военно-дипломатические поручения царя Петра I. В 1720-22 и 1734-37 управлял казёнными заводами на Урале, основал Екатеринбург; в 1741-45 – астраханский губернатор. В 1730 активно выступал против верховников (Верховный тайный совет). Татищев подготовил первую русскую публикацию исторических источников, введя в научный оборот тексты Русской правды и Судебника 1550 с подробным комментарием, положил начало развитию в России этнографии, источниковедения.
![От Батыя до Ивана Грозного. История Российская во всей ее полноте](/storage/book-covers/cf/cfb4075593c82e3af84847ece872a07bbef02aa0.jpg)
Василий Никитич Татищев – выдающийся русский государственный деятель и ученый, прославивший свое имя в веках составлением «Истории Российской».Данная книга содержит его труды, посвященные становлению Московского царства, и охватывает исторический период от зарождения Российской государственности в северо-восточной Руси до правления первых царей из династии Романовых. На ее страницах описаны самые известные исторические деятели того времени: Андрей Боголюбский, хан Батый, Иван Грозный, Михаил Романов.Особая ценность и неповторимость исторического труда Василия Татищева заключается в том, что он основан на первоисточниках-летописях, которые погибли в Московском пожаре 1812 года и стали недоступными для позднейших исследователей.
![Холокост в Крыму](/storage/book-covers/47/473853ddba3d2ffbf70de962c5e25cbe9c0186e1.jpg)
Сборник документальных свидетельств и методических материалов «Холокост в Крыму» посвящен событиям, связанным с трагической гибелью евреев Крымского полуострова в годы нацистской оккупации Украины. Книга составлена на основании сборника документов «Передайте детям нашим о нашей судьбе» (Симферополь, БЕЦ «Хесед Шимон», 2001; редакторы-составители Л.П. Кравцова, М.И. Тяглый). Сборник «Холокост в Крыму» подготовлен к семинару по истории Катастрофы для преподавателей университетов юга Украины в Симферополе, который подготовил и провел Украинский центр изучения истории Холокоста (Киев)
![Сакалиба](/storage/book-covers/2b/2b0f80244e9793ef4a2d4cf4c5f8a2a864d66101.jpg)
Сакалиба исламской литературы - бывшие воины славянских контингентов византийских армий, перешедшие в ходе боев в Малой Азии на сторону мусульман, а также невольники славянского происхождения, привезенные на Восток из славяно-германского региона, Чехии, русских земель, с Балкан. Каждая из этих групп имеет свою историю. Предпринятое в работе комплексное изучение средневековых восточных и западных материалов дало возможность установить общие закономерности истории сакалиба, а также сделать ряд наблюдений относительно истории исламского мира, Европы, Руси.
![Веселая Эрата. Секс и любовь в мире русского Средневековья](/storage/book-covers/52/520027098d1167719e4c2da8c7b217c1db2253ce.jpg)
Книга Евгения Мороза посвящена исследованию секса и эротики в повседневной жизни людей Древней Руси. Автор рассматривает обширный и разнообразный материал: епитимийники, берестяные грамоты, граффити, фольклорные и литературные тексты, записки иностранцев о России. Предложена новая интерпретация ряда фольклорных и литературных произведений.
![Неизвестная крепость Российской Империи](/storage/book-covers/fe/fe93552232dbd1e48152b5c82dc14642b26aea5d.jpg)
Книга рассказывает об истории строительства Гродненской крепости и той важной роли, которую она сыграла в период Первой мировой войны. Данное издание представляет интерес как для специалистов в области военной истории и фортификационного строительства, так и для широкого круга читателей.
![Тоётоми Хидэёси](/storage/book-covers/f0/f0fcfc9702606631904749d1f8b05c16f33da47c.jpg)
Автор монографии — член-корреспондент АН СССР, заслуженный деятель науки РСФСР. В книге рассказывается о главных событиях и фактах японской истории второй половины XVI века, имевших значение переломных для этой страны. Автор прослеживает основные этапы жизни и деятельности правителя и выдающегося полководца средневековой Японии Тоётоми Хидэёси, анализирует сложный и противоречивый характер этой незаурядной личности, его взаимоотношения с окружающими, причины его побед и поражений. Книга повествует о феодальных войнах и народных движениях, рисует политические портреты крупнейших исторических личностей той эпохи, описывает нравы и обычаи японцев того времени.