История Армении - [72]
Но тот не принял и сказал своему сородичу Суренову Пахлаву: «Пусть его серебро останется при нем. Но ты убеди его дать мне только две (вещи): пусть прикажет следовать и впредь (порядку) рядку) престолов армянских нахараров, как он учрежден Арташиром и как они ему следовали до сих пор[748], чтобы марзпаны — персы, имея об этом инструкцию свыше, не могли его изменять по своей воле. И второе, пусть он вернет дом моему и твоему сородичу, юному Газавону, сыну Храхата, включив его в число других нахараров, если и не на его место, так как он ненавидит имя Аршакуни, то хотя бы на место, какое сам пожелает, как (он поступил) с его же родственниками Камсараканами или Аматуни, лишив их отеческих престолов и передвинув их из начальной части (перечня) санов в конечную; или пусть поручит ему, как он доверил (тем) и их потомкам, (какую-либо) царскую должность, пока Бог не смилостивится и не возвратит отеческий сан рукой какого-нибудь царя. Итак, постарайся околдовать его с искусством подлинного колдуна».
Врам согласился и приказал выполнить все это и, вновь утвердив его внука стрателата Вардана на домовладычество в его роде Мамиконеанов, отпустил (Сахака) в Армению.
Могут, однако, сказать, что нам следовало привести речь, произнесенную Сахаком Великим перед персами; но пусть знают, что она не дошла до нас ни от кого полностью и во всех подробностях, почему мы и не включили ее в свою историю. И ведь я — человек престарелый, немощный и непрестанно занятый переводами и думаю лишь о том, чтобы поскорее закончить (этот труд), а не заниматься тщательной отделкой изложения, чтобы и желание твое было исполнено, и я бы избавился от твоих настойчивых просьб и слов. Ибо считаю тебя человеком, сравнявшимся с нами (по умению) сострадать, не то что князья, близкие, как говорят поэты, к роду, племени и семени богов[749].
66
Дела Шамуела, недостойного соправителя Сахака Великого
Заняв патриарший престол, Шамуел следовал примеру Бркишо, отличаясь еще большей жадностью. Если тот расхищал достояние лишь умиравших епископов, то этот — также живых. Ибо он не давал Сахаку Великому рукополагать новых, взамен умерших, живых же изгонял, придравшись к малейшей неисправности в выплате царских податей, и присваивал дома их всех. Поэтому все епископы возненавидели его и исполнились к нему презрения, так что если бы даже претерпевали от него бедствия в тысячекратном размере, то и тогда не обратились бы к нему. Исключение составлял упомянутый Сурмак, жребий которого он и увеличил, передавая ему отнятое по царскому велению имущество других. Этим он возбудил зависть и других епископов, которые стали дерзностно стремиться к тому же и добивались этого у персидского царя каждый при помощи своего князя[750].
Сахак же Великий ни на минуту не переставал питать духовной пищей детей церкви при помощи Месропа, которого он утвердил в соборной церкви, что в городе Валаршапате, в то время как сам оставался в области Багреванд в том месте, где воссиял небесный свет при крещении святым Григором Трдата и всех армян.
Шамуел, прожив пять лет, умер в нашей стране. Тогда наха-рары в полном сборе пришли к Сахаку Великану и, покаявшись в содеянном, просили его вновь занять престол. Обещали добиться у персидского царя его утверждения, готовы были все подкрепить своими печатями грамоту о предоставлении того же сана потомственно его внукам. Но он не согласился и после многих просьб был вынужден рассказать им о видении, которое за много времени до этого явилось ему во сне как предсказание будущего[751]. Услышав его рассказ и узнав, что первосвященство изъято из его рода по Божьему велению, они стали проливать слезы и оплакивать себя, согласно Евангельскому слову, что «надобно прийти соблазну, но горе тому человеку, через которого соблазн приходит», и отвили его в покое.
67
Уход из мира сего Сахака Великого и блаженного Месропа
Двадцать один год царствовал над персами Врам Второй и умер, оставив государство своему сыну Язкерту[752]. Тот, сразу же по восшествии на престол, предает забвению заключенный мир и нападает на греческое войско у Мцбина. Он приказывает войскам Атрпатакана двинуться в нашу страну, и те приходят и в беспорядке располагаются у Багнац-авана.
В это время Сахака Великого постигла смертельная болезнь. Ученики перенесли его в деревню по названию Блур[753], как в место, и родное ему, и укрытое от нападений тревоживших их персидских войск. Там и настала его кончина. Он пробыл патриархом пятьдесят один год, начиная от третьего года правления армянского царя Хосрова и до начального года правления персидского царя Язкерта Второго, исхода месяца навасарда[754], дня своего рождения. Рожденный смертным, он оставил по себе бессмертную память; приносил честь образу (Божьему), благоговел перед призвавшим его, поменял (одну) жизнь (на другую)[755]. И прожил он столько, что старость не произвела в нем никаких разрушений и немощи не подавили его. Нам следовало бы возвышенными словами достойно прославить нашего отца, но дабы не наскучить читателю длинными речами, мы обратимся к этому в другом месте и в другое время, за пределами этой книги, там, где мы в начале обещали сделать добавления
![Государство Селевкидов](/storage/book-covers/43/434167c125af94ad21723453641f7685d2956a28.jpg)
Посмертное издание классического труда по истории крупнейшего эллинистического государства на территории Западной Азии. Автор анализирует экономические, социальные и политические институты, а также формы государственных культов в этой державе.
![Быть евреем: секреты и мифы, ложь и правда](/storage/book-covers/f4/f4bed861933d76506f0b25d24ff5d8f7a92f2207.jpg)
Книга Бориса Меерзона в простой и увлекательной форме знакомит читателя с религией, бытом, традициями и наиболее значимыми событиями в истории еврейского народа с древних (библейских) времен по современный период. В ней повествуется о существенном вкладе, который еврейский народ внес в развитие цивилизации, о невероятной стойкости и преданности евреев своей религии, слову Божьему; раскрываются секреты сохранения еврейской нации в период рассеяния; рассказывается о причинах враждебного отношения к евреям; описываются огромные страдания, выпавшие на долю еврейского народа в годы Холокоста. Назначение этой книги — проинформировать читателя, побудить его к размышлению, к прочтению других книг о евреях.
![Моя биография](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Название критических книг Р. Б. Гуля — «Одвуконь» — отражает тот простой и трагический факт, что после 1917 года и последовавших за ним страшных событий гражданской войны русская литература «пошла одвуконъ»: одна ее часть осталась в стране «победившего социализма», а другая оказалась выброшенной на Запад, став литературой «русского зарубежья». «Я узнал до конца, что значат слова: „гражданская война“. Это значило, что я должен убивать неких неизвестных мне русских людей: в большинстве крестьян, рабочих.
![Алексей I Комнин. История правления (1081–1118)](/storage/book-covers/dc/dcac8aa4adf1410b5ddfb5b2936f2f79ef80c86e.jpg)
Книга французского историка Фердинанда Шаландона (1875–1921) посвящена периоду правления императора Алексея I Комнина (1081–1118), первого императора из династии Комнинов. Основанный на большом фактическом материале, этот труд до сих пор остается единственной сводной работой по начальному периоду правления Комнинов, и уже, поэтому заслуживает внимания. Будучи основателем новой династии, Алексей I дал византийской политике то направление, которое она сохраняла в продолжение всего XII века. Его царствование открыло новую эру в истории взаимоотношений между Востоком и Западом.
![Смута в культуре Средневековой Руси](/storage/book-covers/06/06ff3e3667494cf048318d00f18505d0bd069bf0.jpg)
Смута 1598–1613 гг. стала для древнерусской культуры сложным и глубинным кризисом, положившим начало «переходному» столетию. Идеи и представления, характерные для Московского государства, подверглись резкой трансформации в период «междуцарствия». Влияние Смуты прослеживается на всем протяжении XVII в. Тем не менее семиотические аспекты кризиса, необычные культурные коллизии, возникшие после смерти Федора Ивановича и прекращения династии Рюриковичей-Калитичей, редко оказывались в центре внимания историков.
![Древние ольмеки: история и проблематика исследований](/storage/book-covers/4f/4fd47fba54cebfa2afb028804bf919f7714fc149.jpg)
В книге рассказывается об истории открытия и исследованиях одной из самых древних и загадочных культур доколумбовой Мезоамерики — ольмекской культуры. Дается характеристика наиболее крупных ольмекских центров (Сан-Лоренсо, Ла-Венты, Трес-Сапотес), рассматриваются проблемы интерпретации ольмекского искусства и религиозной системы. Автор — Табарев Андрей Владимирович — доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института археологии и этнографии Сибирского отделения РАН. Основная сфера интересов — культуры каменного века тихоокеанского бассейна и доколумбовой Америки;.