Игра кавалеров - [118]
Члены английского посольства приподнялись, издавая возгласы изумления и восхищения. Французы вокруг короля благоразумно молчали, так как каждый придворный узнал доспехи, лошадей и оружие Генриха, французского короля.
Это был самый большой провал, какой когда-либо выпадал на долю Джона Стюарта д'Обиньи и выпадет когда-либо еще до тех пор, пока он не закончит дни во мраке безвестности посла — незаметной, бесславной службы вдали от двора. И опала была провозглашена публично, словно официальное объявление всем присутствующим здесь французским придворным. Смерть была бы к лорду д'Обиньи более милосердной.
Он стоял, не сводя глаз с короля, только бегло скользнув взглядом по поблескивающему на столе оружию и совсем не глядя на Лаймонда. Затем сказал чуть визгливо:
— Я удовлетворен.
Распорядитель тщетно всматривался в лица короля, коннетабля и самого ответчика, ища хоть каких-нибудь указаний, и наконец с отчаянием спросил:
— Тогда сообщите, каков ваш выбор?
Д'Обиньи был капитаном копейщиков и пытался сохранить остатки гордости. Не обращая внимания на распорядителя, он повернул свое красивое лицо к трибунам, и взгляд, минуя золотую ткань с тиснеными лилиями, устремился к королевскому гербу, тому же самому, какой он когда-то носил на груди и спине. Лорд д'Обиньи, глядя на короля, заявил:
— Я не стану делать выбор. Я прощаю нанесенное мне оскорбление и забираю назад свой вызов.
Лицо Генриха оставалось невозмутимым.
— Пожалуйста, не разочаровывайте нас, — произнес он. — Мы и наши друзья надеялись увидеть хороший бой.
— Вы его увидели, — сказал Джон Стюарт сдавленным голосом и получил от короля соизволение уйти.
Он пошел твердым шагом в окружении своей свиты, с высоко поднятым знаменем, и блистательная процессия, проходя по непотревоженному песку, не встречала на своем пути ни приветствий, ни свиста, пока наконец не потускнела и не растворилась в ночной темноте. Падение придворного фаворита происходит под тихую музыку.
На поле вышел видам: положив руку Лаймонду на плечо и нежно поглаживая его, он пригласил шотландца сразиться; представители английской делегации заерзали на своих сиденьях, стараясь не встречаться друг с другом взглядами. Нортхэмптон снова улыбался.
Они сражались на низкорослых испанских лошадях, исключительно ради публики, и за схваткой приятно было наблюдать. Видам, который не привык ухаживать за кем-либо с кинжалом в руке, все время говорил.
Фрэнсис Кроуфорд сражался искусно, хотя и чисто машинально, ибо мысли его были далеко — и победил. Его целовали, поздравляли, увенчали венком, но в конце концов, все еще поглощенный своими мыслями, он направился мимо обитых тканью бортов туда, где сидел шотландский двор. Придерживая свою маленькую лошадку, он отстегнул залог. Затем поднял голову и взглянул на детское личико: пламя факела позолотило его волосы, высветило высокий лоб, четкие, благородные черты.
Мария вскочила и снова сердито села; прядь рыжих волос свесилась за край борта.
— Но вы не дрались с господином д'Обиньи!
— Нет… Дрался король, — сказал Фрэнсис Кроуфорд.
Ее глаза широко раскрылись.
— Я не видела!
— Он дрался не так, как обычно. Но я сразился с другим кавалером, вы же знаете. Этого недостаточно?
— С господином видамом? — В голосе прозвучало пренебрежение собственности. — Он приносит мне кошек!
— О, неужели? — с интересом спросил Лаймонд. — Это единственное, чего он пока не приносил мне. Как все сложно. Ну, раз он не подходит, боюсь, мне придется оставить у себя перчатку до тех пор, пока не подвернется кто-нибудь подходящий. Как вам такая мысль?
— О, конечно, превосходно. Сохраните ее, господин Кроуфорд. На случай, если встретится кто-нибудь по-настоящему опасный. Как та ирландка, что желала мне зла.
— Нет. Мы оба ошиблись. Та леди — наш друг. — И Лаймонд, безусловно почувствовав обострившийся интерес вдовствующей королевы, переменил тему. — Я должен идти, ваше величество. Ходят слухи, что О'Лайам-Роу собирается показать двору, как играть в ирландский травяной хоккей, и там понадобятся несколько трезвых мужчин, врач и священник. Но если я возьму вашу перчатку, то и мне следует оставить вам что-нибудь на память.
И, приподнявшись на стременах, он положил что-то в протянутую ладошку маленькой королевы.
То был огромный бриллиант. Вдовствующая королева выхватила его у дочери.
— Ma mie, нет! Господин Кроуфорд, она не может принять этого. Это уж слишком.
— Он принадлежит королю, — весело возразил Лаймонд. — Насколько я понял, король не ждет, что я верну его вместе с прочей утварью.
Из-под его латной рукавицы показался кончик повязки. Мария де Гиз поняла его слишком хорошо. Никаких обязанностей, никаких обязательств, никакой ответственности — только перед самим собой. И все же… Он оставил у себя перчатку.
— Загадайте загадку, — попросила королева.
Лошадь начала проявлять нетерпение — она уже застоялась.
— Мы здесь не одни, — сказал он. — Ваш покорный слуга, миледи.
И, улыбаясь, натянул поводья.
— Тогда спойте песенку, — настаивала девочка. Этот человек принадлежал ей. Он завоевал ее залог, и все должны видеть, как приятно им быть вместе. Но он только снова улыбнулся, поклонился и двинулся с места: волна аплодисментов покатилась по трибунам, конюхи сомкнулись за его спиной, а над головой его высоко развевалось знамя.
![Путь Никколо](/storage/book-covers/82/827240254c90bcf16fe8c3609e4db5660ee142dc.jpg)
История Никколо — умного, сильного человека, вышедшего из низов и шаг за шагом пробивающегося наверх — туда, где правят некоронованные короли эпохи Возрождения — Медичи, Строцци, Фуггеры.История самой эпохи Ренессанса — времени расцвета искусств, гениальных финансовых авантюр, изощренных политических, придворных и дипломатических интриг.
![Игра королев](/storage/book-covers/6f/6f906f909095972a7c360015c2d6913212fe6af0.jpg)
Роман «Игра королев» — продолжение саги о знатной шотландской семье Калтеров и о бурных событиях в Англии и Шотландии XVI века. История вражды братьев Калтеров, сурового воителя Ричарда и отважного искателя приключений Лаймонда, в жизни которого немало загадок, полна острых, порою кровавых столкновений, запутанных любовных коллизий, необычайных приключений.
![Игра королей](/storage/book-covers/09/09a69cb179aad153117ec7743d5421d655bb8f17.jpg)
Роман «Игра королей» — начало саги о знатной семье Калтеров, играющей значительную роль в истории Шотландии середины XVI века. Лаймонд Калтер, загадочная личность, бесстрашный и ловкий искатель приключений, объявлен вне закона как изменник и предатель, за его жизнь обещана награда, но никому не известно, кто он такой на самом деле. Летней августовской ночью он тайно возвращается на родину, где его давно дожидаются соратники, такие же бесстрашные, как и он. И сразу начинается цепь бурных и необычайных событий, всколыхнувших всю страну.
![Весна Византии](/storage/book-covers/b0/b0b02f1ca0a52ebb1810e29ec4b985c04a3d47ae.jpg)
История Никколо — умного, сильного человека, вышедшего из низов и шаг за шагом пробивающегося наверх — туда, где правят некоронованные короли эпохи Возрождения — Медичи, Строцци, Фуггеры.История самой эпохи Ренессанса — времени расцвета искусств, гениальных финансовых авантюр, изощренных политических и дипломатических интриг…
![Игра шутов](/storage/book-covers/29/2930a5a709123a64a205cc9ace11232e2c3d168d.jpg)
Роман «Игра шутов» — третья часть серии о приключениях молодого шотландского авантюриста Фрэнсиса Кроуфорда из Лаймонда. На этот раз ему поручено расследовать покушения на жизнь юной Марии Стюарт, королевы Шотландии, живущей при французском дворе. Смелый маскарад, зловещие тайны, хитросплетенные интриги яркого и жестокого мира эпохи Возрождения.
![История французской революции. От первых дней до Директории](/storage/book-covers/6b/6b47861eba33deb073385ddda1f1f1653d24e40a.jpg)
Вильгельм Йозеф Блос (1849–1927) – видный немецкий писатель, журналист и политик. Его труд по истории Великой французской революции впервые был опубликован ещё в 1888 г. и выдержал до Второй мировой войны несколько переизданий, в том числе и на русском языке, как до революции, так и уже в Советской России. Увлекательно и обстоятельно, буквально по дням В. Блос описывает события во Франции рубежа XVIII–XIX столетий, которые навсегда изменили мир. В этой книге речь идёт о первых пяти годах революции: 1789–1794.
![Цвет. Захватывающее путешествие по оттенкам палитры](/storage/book-covers/c3/c3df2775b0652150229a926c982a4cad03c42478.jpg)
Как благородный синий цвет прошел путь от отдаленных лабиринтов в Афганистане до кисти Микеланджело? Какая связь между коричневой краской и древнеегипетскими мумиями? Почему Робин Гуд носил Линкольн-зеленый? Виктория Финли отправляет нас в путешествие по всему миру и сквозь века, исследуя физические материалы, которые окрашивают наш мир (драгоценные минералы или кровь насекомых), а также социальные и политические значения, которые цвета несут во времени. Отправьтесь в захватывающее приключение с бесстрашной журналисткой, путешествуя по древним торговым путям; познакомьтесь с финикийцами, плывущими по Средиземному морю в поисках пурпурной раковины, которая принесет им богатство и удачу; встретьтесь с чилийскими фермерами, разводящими насекомых из-за красного цвета их крови.
![История почты. От голубиной до электронной](/storage/book-covers/54/54082a3ba6d7f75f8577ba1a95e4c16402dee426.jpg)
Развитие почты как системы передачи корреспонденции заняло сотни лет, и для этого человек приспосабливал многие свои изобретения. Так от голубиной почты или сигнального дыма от костров мы пришли к доставке корреспонденции дронами и электронной почте. Древнегреческий историк Геродот сказал: «Ни снег, ни дождь, ни жара, ни мрак ночи не удержат курьеров от скорейшего завершения предначертанного пути». Эти слова настолько правильно отображают главную задачу почты, что стали неофициальным девизом Почтовой службы США.
![Сент-Ив. Принц Отто](/storage/book-covers/a8/a8d0a398fcb8422e39cb4da7c8413ccd07e81278.jpg)
В книгу включены два малоизвестных произведения английского писателя Роберта Льюиса Стивенсона — остросюжетные приключенческо-романтические романы «Сент-Ив» и «Принц Отто». Принцип мужественного оптимизма, провозглашенный писателем в конце 70-х годов и являющийся основополагающим в его программе неоромантизма, с особой убежденностью и воодушевлением проявляется в публикуемых романах, один из которых — «Принц Отто», в послереволюционное время переиздается у нас впервые. Для массового читателя. Художник Г.
![Эпоха крайностей. Короткий двадцатый век (1914–1991)](/storage/book-covers/cc/cc1b63e86fdd9f949165668021a7282a3b08ae35.jpg)
“Эпоха крайностей: Короткий двадцатый век (1914–1991)” – одна из главных работ известного британского историка-марксиста Эрика Хобсбаума. Вместе с трилогией о “длинном девятнадцатом веке” она по праву считается вершиной мировой историографии. Хобсбаум делит короткий двадцатый век на три основных этапа. “Эпоха катастроф” начинается Первой мировой войной и заканчивается вместе со Второй; за ней следует “золотой век” прогресса, деколонизации и роста благополучия во всем мире; третий этап, кризисный для обоих полюсов послевоенного мира, завершается его полным распадом.
![Русские тайны немецкого Висбадена](/storage/book-covers/5d/5decf2d4e9a3e1fa4891a4e1ad41c756c0738f56.jpg)
Новая книга Светланы Арро – о династических связях России и Германии в XIX веке, когда две страны породнились благодаря многочисленным бракам великих князей, княжён, принцев, принцесс, царей и королей. Эти отношения основаны на взаимных поисках женихов и невест, которые не всегда завершались браками, но создавали дружелюбие государств. Немецкие принцессы становились русскими царицами, а русские княжны немецкими королевами. Русско-европейский рынок невест и женихов работал бесперебойно. Немецкие невесты и женихи мечтали о богатой, великолепной и загадочной России.
![Колье Шарлотты](/storage/book-covers/34/3402daf079181e5f52496025a992282c16356dfe.jpg)
Расследование убийства выводит сотрудников КГБ на след преступной группы, переплавляющей за границу ценные произведения ювелирного искусства. Поединок с опытными и хитрыми преступниками оказывается для чекистов серьезным испытанием.
![Сто первый километр](/storage/book-covers/57/575002985199e1e51a43837da3f6600f501a5b6e.jpg)
Эпопея известного мастера детективного жанра Э. Хруцкого, рассказывающая о работе Отдела по борьбе с бандитизмом Московского уголовного розыска в годы Великой Отечественной войны, – это художественная история МУРа, поданная через призму жизни следователя с ее успехами и неудачами, гибелью товарищей и победами над ложью и несправедливостью. Иван Данилов не только опытный сыщик, знаток преступного мира, но и честный, несгибаемый человек, сделавший своей профессией карьеру с преступностью.
![Комендантский час](/storage/book-covers/3a/3a12814b5899f9fa588b209e9e69dd8b9b66a833.jpg)
В книгу вошли два романа знаменитого писателя, кинодраматурга, мастера отечественного детектива Э. Хруцкого – «Комендантский час» и «Тревожный август», посвященные работе московской милиции в годы Великой Отечественной войны. Автор мастерски передает атмосферу тех героических дней, тщательно прорисовывает образы работников милиции, раскрывает перед нами их многогранный духовный мир. Главный герой – Иван Александрович Данилов – начальник отдела по борьбе с бандитизмом МУРа, и его коллеги предстают перед нами мужественными людьми с сомнениями, болью, любовью, ошибками…
![Страх](/storage/book-covers/70/703916c5849dfe25eb53743ac2dcb10569a50a5c.jpg)
Эпопея известного мастера детективного жанра Э. Хруцкого, рассказывающая о работе Отдела по борьбе с бандитизмом Московского уголовного розыска в годы Великой Отечественной войны, – это художественная история МУРа, поданная через призму жизни следователя с ее успехами и неудачами, гибелью товарищей и победами над ложью и несправедливостью. Иван Данилов не только опытный сыщик, знаток преступного мира, но и честный, несгибаемый человек, сделавший своей профессией карьеру с преступностью.