Григорий Явлинский - [11]
Это было трагикомическое время, потому что, с одной стороны, человека на наших глазах пытались раздавить, просто умертвить, а с другой — я с ним всегда хохотал от души. В нем была и прозрачность, и бездонность. Мне тогда стало казаться, что «наверху» все такие. Когда я стал общаться с людьми на том же уровне, я с грустью отметил, что, к сожалению, он исключение из правил»[16].
В «бункере»
1985 год вошел в нашу страну, в нашу жизнь с лозунгами о перестройке, ожиданиями перемен. Возле М. Горбачева собрались ведущие ученые страны: А. Аганбегян, Н. Петраков, Г. Шахназаров, А. Черняев, Т. Заславская… Все они мечтали о демократии, о свободе, надеялись и верили в счастливое будущее. «Перестройка затронет очень многие стороны жизни людей, — писала Т. Заславская, — и основные общественные группы значительно больше выиграют, чем проиграют. Кто эти люди? В их числе энергичные, молодые, высококвалифицированные, те, кто хочет и может работать больше, лучше и интенсивнее, постоянно учиться и соответственно всему этому более интересно, насыщенно и, скажем прямо, обеспеченно жить»[17].
Радовалась тогда и я, и мои друзья — наконец-то подуло свежим ветром. Ветер оказался ураганным. Он смел с лица земли Советский Союз, а из человеческих сердец унес человечность, заменив ее даже в детских глазах рабским испугом. Что же случилось? Почему, где и когда всеобщая эйфория радости сменилась пляской смерти? Матерям, которые в 1985 году отправили своих мальчиков в первый класс, и в страшном сне не могла померещиться чеченская война, забравшая жизни их сыновей. Радостными аплодисментами встречали советские люди перемены, идущие сверху, подчас не понимая, к чему они ведут. Уже в документах пленума ЦК КПСС (1987 г.) был намечен целый комплекс мер, изменяющий ценообразование и положивший начало ценообразования 1992 года. Гиперинфляция 1992 года, измерявшаяся 2600 процентами, явилась логическим продолжением реформ 1987 года.
Григорий Алексеевич занимался в Госкомтруде проблемами совершенствования управления. Участвовал в подготовке таких документов, как «Закон о предприятии», «Закон о кооперации», аналитических материалов.
В 1988 году Г. Явлинский уже начальник управления по социальным вопросам. А вскоре переходит работать в Совмин к Л. Абалкину. Такая стремительная карьера была нетипична для советского времени. Тогда подобные должности утверждали на коллегии, согласовывали с ЦК партии. Во многом способствовал этому продвижению по службе институтский педагог Г. Явлинского — академик Л. Абалкин. В 1989 году Григория Алексеевича приглашают возглавить сводный экономический отдел при Совете Министров СССР. В этом же году при Совете Министров СССР создается Государственная комиссия по экономической реформе. Леонид Абалкин, вспоминая об этом, рассказывал:
— Долгую борьбу пришлось вести за привлечение на работу в комиссию в качестве заведующего отделом Г. Явлинского. Его никак не хотели отпускать из Госкомтруда СССР, где он возглавлял сводный отдел. Возможности Г. Явлинского я знал и раньше. Считал и считаю, что он хорошо образованный специалист, талантливый человек, который много вложил, особенно на начальном этапе работы, в подготовку комиссией концепции экономической реформы[18].
Комиссия Рыжкова — Абалкина работала в так называемом «бункере» — это совминовский дом отдыха «Сосны», находящийся недалеко от Москвы. Как много новых желаний овладело им! Он искренне верил в возможность проведения реформ, в основу которых положил совершенно новые экономические отношения. Не плановое ведение хозяйства, уже исчерпавшее себя, а рынок со всеми его институтами, частной собственностью, конкуренцией.
Н. Рыжков воспринимал Г. Явлинского как ученика, подмастерье. То ли потому, что Григорий Алексеевич был по возрасту моложе всех, то ли по причине собственной самоуверенности, но вдохновенное горение «ученика» вызывало у председателя Совета Министров снисходительную улыбку. В свою очередь, командный, приказной стиль работы Н. Рыжкова вызывал не менее снисходительную улыбку у Явлинского, с той лишь разницей, что «подмастерье» свою улыбку старался не демонстрировать, но иногда все же не мог удержаться.
— Однажды наблюдаю такую картину, — вспоминает Г. Явлинский, — вызывает Рыжков министра легкой промышленности и спрашивает: «Сколько трусов будет произведено в первом квартале?» Тот отвечает: «Не знаю. Там же эксперимент. Теперь не я им задание даю, а они мне сообщают, сколько чего производят». Рыжков в ярость пришел: «Зачем мне нужен министр, если он не знает, сколько там чего!..» И я вдруг подумал: если экономика становится свободной, наш премьер-министр Николай Иванович и генсек Михаил Сергеевич просто не знают, как страной руководить[19].
Однако несмотря на глубокое и проникновенное взаимонепонимание, Г. Явлинский с благодарностью вспоминал о тех днях. Наверное, теперь его злополучная книга о совершенствовании хозяйственного механизма ему самому казалась детским лепетом. Пожалуй, существенными там были только выводы, ориентировочные прогнозы возможного развития. Сейчас он со своей группой разрабатывал программу выхода из кризиса. В его группе собрались единомышленники. Главными критериями при оценке любого из коллег были, по его собственному признанию, талантливость как экономиста, личная порядочность. И независимость — прежде всего от политиканства
![Турали](/storage/book-covers/4a/4a760f6e364b372ecee142158ef837ef8d45d098.jpg)
Частный детектив Николай Федорович Трубников приехал в село Ремонтное навестить брата жены, привез для его внучки инвалидную коляску. Ночью он услышал выстрел, поспешил на место преступления. Ограбили и пытались убить предпринимателя С.И. Башмакова. Все село было в шоке от преступления, но самое страшное поджидало Трубникова на трассе, когда он возвращался домой в Ростов-на-Дону.
![На заработки за бугор](/storage/book-covers/4f/4fdfa46e59724b0c2f35311a087b4e056c7b7db0.jpg)
Расследуя дело о мошенничестве, частный детектив Н.Ф. Трубников столкнулся с серьезными проблемами и даже чуть не поссорился с другом. Однако он все же смог добиться своего – на мошенников, несмотря на их высоких покровителей, завели уголовное дело.
![Меткий выстрел](/storage/book-covers/d6/d660bfbf9cf3d8bd70314d8fa0cc8e8d45f32f31.jpg)
Вечером шестого апреля на пороге своего дома убит предприниматель Михаил Мельников. Следствие зашло в тупик. Друг погибшего Айрат Хакимов советует родственникам Михаила обратиться к частному детективу из Ростова-на-Дону Н.Ф. Трубникову. Трубников поддается на уговоры, соглашается провести расследование в режиме онлайн. Однако ситуация осложняется тем, что сам детектив оказывается в больнице, у него подтвержден коронавирус. Тем не менее он смог найти убийцу московского предпринимателя.
![Убйство на рыбалке](/storage/book-covers/47/47f7711fc5d8dffc2e288f5d05191a7f69d3fba4.jpg)
Мама секретаря частного детективного агентства Лены Шамариной обращается к Н.Ф.Трубникову, возглавляющему агентство, обеспокоенная гибелью Г.И.Фарсобина, произошедшей на острове. Ее дочь отправилась со Славой Фарсобиным на остров Буравка, чтобы познакомиться с семьей жениха. Трубников, увидев снимки погибшего Фарсобина, понимает, что произошло убийство. Он отправляется на остров, чтобы провести расследование.
![От сумы да от тюрьмы не зарекайся](/storage/book-covers/ae/ae58e3b460ddfe3808f151e637624b13d1998ec8.jpg)
К частному детективу Н.Ф. Трубникову приходит хозяйка типографии М. Шарова с просьбой помочь ей найти Е. Новикова, у которого 20 % акций типографии. Она хочет продать типографию, уже нашла покупателя – Ю. Дегтярева, но ей надо согласовать с Новиковым цену акций. Дегтярев торопит. Она с трудом уговорила его подождать до вечера. Трубников давно дружит с Новиковым, поэтому сумел быстро найти его и передал просьбу Шаровой. Однако на следующее утро узнал, что Дегтярев убит, а подозреваемый в убийстве Новиков задержан на месте преступления.
![Не в деньгах счастье](/storage/book-covers/3c/3c4798a7e02b566c4fbcbbe3f88d18fb51261dab.jpg)
У частного детектива Н.Ф. Трубникова умер друг – Василий Ларионов. После его смерти на архив нотариальной конторы Ларионова началась настоящая охота. А вскоре вдова Ларионова вызвана на допрос по подозрению в убийстве предпринимателя. Трубников приходит на помощь Ларисе Ларионовой.
![Гойя](/storage/book-covers/c2/c2d3f3b67ab61f5ea92d27e69b7d6a7b01508984.jpg)
Франсиско Гойя-и-Лусьентес (1746–1828) — художник, чье имя неотделимо от бурной эпохи революционных потрясений, от надежд и разочарований его современников. Его биография, написанная известным искусствоведом Александром Якимовичем, включает в себя анекдоты, интермедии, научные гипотезы, субъективные догадки и другие попытки приблизиться к волнующим, пугающим и удивительным смыслам картин великого мастера живописи и графики. Читатель встретит здесь близких друзей Гойи, его единомышленников, антагонистов, почитателей и соперников.
![Петербургский текст Гоголя](/storage/book-covers/25/256831386c8da24032ee02d096faa27a20a9e347.jpg)
Монография известного российского литературоведа посвящена петербургскому периоду в творчестве великого писателя, когда тот создавал циклы «Вечера на хуторе близ Диканьки», «Арабески», «Миргород», комедию «Ревизор»… Автор видит истоки «петербургского текста» во взглядах молодого провинциала через увеличительное стекло столицы на историю родной Малороссии – древнейшей, «материнской» части русской земли, чье прошлое легло в основание славянской Империи. Вот почему картины и проблемы прошедшего Гоголь в своих произведениях соединил с изображением и насущными проблемами столичного «сегодня», сочетавшего старое и новое, европейское и азиатское, «высокие» науки, искусство и культуру с «низовыми» народными взглядами и лубком, вертепом, просторечием; красоту, роскошь дворцов и убожество окраин, величие государства – с мирками «маленьких людей»… Эти явные антитезы требовали осмысления и объяснения от литературы того времени.
![Евграф Федоров](/storage/book-covers/d6/d616b3cd7d22a4e861adfbbf27c66a1389fa7561.jpg)
Имя гениального русского ученого-кристаллографа, геометра, минералога, петрографа Евграфа Степановича Федорова (1853–1919) пользуется всемирным признанием. Академик В. И. Вернадский ставил Е. С. Федорова в один ряд с Д. И. Менделеевым и И. П. Павловым. Перед вами биография этого замечательного ученого.
![Князь Шаховской: Путь русского либерала](/storage/book-covers/58/58ac33a67197d98e0c0cbbc8a021ff8ec2ea8a46.jpg)
Имя князя Дмитрия Ивановича Шаховского (1861–1939) было широко известно в общественных кругах России рубежа XIX–XX веков. Потомок Рюриковичей, сын боевого гвардейского генерала, внук декабриста, он являлся видным деятелем земского самоуправления, одним из создателей и лидером кадетской партии, депутатом и секретарем Первой Государственной думы, министром Временного правительства, а в годы гражданской войны — активным участником борьбы с большевиками. Д. И. Шаховской — духовный вдохновитель Братства «Приютино», в которое входили замечательные представители русской либеральной интеллигенции — В. И. Вернадский, Ф.
![Постышев](/storage/book-covers/56/5669232f728a792dc896446198e16d1da9f81179.jpg)
Из яркой плеяды рабочих-революционеров, руководителей ивановского большевистского подполья, вышло немало выдающихся деятелей Коммунистической партии и Советского государства. Среди них выделяется талантливый организатор масс, партийный пропагандист и публицист Павел Петрович Постышев. Жизненному пути и партийной деятельности его посвящена эта книга. Материал для нее щедро представила сама жизнь. Я наблюдал деятельность П. П. Постышева в Харькове и Киеве, имел возможность беседовать с ним. Личные наблюдения, мои записи прошлых лет, воспоминания современников, а также документы архивов Харькова, Киева, Иванова, Хабаровска, Иркутска воссоздавали облик человека неиссякаемой энергии, стойкого ленинца, призвание которого нести радость людям. Для передачи событий и настроений периода первых двух пятилеток я избрал форму дневника современника.