Г. К. Жуков на Халхин-Голе - [2]
Следующим этапом захватнической политики японского милитаризма явилась русско-японская война 1904-1905 гг., в результате поражения в которой русский царизм потерял южную часть острова Сахалин, Японии удалось закрепиться на материке: она получила Квантунскую область, арендованную ранее Россией у Китая, а также Корейский полуостров, отошедший к Японии по корейско-японскому "договору" об аннексии в августе 1910 года.
Этот успех придал свежие силы японскому милитаризму, явился новым толчком дальнейшего усиления его агрессивного курса в отношении соседних стран Дальнего Востока и, прежде всего, Китая, России и Монголии.
Однако на пути дальнейшей экспансии Японии на материк был Китай, где господствовала Дайцинская династия, против которой развернулось национально-освободительное движение в Китае и Монголии. Мощная революционная волна в Китае, поднявшаяся под непосредственным влиянием первой русской революции 1905 года, смела в 1911 году более чем двухвековое маньчжурское иго, ознаменовала рождение Китайской республики, а также появление автономной Внешней Монголии.
Победа Великой Октябрьской социалистической революции в России открыла путь к экономическому и культурному развитию Монголии. Правительство РСФСР в феврале 1918 года сообщило правительству Богдо-Гэгэна{5} о том, что Советская Россия порвала с политикой царизма, отказавшись от грабительских кабальных договоров, навязанных им Монголии, аннулировало долги по царским займам и признало неотъемлемое право монгольского народа на независимость. "Монголия, - говорилось в обращении, - есть свободная страна... Вся власть в стране должна принадлежать монгольскому народу. Ни один иностранец не вправе вмешиваться во внутренние дела Монголии..."{6}
Однако реакционные правящие круги во главе с Богдо-Гэгэном не только не ответили на обращение Советского правительства, но и сделали все, чтобы скрыть его от народа. Более того, страх перед освободительными идеями Октября побудил феодально-теократическое правительство Автономной Внешней Монголии стать на путь открытого сговора с японскими империалистами и их агентурой в лице китайских милитаристов из клики "аньфу"{7}.
Маскируясь в тогу друзей монгольского народа, японский империализм в 1918 году под предлогом защиты от угрозы большевизма вытащил на свет идею создания "Великой Монголии", которая бы объединила Внешнюю Монголию, Бурятию, Внутреннюю Монголию, Кукунор и другие районы, населенные монгольскими народностями. Во главе "движения панмонголистрв" японская военщина планировала поставить своего платного агента - белогвардейского атамана Семенова. Но "панмонгольская" авантюра японских империалистов вскоре потерпела провал, как и сорвалась попытка аньфуистского агента китайского генерала Сюй Шучжэна утвердиться в Монголии.
После падения прояпонского правительства аньфуистов в Пекине власть в Китае захватила клика реакционных милитаристов "чжили"{8}. Среди китайских оккупационных войск в Монголии началось разложение. Однако открытая интервенция японских войск была невозможной из-за противоречий в этом районе американского и японского империализма.
В подобной обстановке милитаризм сделал ставку на белогвардейского барона Унгерна. Его войска из Монголии пытались развернуть наступление против РСФСР. Но монгольский народ под руководством Народной партии (ныне МНРП. - Г. П.), при помощи великого северного соседа - Советской России, разгромил банды Унгерна и освободил страну от иноземных захватчиков. Планам японской военщины не суждено было сбыться и на этот раз.
Однако поражение политики японского милитаризма в Монголии и на Советском Дальнем Востоке в начале 20-х годов не отучило японских политиканов от захватнических действий.
Суть агрессивных планов японского империализма была раскрыта в ходе работы конференции губернаторов провинций, руководителей ведущих концернов и японского генералитета, которая состоялась в конце июня 1927 г. Конференция выработала основные взгляды развития политики в ближайшей перспективе. "Чтобы завоевать Китай, - говорилось в ее решении, - мы должны сначала завоевать Маньчжурию и Монголию... Но захват в свои руки контроля над Маньчжурией и Монголией является первым шагом, если раса Ямато желает отличиться в континентальной Азии"{9}.
Направляя свою агрессию против Маньчжурии, японские империалисты считали, что успешный исход этой акции позволит разрешить многие проблемы экономики и политики, стоявшие перед Японией к началу 30-х годов. При этом прежде всего они считали необходимым создать обширный плацдарм для войны против Советского Союза; выйти к границам МНР, что, по их мнению, приближало овладение этой страной; создать в Маньчжурии сырьевую базу и базу развития японской промышленности на материке; и, наконец, обеспечить богатую тыловую базу на случай войны с Америкой.
Разработанный план молниеносного овладения Маньчжурией предусматривал: завершить операцию по захвату этой части Китая силами Квантунской армии; облечь военные операции в форму карательной экспедиции и с этой целью исключил из лексикона само слово "война"; держать наготове большой военный флот на случай выступления против Японии других стран (например, США); и, наконец, привлечь на свою сторону отдельных китайских генералов и добиться через своих агентов в нанкинском правительстве Чан Кайши его невмешательства в Маньчжурский конфликт.
![Империя и одиссея. Бриннеры в Дальневосточной России и за ее пределами](/storage/book-covers/7b/7bcc0e3b3ffd70e22188d44e7839bd94f6b4fe22.jpg)
Для нескольких поколений россиян существовал лишь один Бриннер – Юл, звезда Голливуда, Король Сиама, Дмитрий Карамазов, Тарас Бульба и вожак Великолепной Семерки. Многие дальневосточники знают еще одного Бринера – Жюля, промышленника, застройщика, одного из отцов Владивостока и основателя Дальнегорска. Эта книга впервые знакомит нас с более чем полуторавековой одиссеей четырех поколений Бриннеров – Жюля, Бориса, Юла и Рока, – и с историей империй, которые каждый из них так или иначе пытался выстроить.
![Из Ташкента в Израиль на МАЗе](/storage/book-covers/4f/4f96c1d39c830280b1fc530326c5ccc2b9c87ec1.jpg)
Рассказ репатрианта о переезде из Советского Союза в Израиль своим ходом на грузовике МАЗ и о жизни и работе в Израиле.
![Мои годы в Царьграде. 1919−1920−1921: Дневник художника](/storage/book-covers/ac/acd354d722cc9d778141112617c82696b9106593.jpg)
Впервые на русском публикуется дневник художника-авангардиста Алексея Грищенко (1883–1977), посвящённый жизни Константинополя, его архитектуре и византийскому прошлому, встречам с русскими эмигрантами и турецкими художниками. Книга содержит подробные комментарии и более 100 иллюстраций.
![П. А. Столыпин](/storage/book-covers/27/27359dc390976395095501bf61210e2fac339bbe.jpg)
Петр Аркадьевич Столыпин – одна из наиболее ярких и трагических фигур российской политической истории. Предлагаемая читателю книга, состоящая из воспоминаний как восторженных почитателей и сподвижников Столыпина – А. И. Гучкова, С. Е. Крыжановского, А. П. Извольского и других, так и его непримиримых оппонентов – С. Ю. Витте, П. Н. Милюкова, – дает представление не только о самом премьер-министре и реформаторе, но и о роковой для России эпохе русской Смуты 1905–1907 гг., когда империя оказалась на краю гибели и Столыпин был призван ее спасти. История взаимоотношений Столыпина с первым российским парламентом (Государственной думой) и обществом – это драма решительного реформатора, получившего власть в ситуации тяжелого кризиса.
![Джованна I. Пути провидения](/storage/book-covers/26/2613f8300d6cb0a759766122fb531049bf23abe2.jpg)
Повествование описывает жизнь Джованны I, которая в течение полувека поддерживала благосостояние и стабильность королевства Неаполя. Сие повествование является продуктом скрупулезного исследования документов, заметок, писем 13-15 веков, гарантирующих подлинность исторических событий и описываемых в них мельчайших подробностей, дабы имя мудрой королевы Неаполя вошло в историю так, как оно того и заслуживает. Книга является историко-приключенческим романом, но кроме описания захватывающих событий, присущих этому жанру, можно найти элементы философии, детектива, мистики, приправленные тонким юмором автора, оживляющим историческую аккуратность и расширяющим круг потенциальных читателей. В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
![Полвека с Вьетнамом. Записки дипломата (1961–2011)](/storage/book-covers/d7/d7ef4e2a298cf56ab8d8d858dd6553fdb695dffd.jpg)
В основу книги положены личные впечатления автора о командировках во Вьетнам в период 1961–2011 гг. Вошедшие в сборник очерки основаны на малоизвестном широкому читателю фактическом материале, это своеобразный дневник, живое свидетельство непосредственного участника и очевидца многих важных событий в истории отношений наших двух стран. «Эта книга, – пишет автор, – скромная дань любви и уважения героическому, трудолюбивому и талантливому народу Вьетнама, с которым судьба связала меня на протяжении более полувека».В формате PDF A4 сохранен издательский макет.