Футбольная горячка - [8]
Лагерь.
«Арсенал» против «Эвертона»
07.08.69
Во время игры, открывавшей мой первый полный сезон, я оказался в скаутском лагере в Уэльсе. Мне не хотелось туда ехать – я и раньше-то не особенно любил коллективные топы-прихлопы и всякие скаутские выкрики, а тут перед самым отъездом узнал, что мои родители окончательно развелись. Впрочем, это меня не слишком задело, по крайней мере если судить трезво: они уже некоторое время как расстались, и официальный процесс только узаконил их положение.
Но с самой первой минуты в лагере я стал отчаянно скучать по дому. Я не представлял, как переживу хотя бы десять дней, и каждое утро начинал со звонка матери за счет вызываемого абонента, а когда она отвечала, пугал ее, жалобно всхлипывая в трубку. И сам понимал, какая я размазня. Ко мне приставили старшего скаута, чтобы он выяснил, что со мной происходит, и я без всяких стеснений рассказал ему о разводе родителей – единственное удобоваримое объяснение моего сопливого желания увидеть мать и сестру. Уловка сработала, и весь остаток каникул скауты-однокашники проявляли по отношению ко мне понимание и жалость.
Первую неделю я дулся и ревел, но легче не становилось. А в субботу со своей базы в Мидлендсе меня приехал навестить отец. Суббота была самым тяжелым из всех дней. Меня загнали на какое-то местное поле смотреть первый матч тамошнего турнира, и от этого мое ощущение оторванности от привычной жизни только усилилось.
Я уже несколько месяцев скучал по футболу. Лето 1969 года стало первым в моей жизни, когда мне по-настоящему чего-то не хватало. Мы с отцом столкнулись с доарсенальскими проблемами. Меня больше не интересовали спортивные страницы (в те дни, еще до Газзы, еще до циничных и бессмысленных предсезонных баталий, которые претендуют на метадонную замену настоящим турнирам, еще до нелепого безумия современного рынка перекупок, газеты неделями выходили без единого упоминания о футболе), и к тому же нам не разрешали гонять мяч на теннисном корте. Обычно я с нетерпением ждал лета, но эти каникулы сломали все привычное и скорее закабалили, чем даровали свободу – словно июль и ноябрь поменялись местами.
Отец приехал в лагерь после обеда. Мы прогулялись к скале на краю поля и сели на каменный уступ. Отец говорил о том, что развод ничего не изменил в нашей жизни и что в следующем сезоне мы будем ходить на «Хайбери» гораздо чаще. Я понимал, что в отношении развода он прав (хотя, если ничего не изменилось, его двухсотмильная в оба конца поездка становилась бессмысленной), но обещания насчет футбола почему-то казались мне пустыми. Будь все так, как он говорил, сидели бы мы сейчас не на скале в Уэльсе, а на стадионе, где играли «Арсенал» с «Эвертоном». Исполнившись жалостью к себе, я клял все подряд: ужасную еду, кошмарные прогулки, тесные, неудобные палатки – эти отвратительные, полные мух норы, в которые нас все время запихивали, и яростнее всего – два пустых места на западной трибуне. Я был ребенком расставшихся родителей, продуктом краха домашнего очага; хотя на самом деле я оказался в скаутском лагере в самом центре Уэльса всего лишь потому, что вступил в скауты. Не в первый раз в моей жизни и, конечно уж, не в последний лицемерная мрачность вытеснила всякое подобие логики.
Незадолго до пяти мы вернулись в мою палатку, чтобы узнать счет. Мы оба понимали, что успех отцовской миссии больше зависел не от его способности подбодрить или в чем-то убедить меня, а от того, как обстояли дела в Лондоне. И мне показалось, что в этот раз он усерднее обычного молился, чтобы наши победили. Предыдущие двадцать минут я его почти не слушал. Отец опустился на чей-то спальный мешок – нелепая фигура в безупречной экипировке младшего чина шестидесятых, – и мы принялись настраивать приемник на Радио-2. Когда начались спортивные новости, мои глаза опять увлажнились (в другом, лучшем мире мы бы сидели сейчас на теплом кожаном сиденье рабочей машины отца, пробиваясь сквозь плотный уличный поток, и непрерывно гудели); когда игра закончилась, Джеймс Александр Гордон объявил результат: наши продули со счетом 0:1. Отец устало привалился к брезенту – он понял, что напрасно потерял время, а я на следующий день отправился домой.
Наскучивший, наскучивший «Арсенал».
«Арсенал» против «Ньюкасла»
27.12.69
– Совершенно достали эти игры по нолям с «Ньюкаслом», – жаловался впоследствии отец. – Не субботы, а сущая скука!
На самом деле было всего две ужасные ничьи, но обе в мой первый сезон на «Хайбери», поэтому я понимал, что он имел в виду, и, более того, чувствовал за них свою ответственность.
Ответственность и вину за то, во что втравил отца. Он не развил в себе истинной любви к клубу и, я думаю, с тем же успехом повел бы меня на игру любой команды первого дивизиона. Я, пожалуй, был в этом уверен, отчего испытывал неловкость. «Арсенал» пыхтел из последних сил, стараясь забить хоть один гол или свести матч вничью, а я сжимался и беспокойно ждал, когда отец начнет выражать свое недовольство. После суиндонской игры я обнаружил, что верность – по крайней мере в футбольном смысле слова, – в отличие от отваги или доброты, не имеет никакого отношения к моральному выбору. Это нечто вроде бородавки или горба – изначальная данность. Даже браки не настолько нетерпимы: попробуйте-ка застукать болельщика «Арсенала», который решился на ходку к «Тоттенхэму» ради порции внесемейных развлечений. И если «развод» здесь все-таки возможен (просто перестать ходить на матчи, когда дела становятся из рук вон плохи), новый альянс совершенно исключен. За последние двадцать три года я много раз пытался пересмотреть свой «брачный договор» и понимал, что выхода нет. Каждое унизительное поражение («Суиндон», «Транмер», «Уолсхол», «Йорк», «Ротерхэм», «Рексхэм») приходилось принимать с терпением, стойкостью и выдержкой – просто не оставалось ничего другого. И когда я это понял, на меня накатила настоящая тоска.
![Слэм](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Сэм, обыкновенный лондонский пятнадцатилетний парень, занимающийся скейтбордингом, никак не рассчитывал получить от жизни ошеломляющий сюрприз — его подружка беременна. История повторяется, поскольку мама родила Сэма в шестнадцать. Только с воображаемым другом с постера — знаменитым скейтбордистом Тони Хоуком — Сэм может поделиться своими проблемами и получить нетривиальный ответ...
![Совсем как ты](/storage/book-covers/84/84638ff5822fba0a3a1bed4346f20997b195fd02.jpg)
Впервые на русском – новейший роман от прославленного автора таких бестселлеров, как «Hi-Fi», «Мой мальчик», «Футбольная горячка», «Долгое падение», «Смешная девчонка» и других, разошедшихся по миру тиражом свыше пяти миллионов экземпляров и успешно экранизированных. Ник Хорнби вновь подтвердил свою славу «признанного исследователя пограничных областей между высокой, но ханжеской, и низовой, но искренней культурами» (Лев Данилкин, «Афиша»). Рядовым субботним утром в мясной лавке в Северном Лондоне встречаются Люси и Джозеф – по разные стороны прилавка.
![Мой мальчик](/storage/book-covers/a4/a498d5c32440db44a5a3c9d812b997eb62d2710e.jpg)
Ник Хорнби (р. 1958) — один из самых читаемых и обласканных критикой современных британских авторов. Сам Хорнби определяет свое творчество, как попытку заполнить пустоту, зияющую между популярным чтивом и литературой для высоколобых".Главный герой романа — обаятельный сибаритствующий холостяк, не привыкший переживать по пустякам. Шикарная квартира, модная машина… и никаких обязательств и проблем. Но неожиданная встреча с мальчиком Маркусом и настоящая любовь в корне меняют жизнь, казалось бы, неисправимого эгоиста.
![Hi-Fi](/storage/book-covers/ef/ef6d76fd77a5a744ac8da6bdd65fde4cd7e1e8fa.jpg)
Ник Хорнби – один из самых читаемых и обласканных критикой современных британских авторов – определяет свое творчество как «попытку заполнить пустоту, зияющую между популярным чтивом и литературой для высоколобых».«Hi-Fi» – смешная и печальная, остроумная и порой глубокомысленная, трогательная и местами циничная история любви симпатичного тридцатипятилетнего увальня. Музыка и любовь наполняют его жизнь смыслом, но и ставят перед ним множество проблем, которые он пытается разрешить на страницах романа, названного критиками «...великолепным и виртуозным синглом».
![Вера](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Голая Джульетта](/storage/book-covers/6c/6c9921903084452fd47aeeff69201fecdc53b87c.jpg)
Один из лучших романов культового британца — об одиночестве, кризисе среднего возраста и о том, как людям все-таки удается встретиться и полюбить друг друга.
![Откровенье лица](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
«Люди что пытаются казаться лучше, чем есть на самом деле, неизменно врут самим себе. Ошибки в оценке окружающих, от неспособности понять мотивы собственных поступков, осознания той цены, готовности перейти грань в любой момент для достижения необходимой цели. Можно знать, невозможно быть уверенным. Знание, от понимания сотни вариантов развития сюжета. Уверенность, от предположенья, но неприятия этих возможностей. Усталость, не воспринимает происходящее, стремясь покинуть (уйти).».
![Ипостась](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Все может свершится неожиданно, не мне об этом говорить, но то как мы отреагируем или что совершим, примем, зависит только от нас не глядя и не воспринимая чье либо влиянье, мненье, попытки убеждений, как говорится «Все мое останется со мной» и это не материальная ценность. Все однажды свершится, все.
![Без мужика](/storage/book-covers/30/3059826850520ca87073747d301872590f977db6.jpg)
Евгения Кононенко — одна из самых известных писательниц современной Украины, представительница так называемой «новой» литературы, заявившей о себе с началом независимости страны. Автор поэтического сборника «Вальс першого снiгу» (1995) — лауреат литературного конкурса «Гранослов», сборника прозы «Колосальний сюжет» (1998), книжки для детей «Iнфантазiї», романов: «Iмiтацiя» (2001) — лауреат премии журнала «Сучаснiсть»; «Зрада» (Кальварiя, 2002); «Ностальгiя», сборника рассказов «Повiї теж виходять замiж».
![Вечер в Муристане](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Дрессированные сучки](/storage/book-covers/31/31037ad12f453c4dbc57cb06434cf69355451ee6.jpg)
Виржини Депант (род. 1974) — одна из самых модных современных французских писательниц, автор романов "Трахни меня" (Baise-moi, 1993), "Миленькие вещички" (Les Jolies choses, 1998, премия Флора) и "Дрессированные сучки" (Les Chiennes savantes, 1999).Главная героиня романа "Дрессированные сучки" Луиза живет в Лионе и танцует в пип-шоу. Да, грязно, да, опасно, да, наркота и выпивка, но ведь все так живут… И жизнь идет, как идет, пока на кафельном полу кухни не находят зверски убитыми двух стриптизерш-парижанок, которые черт его знает зачем приехали в Лион.
![Евангелие от Антона](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Попав сюда, в эти обстоятельства, я чуть ли не впервые в жизни получил возможность мыслить свободно, говорить то, что думаю. В эти несколько дней немало размышлял о том, что же это со мной случилось, почему? Наказание? Испытание? Или это мне дана возможность осмысления чего-то, чего мы в суете и толкотне нашей жизни в том времени, в нашем будущем сделать никак не можем. То времени не хватает, то лень, то навязанные нам шоры и стереотипы мешают. А главное — мы там в этом и потребности-то как бы не ощущаем.