Филипотен - [2]

Шрифт
Интервал

Вынужденный подчиниться доводам, которые он и сам повторял каждый день, Филипотен отправился домой и стал ждать с достоинством благонамеренного подданного.

Заняв новое положение и не зная куда девать время, Филипотен сделал рвение своей профессией. Он не пропускал ни одного официального бала, ни одной караульной службы. Кроме того, он поносил республику, произносил речи против «сына великого человека»[3], разил сарказмами сторонников герцога Ангулемского[4] и кричал: «Да здравствует золотая середина!» Так он заранее стал беззаветным защитником системы, которой сам не понимал, но считал своей в силу связанных с нею надежд.

Филипотен начал тратить вторую четверть своего капитала и подписался на «Конститюсьонель» на весь год.

II

ДОМАШНИЙ ОЧАГ ФИЛИПОТЕНА

Все в доме Филипотена овеяно одушевляющими его чувствами. По стенам столовой тянется длинная вереница портретов. Можно подумать, это портреты предков, но ничуть не бывало, — это портреты монарха и его многочисленной августейшей семьи.

Гостиную украшают две большие картины: знаменитые битвы при Жеммапе и Вальми. Их окружают другие полотна, поменьше, на коих воспроизведены различные сцены, посвященные политической и научной деятельности, а также путешествиям его высочества герцога Орлеанского. Филипотен берет вас за руку и объясняет вам одну картину за другой; если в пылу повествования ему изменяет память, — достаточно перевернуть картину; содержание ее написано на изнанке во всю длину полотна.

Обстановка в доме Филипотена также отмечена хорошим вкусом, свойственным всем его склонностям. Обои в гостиной составлены из узеньких красных, белых и синих полосок, что придает этой комнате сходство с полотняным навесом над террасой кафе. Мебель ему тоже удалось обить трехцветной материей; можно подумать, что на диванные подушки и кресла Филипотена пошла обивка со всех его матрасов.

Вначале одним из самых больших волнений в жизни Филипотена был выбор костюма — такого костюма, который весь целиком и в каждой своей части служил бы ему защитой от всяческих подозрений и заблуждений на его счет, а главное, оберегал бы от неприятности быть убитым в качестве врага трона и прилавка. Когда в моде на фасоны шляп и панталон случались кризисы, он каждые три часа посылал в верное место узнавать, какая именно одежда является признаком благонамеренности. Таким образом он сохранил себе жизнь, а также уважение своего бывшего клиента.

Теперь принципы Филипотена стали более устойчивыми, ибо он начал понимать самое основное. Так, например, из туалетов его жены были навсегда изгнаны белый и зеленый цвета, что придавало платьям этой дамы несколько странный и непривычный вид. Цифра V произносилась в доме Филипотена крайне редко[5] и всегда шепотом. Наконец, кухарке было запрещено подавать к столу груши[6] под страхом наказания по всей строгости закона.

Оставалось облачить в патриотические цвета Пулотена.

Пулотен — это сын Филипотена, шестилетний крепыш, который не столько употребляет, сколько теряет носовые платки, но все же подает большие надежды, если принять во внимание, что когда маршал Лобо позволяет ему сопровождать отца на смотр, он кричит: «Да здравствует король-гражданин!» — до тех пор, пока он сам и все его маленькие товарищи не осипнут окончательно.

Одеть его национальным гвардейцем — идея заурядная, по одному этому она должна была прийти на ум Филипотену. Но идея разрослась, расширилась и привела к весьма примечательному проекту, осуществить который и поторопился Филипотен. Он решил соединить все роды оружия доблестной национальной гвардии в лице Пулотена, прямого и единственного наследника всех его настоящих и будущих надежд. И вот он заказал ему семь мундиров. В понедельник Пулотен был гренадером; во вторник — артиллеристом; в среду — стрелком; в четверг — охотником; в пятницу — гвардейцем предместья; в субботу — пожарным, а в воскресенье, весь сверкая галунами, он изображал спешившегося конного гвардейца.

В первые дни этой национальной роскоши Пулотен по праву мог считаться самым нарядным солдатом-гражданином in partibus[7] в своем квартале. Но с каждым днем появлялись все новые пятна или дыры на панталонах, куртке или мундире какой-нибудь военной одежды, а так как ее никогда не удавалось вовремя привести в порядок, то в конце концов это привело к полному смешению родов оружия. И теперь Пулотен объединяет в своем лице все эмблемы почтенной национальной гвардии вперемежку, перестав уже распределять их по дням недели. Он был бы сурово наказан за такую сборную форму, если бы, подобно своему отцу, имел честь стоять на часах перед будкой привратника Тюильрийского дворца.

III

ЗЛОСЧАСТНЫЙ КОНЕЦ ФИЛИПОТЕНА

Это случилось не далее как вчера.

— О! Какая сладостная, восхитительная ночь! — сказал Филипотен, потягиваясь и тараща глаза. — Я видел во сне красное, видел во сне синее, видел трехцветное, я видел даже целую радугу!.. Да, это предвещает счастье всем патриотам!

Филипотен зевнул, протянул руку, чтобы взять газету «Конститюсьонель», и нащупал какое-то письмо; он взял его, вскрыл; это было письмо от бывшего клиента; прочтя его, он едва не лишился чувств от счастья. Покровитель приказывал Филипотену явиться к нему сегодня же в полдень, намереваясь представить его важной особе, которая, наконец, вручит ему назначение на долгожданный высокий пост.


Еще от автора Оноре де Бальзак
Евгения Гранде

Роман Оноре де Бальзака «Евгения Гранде» (1833) входит в цикл «Сцены провинциальной жизни». Созданный после повести «Гобсек», он дает новую вариацию на тему скряжничества: образ безжалостного корыстолюбца папаши Гранде блистательно демонстрирует губительное воздействие богатства на человеческую личность. Дочь Гранде кроткая и самоотверженная Евгения — излюбленный бальзаковский силуэт женщины, готовой «жизнь отдать за сон любви».


Гобсек

«Гобсек» — сцены из частной жизни ростовщика, портрет делателя денег из денег.


Шагреневая кожа

Можно ли выиграть, если заключаешь сделку с дьяволом? Этот вопрос никогда не оставлял равнодушными как писателей, так и читателей. Если ты молод, влюблен и честолюбив, но знаешь, что все твои мечты обречены из-за отсутствия денег, то можно ли устоять перед искушением расплатиться сроком собственной жизни за исполнение желаний?


Утраченные иллюзии

«Утраченные иллюзии» — одно из центральных и наиболее значительных произведений «Человеческой комедии». Вместе с романами «Отец Горио» и «Блеск и нищета куртизанок» роман «Утраченные иллюзии» образует своеобразную трилогию, являясь ее средним звеном.«Связи, существующие между провинцией и Парижем, его зловещая привлекательность, — писал Бальзак в предисловии к первой части романа, — показали автору молодого человека XIX столетия в новом свете: он подумал об ужасной язве нынешнего века, о журналистике, которая пожирает столько человеческих жизней, столько прекрасных мыслей и оказывает столь гибельное воздействие на скромные устои провинциальной жизни».


Париж в 1831 году

Очерки Бальзака сопутствуют всем главным его произведениям. Они создаются параллельно романам, повестям и рассказам, составившим «Человеческую комедию».В очерках Бальзак продолжает предъявлять высокие требования к человеку и обществу, критикуя людей буржуазного общества — аристократов, буржуа, министров правительства, рантье и т.д.


Тридцатилетняя женщина

... В жанровых картинках из жизни парижского общества – «Этюд о женщинах», «Тридцатилетняя женщина», «Супружеское согласие» – он создает совершенно новый тип непонятой женщины, которую супружество разочаровывает во всех ее ожиданиях и мечтах, которая, как от тайного недуга, тает от безразличия и холодности мужа. ... И так как во Франции, да и на всем белом свете, тысячи, десятки тысяч, сотни тысяч женщин чувствуют себя непонятыми и разочарованными, они обретают в Бальзаке врача, который первый дал имя их недугу.


Рекомендуем почитать
Записки из страны Нигде

Елена Хаецкая (автор) публиковала эти записки с июня 2016 по (март) 2019 на сайте журнала "ПитерBOOK". О фэнтэзи, истории, жизни...


Не отрекшаяся от Дарковера

Статья о творчестве Мэрион Зиммер Брэдли.


Фантастика, 1961 год

Обзор советской научно-фантастической литературы за 1961 год. Опубликовано: журнал «Техника — молодежи». — 1961. — № 12. — С. 14–16.


О Мережковском

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Импровизатор, или Молодость и мечты италиянского поэта. Роман датского писателя Андерсена…

Рецензия – первый и единственный отклик Белинского на творчество Г.-Х. Андерсена. Роман «Импровизатор» (1835) был первым произведением Андерсена, переведенным на русский язык. Перевод был осуществлен по инициативе Я. К. Грота его сестрой Р. К. Грот и первоначально публиковался в журнале «Современник» за 1844 г. Как видно из рецензии, Андерсен-сказочник Белинскому еще не был известен; расцвет этого жанра в творчестве писателя падает на конец 1830 – начало 1840-х гг. Что касается романа «Импровизатор», то он не выходил за рамки традиционно-романтического произведения с довольно бесцветным героем в центре, с характерными натяжками в ведении сюжета.


Журнальная заметка

Настоящая заметка была ответом на рецензию Ф. Булгарина «Петр Басманов. Трагедия в пяти действиях. Соч. барона Розена…» («Северная пчела», 1835, № 251, 252, подпись: Кси). Булгарин обвинил молодых авторов «Телескопа» и «Молвы», прежде всего Белинского, в отсутствии патриотизма, в ренегатстве. На защиту Белинского выступил позднее Надеждин в статье «Европеизм и народность, в отношении к русской словесности».


Министр

Очерки Бальзака сопутствуют всем главным его произведениям. Они создаются параллельно романам, повестям и рассказам, составившим «Человеческую комедию».В очерках Бальзак продолжает предъявлять высокие требования к человеку и обществу, критикуя людей буржуазного общества — аристократов, буржуа, министров правительства, рантье и т.д.


Провинциал

Очерки Бальзака сопутствуют всем главным его произведениям. Они создаются параллельно романам, повестям и рассказам, составившим «Человеческую комедию».В очерках Бальзак продолжает предъявлять высокие требования к человеку и обществу, критикуя людей буржуазного общества — аристократов, буржуа, министров правительства, рантье и т.д.


Знакомство

Очерки Бальзака сопутствуют всем главным его произведениям. Они создаются параллельно романам, повестям и рассказам, составившим «Человеческую комедию».В очерках Бальзак продолжает предъявлять высокие требования к человеку и обществу, критикуя людей буржуазного общества — аристократов, буржуа, министров правительства, рантье и т.д.


Монография о рантье

Очерки Бальзака сопутствуют всем главным его произведениям. Они создаются параллельно романам, повестям и рассказам, составившим «Человеческую комедию».В очерках Бальзак продолжает предъявлять высокие требования к человеку и обществу, критикуя людей буржуазного общества — аристократов, буржуа, министров правительства, рантье и т.д.