Эти странные французы - [2]
Немцев французы хоть и перестали ненавидеть, но особой любви к ним не испытывают. Они твердо уверены: немцы обладают существенно более низким уровнем культуры; а вот превосходство Германии в области промышленного развития французы признают почти с удовольствием.
По отношению к немцам они отчетливо ощущают также вполне определенное политическое превосходство: ведь Германия утратила всякое "международное присутствие", лишившись после Первой мировой войны всех своих колоний. Честно говоря, и сама Франция – давно уже не самая большая колониальная держава в мире, однако французское право, французский язык и французская культура не только сохранились, но и играют значительную роль во многих государствах на всех континентах земного шара – в Канаде и на Новых Гебридах, в Индо-Китае и Французской Гвиане, в Кот д'Ивуар (ранее Берег Слоновой Кости) и Ливане.
Как бы это ни было неприятно французам, но у них с немцами много общего: педантизм в соблюдении установленных норм и правил, излишняя суховатость в общении, вера в свое историческое предназначение и взятая на вооружение концепция расовой чистоты.
Испанцев французы считают народом гордым, но чересчур шумливым, и порицают за то, что в Испании производят слишком много вина, истощая виноградники Юга (для французских вкусовых рецепторов испанское вино, возможно, грубовато, но они вынуждены признать, что "бывает и такое".
На этой оси восхищенно-презрительного отношения к различным нациям не нашлось места бельгийцам и швейцарцам. Швейцарцы – постоянный объект безжалостных шуток в рекламных роликах французского телевидения. И потом, эти швейцарцы, возможно, очень гостеприимные, так странно говорят по-французски и совершенно помешаны на чистоте!
Французы, ценя стиль во всем, просто не могут не испытывать презрения к бельгийцам, считая их глуповатыми и начисто лишенными изящества манер и тонкости восприятия. Среди французов бельгийцы всегда слыли "тупицами", и про них рассказывалось и рассказывается неимоверное количество шуток и анекдотов. Таких, например, как этот:
Два бельгийских солдата спят под деревом. Неожиданно их будит страшный грохот. "Черт побери! – говорит один. – Гроза начинается!" "Нет, – откликается другой, – это бомбардировка." "Ну и слава богу! – доволен первый. – Уж больно я грозы боюсь".
Впрочем, в наши дни шутки по адресу бельгийцев оказались слегка окрашены завистью: французы отлично понимают, что уровень жизни в Бельгии существенно выше, чем во Франции.
Особые отношения
Что касается политики, то французам нравится, когда их лидеры (вне зависимости от партийной принадлежности) заявляют во всеуслышание: " L' Europe, c' est moi !" ("Европа –это я!"). Французы не считают существование Европейского Экономического Сообщества столь уж необходимым, но раз уж пришлось его создать, то, конечно же, главенствующую роль в этом сыграли французы – инициатором создания Общего Рынка еще в 50-е годы был французский экономист Жан Монне (известный производитель коньяка и разных фантастических идей).
И теперь Франция охотно предоставляет возможность остальным членам Сообщества (прежде всего немцам) вкладывать средства в его развитие, взяв на себя роль распределителя этих средств, единственно способного придать данному европейскому "Клубу" соответствующий облик и культурный вес.
Исторически отношения французов, американцев и канадцев являли собой смесь любви и ненависти, что понятно, ибо Франция некогда владела немалой частью американского континента, а Канаду в значительной степени населяют именно выходцы из Франции. Но постепенно отношения между этими государствами становились все более сложными.
В наши дни, например, демонстрируемый во французском кинотеатре канадский фильм на французском языке обязательно должен быть снабжен субтитрами, потому что французы не в силах разобрать, что там наговорили на звуковую дорожку эти канадцы – у них просто ужасный акцент! То же самое и с американцами: издавна ими восхищаясь – точнее, их конституцией, правовой системой и тем, что они тоже (!) выставили-таки со своей территории этих англичан, – французы отнюдь не в восторге от их "американства", то есть от того, что американцы – не французы.
Зато американцы – одно поколение за другим – всегда влюблялись во Францию и французов (о, влюблять в себя французы умеют отлично!), однако без какой бы то ни было взаимности.
Какими их видят другие
Для представителей многих других народов самое сложное в восприятии французов – чрезвычайная противоречивость и переменчивость последних. А все потому, что другим не дано распознать во всех деяниях французов одно-единственное начало: желание блюсти прежде всего собственные интересы, что, как известно, является отличительной чертой всякой крестьянской идеологии.
Четкую последовательность действий французы вообще воспринимают как нечто очень скучное, а скучным быть, с их точки зрения, совершенно непозволительно.
Подобное отношение свойственно всей их жизни вообще. Французские женщины, например, вполне сочувствуют феминисткам и готовы к ним присоединиться, но… не ценой утраты женственности, которой так славятся француженки. Французскими живописцами созданы поистине восхитительные шедевры, зато французские обои – самые безобразные в мире. Французы очень много работают, но увидеть, КАК они это делают, практически невозможно. Вы можете ехать по дорогам Франции в любое время суток, в любой день недели, месяца, года – и 95 процентов ее городов и деревень покажутся вам необитаемыми или погруженными в летаргический сон.
![Эти странные австралийцы](/storage/book-covers/16/162ae0d82130be1e0cdc60523b061bc61b217022.jpg)
Если вы надеетесь встретить в Австралии человека с нормальным поведением, похороните свои надежды. Вспомните в каком окружении они живут. Само географическое положение этой страны ненормальное. Дело не в дешевом утверждении, что она подвешена вверх ногами. А в происхождении большинства населения. Практически все живут вне своей родной климатической зоны. Деревья тут ненормальные, они сбрасывают не листья, а кору. И все вечнозеленые. Даже птицы здесь ненормальные. Страус эму, который красуется на гербе, не летает. Кукабурра не поет, а хохочет.
![Эти странные израильтяне](/storage/book-covers/3e/3e5e9da035373a8e78f3c84aeca09b5af40769e9.jpg)
Какими они видят себя Как ни странно, израильтяне желают видеть себе подобных как можно реже. Когда они путешествуют за рубежом, стремление избежать встречи со своими соотечественниками становится прямо каким-то новым национальным видом спорта. У израильтянина есть способность учуять соотечественника в толпе зрителей, глазеющих на съемки фильма на улицах Лос-Анджелеса. Он его видит и немедленно преисполняется к нему неприязнью, а когда тот, другой, замечает его огненный взгляд (а он его точно заметит), неприязнь становится взаимной.
![Эти странные поляки](/storage/book-covers/fe/fe6333d2b73b1e890eeccb290a731ca07c9c626b.jpg)
Польский характер ковался в горниле геополитики. Польские границы настолько изменчивы, что ходит слух, будто учителям приплачивают за часы, потраченные на изучение вопросы, сколько же все-таки стран граничит с Польшей и сколько рек находится на ее территории. Этим же легко объясняется факт, почему за рубежами Польши поляков больше, чем в ее пределах. Многих попросту забыли и бросили, передвигая границы. Многих смыло за борт волнами мятежей и войн и выкинуло на чужие берега, где попало. Путешествуя по планете, натыкаешься на поляка буквально, на каждом шагу.
![Эти странные японцы](/storage/book-covers/81/8147f1604b757ea356e5860e5e709e5cdfe0b80a.jpg)
Японцы называют свою страну «Ниппон» или «Нихон», что в переводе дословно означает «Начало Солнца». Японские мифы говорят, что прародительницей японцев и Японии была богиня Солнца – это, собственно, и объясняет название. На Западе прижилось другое имя – Япония – от китайского чтения иероглифов «Начало Солнца». Ведь Запад впервые узнал о Японии через Китай после путешествия Марко Поло. 7000 Японских островов вкупе составляют территорию, равную двум третям Франции, чуть больше Германии и точно такую же, как американский штат Монтана.