Эксперты - [52]
Но столько любви и нежности, несмотря на бессилие, было в каждой буковке, что было понятно — единственным ее переживанием было испытываемое ей счастье:
— Я тоже счастлив! Только счастлив… и больше ничего!.. — Наконец показались в темноте силуэты животных. Алексей, осознав их размеры, встал, как вкопанный:
— Господи милостивый! Малыш, это же слоны!
— Это Брабансончики…
— Эти брррабанннсончики просто монстры какие-то. Какие мышцы! Чем их кормят-то?!
— Это порода тяжеловесов…, милые коняшки, смотри какие козырные детки…
— Девочка моя, я никогда на них не сидел, даже не знаю, что из этого выйдет…
— Они очень спокойные, у них самая спокойная, надежная и крепкая нервная система… Вот увидишь, они тебе понравятся… — Передвигаться дальше разумнее было только ночью, в темноте, лошади только способствовали скрытности. Шли где шагом, где на рысях, лишь иногда останавливаясь, что бы подкормиться самим, покормить животных и сверить по карте маршрут.
Полчаса сна в седле и неведомый по составу укольчик придали достаточно сил, чтобы преодолеть за ночь еще сорок километров. Оставалось до границы с Финляндией, с учетом пройденных пятнадцати, еще не больше ста двадцати.
— Ну что, еще двое суток, любимая? Топать придется только с вечера, торопиться некуда. Через пару верст смешанный лесок, там и тормознемся, а то в этом сосновом все за километр просматривается.
— Представляешь, я ничего не чувствую, кроме счастья, даже усталости нет!
— А я чувствую!
— Что же?
— Не делай так…
— Как?
— Не двигай так попой!
— Но так и надо, иначе…
— Иначе я сейчас тебя изнасилую!..
Брабансоны спокойно шагали бок о бок, казалось, они дремали, не замечая ни мира, ни всадников, ни времени. Их могучие спины заставляли наездников очень широко раздвигать ноги и делать движения сродни тем, что неизбежны на ложе любви. Всё вместе не могло не возбудить мужчину, ярко проявляющееся в красных лучах восходящего солнца.
— Как же ты хороша! Иди ко мне… — Он перетащил ее на своего коня, посадил лицом к себе, себе на ноги и, не сдерживаясь в порывах, сначала обнял, потом заерзал руками по ее телу.
Раздевать в седле было, наверное, особым искусством, поэтому получалось не быстро и совсем не полностью. Комбинезон начал разочаровывать, пока она не перевернулась к нему спиной, совершив нечто неповторимое.
Сзади от поясницы до верха бедер оказался большой отстегивающийся клапан, держащийся на «липучем замке». Лелик не поверил своим глазам. Конь шел спокойно, будто происходящее, даже увеличившаяся тяжесть несомого груза, не касались его. Не сбавляя ни темпа, ни амплитуды шагов, животное приближало спасение, о котором люди на спине совсем и не думали.
Почему-то не было в движениях «Солдата» нарочитой грубости и резкости. Каждая клеточка недоверчиво ощущала прикосновение желанного тела, изучала и наслаждалась родным, жадно впитываемым запахом и генетическим кодом.
Мир растений просыпался, мир животных напротив, почти полностью затихал, и только эти двое, не замечая этих изменений, преодолевали границы ночи и дня, сливаясь телами, сердцами, судьбами…
Долгое воздержание обоих выстрелило скоротечным окончанием, последовавшим через несколько минут после прелюдии бурных ласк, горячих поцелуев и вжимания друг в друга.
Теперь глаза влюбленных неотрывно всматривались в глубины душ, уста шептали слова чувственной нежности и любви. Восторг, овладев единожды, не давал ослабевать своим путам, держа беглецов в плену оргазмирующего счастья, так гармонично и естественно сливавшегося с окружающей средой…
Карта показывала, что они находятся в самом центре расположенных как мурашки на теле замерзшего человека озер и небольших болот. Суша, почти вся покрыта растительностью или россыпью камней. Солнце второй день грело, быстро согревая замерзшие за ночь безлюдные просторы.
Населенных пунктов вблизи не наблюдалось, безопасность виделась в каждой кочке и любом деревце. Солнце, счастье и любовь перемежались с соитиями везде, где настигало влюбленных желание. Казалось, что так будет всегда, пока лошадь неожиданно не провалилась в незамеченную людьми и не обозначенную на карте топь.
И мужчина, и женщина, вместе с оставшемся конем, борясь за жизнь животного, ставшего уже родным, через два с небольшим часа смогли победить природную ловушку, упав в бессилии неподалеку от трясины.
Понимая, что видны как вишенка на белой тарелке для любого летательного аппарата, переползли под сень небольшого лесочка, где, привязав к рукам брабансонов, заснули мертвым сном.
Пробудившись только к вечеру от жестких и мокрых языков благородных животных, облизывающих их лица, уже отдохнувшими поднялись и продолжили свой путь. К утру следующего дня их ждал последний рывок под водной гладью. Предстояло пройти под водой чуть больше двадцати километров, после чего встретиться с друзьями Марины. Прогулка обещала быть несложной, а присутствие обоих почти супругов рядом друг с другом уменьшало в размерах любые препятствия и трудности.
Как раз к этому времени «Бобер» должен был вывести свою группу к месту утопления машины Сосненко, что означало окончание поисков, поскольку внешне опровергнуть принадлежность трупов ей и Алексею было невозможно.
«Киллер номер один» — именно так окрестили Алексея Шерстобитова по прозвищу «Солдат». Десять лет его преступления сотрясали новостные ленты. Все знали о его убийствах, но никто не знал о его существовании. Мишенями киллера были крупные бизнесмены, политики, лидеры ОПГ: Отари Квантришвили, Иосиф Глоцер, Григорий Гусятинский, Александр Таранцев… Имел заказ Алексей Шерстобитов и на ликвидацию Бориса Березовского, но за секунды до выстрела последовала команда «отбой».Предельно откровенная, подлинная история о бандитских войнах, в которых активно участвовали спецслужбы, о судьбах главарей самых могущественных организованных преступных группировок.«Ликвидатор» — не беллетристика, не детектив, не литературное «мыло», не нудная мемуаристика.
Продолжение скандального автобиографического романа легенды преступного мира Алексея Шерстобитова по прозвищу Леша Солдат. Общественное мнение об Алексее Шерстобитове разделилось. Одни считают «киллера номер один» жестоким убийцей, другие — чистильщиком, поскольку его жертвами становились криминальные главари и олигархи, третьи убеждены, что Шерстобитов действовал по заданию спецслужб.Присяжные заседатели постановили Шерстобитову обвинительный вердикт, но при этом выразили ему снисхождение, что спасло «Солдата» от пожизненного заключения.
Новая книга Алексея Шерстобитова стала продолжением его знаменитых автобиографических романов «Ликвидатор» и «Ликвидатор 2». Легенда преступного мира 90-х Леша Солдат не зря дал третьей части своих мемуаров подзаголовок «И киллеру за державу обидно» — в центре сюжета история с продажей за рубеж российской секретной военной техники. Единственный человек, который встал на защиту чести и достояния России, подло убит наемными киллерами. Вдова убитого, пытаясь отомстить за смерть горячо любимого мужа, вступает в противоборство с мафией.
Третья книга Алексея Шерстобитова, легенды преступного мира 90-х по прозвищу Леша Солдат, это не продолжение скандального автобиографического бестселлера в двух томах «Ликвидатор». Скорее наоборот!Этот роман попытка проанализировать принятые решения и действия героев, имеющих прототипами настоящих людей, в разное время встреченных автором. В основном все ситуации началом своим обязаны когда-то случившемуся и попавшему в материалы уголовных дел, к которым Алексей Шерстобитов имел прямое отношение. В виде же продолжения – возможные развития событий, не нашедшие в прошлом своего воплощения.Книга «третья», которая могла стать «первой», сделай автор в самом начале своего криминального прошлого другой выбор.
Художественная книга автора бестселлера «Ликвидатор. Исповедь Легендарного киллера» Алексея Шерстобитова насыщена психиатрическим анализом самых громких массовых преступлений последних лет: в том числе трагедий в Редкино и Кратове. Подобного вы еще не читали.
В основе романа «Чужая жена» лежит история о женщине, попавшей в приключение: поиск клада, захват заложников, с участием спецслужб. Основной акцент книги сделан на традиции ислама, а также сопряженных с ним трудностей, связанных с разным толкованием Корана. А вот герой второго плана «охотник» своими проф. навыками напоминает автора книги — известного снайпера Орехово-Медведковской ОПГ — Лёшу Солдата. В конечном итоге он помогает в спасении нескольких жизней… Стилистика, орфография и пунктуация автора частично сохранены.
В последние годы почти все публикации, посвященные Максиму Горькому, касаются политических аспектов его биографии. Некоторые решения, принятые писателем в последние годы его жизни: поддержка сталинской культурной политики или оправдание лагерей, которые он считал местом исправления для преступников, – радикальным образом повлияли на оценку его творчества. Для того чтобы понять причины неоднозначных решений, принятых писателем в конце жизни, необходимо еще раз рассмотреть его политическую биографию – от первых революционных кружков и участия в революции 1905 года до создания Каприйской школы.
Книга «Школа штурмующих небо» — это документальный очерк о пятидесятилетнем пути Ейского военного училища. Ее страницы прежде всего посвящены младшему поколению воинов-авиаторов и всем тем, кто любит небо. В ней рассказывается о том, как военные летные кадры совершенствуют свое мастерство, готовятся с достоинством и честью защищать любимую Родину, завоевания Великого Октября.
Автор книги Герой Советского Союза, заслуженный мастер спорта СССР Евгений Николаевич Андреев рассказывает о рабочих буднях испытателей парашютов. Вместе с автором читатель «совершит» немало разнообразных прыжков с парашютом, не раз окажется в сложных ситуациях.
Из этой книги вы узнаете о главных событиях из жизни К. Э. Циолковского, о его юности и начале научной работы, о его преподавании в школе.
Со времен Макиавелли образ политика в сознании общества ассоциируется с лицемерием, жестокостью и беспринципностью в борьбе за власть и ее сохранение. Пример Вацлава Гавела доказывает, что авторитетным политиком способен быть человек иного типа – интеллектуал, проповедующий нравственное сопротивление злу и «жизнь в правде». Писатель и драматург, Гавел стал лидером бескровной революции, последним президентом Чехословакии и первым независимой Чехии. Следуя формуле своего героя «Нет жизни вне истории и истории вне жизни», Иван Беляев написал биографию Гавела, каждое событие в жизни которого вплетено в культурный и политический контекст всего XX столетия.
Автору этих воспоминаний пришлось многое пережить — ее отца, заместителя наркома пищевой промышленности, расстреляли в 1938-м, мать сослали, братья погибли на фронте… В 1978 году она встретилась с писателем Анатолием Рыбаковым. В книге рассказывается о том, как они вместе работали над его романами, как в течение 21 года издательства не решались опубликовать его «Детей Арбата», как приняли потом эту книгу во всем мире.