Джульетта - [3]

Шрифт
Интервал

Дженис любезно помахала вслед Арчи, подождав, пока за ним захлопнется дверь, затянутая москитной сеткой. Едва он оказался за пределами слышимости, ангельское личико сестры вмиг превратилось в демоническую маску.

- Нечего на меня так смотреть! - прошипела она. - Я пытаюсь выручить для нас хоть какие-то деньги. Ты же ничего не зарабатываешь!

- Но у меня нет и твоих… расходов, - кивнула я на ее последний апгрейд, мощно выпирающий под облегающим платьем. - Слушай, Дженис, а как они проталкивают туда эти штуки? Через пупок?

- Слушай, Джулия, - передразнила меня Дженис, - а каково ходить плоской как доска?

- Прошу извинить меня, леди, - сказал Умберто, вежливо вставая между нами, как делал десятки раз, - но нельзя ли перенести этот увлекательный обмен любезностями в библиотеку?

За Дженис было не угнаться. Когда мы вошли, она уже вальяжно развалилась в любимом кресле тети Роуз, пристроив джин и тоник на вышитой подушке с изображением охоты на лис, которую я собственноручно вышила крестиком в старших классах, пока моя сестрица азартно охотилась на двуногую дичь.

- Что? - взглянула она на нас с плохо скрываемой ненавистью. - Вам не кажется, что половина бабкиной выпивки по праву принадлежит мне?

Затевать свару над чьим-либо мертвым телом - классический репертуар Дженис. Отвернувшись от нее, я подошла к застекленной двери на веранду. Любимые терракотовые цветочные горшки тетки Роуз стояли, словно ряды плакальщиков; цветы безутешно опустили головки. Это показалось мне странным - обычно Умберто поддерживал в саду идеальный порядок. Видимо, это занятие в одночасье ему опостылело с уходом хозяйки и благодарного зрителя.

- Странно, что ты еще здесь, Берди [4] , - сказала Дженис, покачивая бокалом с коктейлем. - На твоем месте я бы уже катила в Вегас с нашим столовым серебром.

Умберто не ответил (он перестал общаться с Дженис напрямую много лет назад) и обратился ко мне:

- Похороны завтра.

- Ушам не верю, - вновь подала голос Дженис, перебросив ногу через подлокотник. - Ты все распланировал, не спросив у нас?

- Это ее пожелание.

- Что еще интересного скажешь? - Высвободившись из мягких объятий кресла, Дженис поправила платье. - Мы хоть получим свою долю? Надеюсь, тетка не воспылала любовью к Обществу защиты домашних животных?

- Нельзя ли поуважительнее? - резко сказала я.

На секунду-другую Дженис вроде бы присмирела, но тут же передернула плечами, как делала всегда, и снова взялась за бутылку с джином.

Я не стала обращать внимание на ее притворную неловкость - сестрица подняла идеально выщипанные брови в знак того, что вовсе не хотела наливать себе так много. Как солнце за горизонт, Дженис скоро опустится в шезлонг и предоставит другим решение острых проблем. Лишь бы не заканчивалась выпивка…

Сколько себя помню, сестрица отличалась ненасытностью. Когда мы были детьми, тетка Роуз восхищенно смеялась и восклицала: «Вот уж эта девчонка точно прогрызла бы стенку пряничного домика!» - словно прожорливость Дженис была чем-то достойным похвалы. Впрочем, тетка Роуз была наверху пищевой цепочки, и в отличие от меня бояться ей было нечего. Всю жизнь Дженис находила мои сладкие заначки, где бы я их ни прятала, и пасхальные утра у нас вечно проходили в склоках, гадких животных сценах и резкостях. Дело всякий раз заканчивалось тем, что Умберто сурово отчитывал Дженис за кражу моих пасхальных яиц, а Дженис с коричневыми от шоколада зубами шипела из-под кровати, что он ей не отец и не имеет права читать ей нотации.

Самое обидное, что на внешности Дженис проделки никак не отражались. Кожа Дженис была атласно-гладкой, как глазурь на свадебном торте, а черты лица - тонкими, как марципановые фрукты и цветы, сотворенные искусным кондитером. Ни джин, ни кофе, ни стыд, ни раскаяние не вызывали трещин на этом фасаде. Каждое утро она просыпалась, будто умывшись водой из колодца вечности, - ни на день старше, ни на унцию тяжелее и со всегдашней вороньей жадностью к жизни.

К сожалению, мы не однояйцевые близнецы. Однажды на школьном дворе кто-то назвал меня Бэмби на ходулях, и хотя Умберто рассмеялся и сказал, что это комплимент, у меня было другое мнение. Даже миновав переходный возраст, рядом с Дженис я все равно выглядела вялой и анемичной. Куда бы мы ни пошли, чем бы ни занимались, она казалась яркой и энергичной, я - бледной и замкнутой. Дженис всегда мгновенно попадала в центр всеобщего внимания, а я, хоть и стояла рядом, автоматически зачислялась в зрительскую аудиторию.

Постепенно я свыклась со своей ролью. У меня никогда не было возможности договаривать предложения - Дженис обязательно перебивала и заканчивала за меня. А в тех редких случаях, когда меня спрашивали, о чем я мечтаю и кем собираюсь стать - обычно за чашкой чая у какой-нибудь соседки тетки Роуз, - Дженис силком уводила меня к пианино, на котором пыталась что-то сыграть, требуя переворачивать страницы нот. Даже сейчас, в двадцать пять лет, я всякий раз сгораю от неловкости и с трудом выговариваю слова при общении с малознакомыми людьми, привычно ожидая, что меня перебьют прежде, чем я подберу сказуемое к своему подлежащему.


Еще от автора Энн Фортье
Царица амазонок

Диана Морган, эксперт по греческой мифологии, читает лекции в Оксфорде. Ее увлечение мифами началось еще в детстве. И вот теперь таинственный, но очень богатый фонд предлагает ей отправиться в путешествие для расшифровки обнаруженных в древнем храме надписей, якобы принадлежащих амазонкам, и Диана не может отказаться. Но это лишь начало пути… Мирина – первая царица амазонок – пересечет Средиземное море в отчаянной попытке освободить сестер, попавших в плен к грекам. Но это лишь начало ее путешествия… Англия и Северная Африка, Греция и древняя Троя, Крит, Германия и Финляндия.


Рекомендуем почитать
"Рим, конечно Рим"' или "Итальянское танго"

Во всех своих произведениях Людмила Бояджиева ставит перед собой задачу соединить традиционные для русской литературы нравственную ориентацию и качественную форму с требованиями коммерческого успеха — динамикой развития сюжета, усилением элементов детективного, авантюрного характера, психологической напряженностью действия, созданием живописной атмосферы. Книги Бояждиевой утоляет жажду сильных эмоций, ярких красок, захватывающих событий. Это приятный допинг для обыкновенного человека, не нашедшего в повседневной реальности «островов сокровищ», манивших с детства.


Крупная ставка

Захватывающе, романтично, страстно и эмоционально!Ребекке необходима работа, даже если это означает, что ей придется немого соврать, безобидная святая ложь. Она не собирается наступать на те же грабли — существует незыблемое правило: встречаться с боссом — это плохая идея, очень и очень плохая. Это означает, что ты облажался по полной, и совершенно не в лучшем смысле этого слова. Все просто, не правда ли?Дин Брент — миллиардер, владелец знаменитого казино в Лас-Вегасе. Сильный, привлекательный и сексуальный, живет исключительно по своим правилам.


Любовь в перемотке

Жизнь Эмили - предел мечтаний каждой женщины.В двадцать девять лет у нее есть двое прекрасных детей, няня, домработница, повар и все возможные составляющие роскошной жизни в шикарном особняке в Верхнем Ист-Сайде, который она делит со своим сногсшибательным и обворожительным мужем, Льюисом Бруэлом. Его компания, «Бруэл Индастриз», владеет большей частью самой респектабельной недвижимости города Нью-Йорк, и вместе, Льюис и Эмили олицетворяют совершенство: горячая сказочная пара на протяжении уже десяти лет брака.Но когда, по неизвестным причинам, Льюис начинает отталкивать Эмили от себя, создавая дистанцию и храня все больше секретов, она вынуждена искать правду среди лжи, скандалов и несчастий его прошлого, которые грозят разбить ее мир на мелкие кусочки.


Абсолютные новички

Профессор Стивен Вортингтон ведет размеренную жизнь: читает лекции в университете по вторникам и пятницам, обедает с родителями по выходным, ходит в спортзал со своим забавным сводным братом Мэттом несколько раз в неделю. И каждый вечер возвращается домой не позже полуночи в одиночестве.Но есть одна загвоздка в его идеально организованной жизни: мисс Джулия Уайльд. Стивен никогда не сталкивался с более непокорной студенткой. Она груба, вызывающе ведет себя, способна привести в бешенство только одним словом, а одевается совершенно неподобающе для леди.


Растворяясь во мне

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Скворцы

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.