Дракон в море - [11]

Шрифт
Интервал

Где-то в темноте прогудела сирена.

«Всегда проверяй того, кто рядом с тобой. Например, эта придумка Службы безопасности: при звуке гудка предъяви идентификационную карту окружающим. Чертова Безопасность! Когда я выхожу в море, я отчитываюсь только перед Богом и ни перед кем другим».

Спарроу оглянулся — посмотрел назад через устройство внешнего наблюдения, установленное в башне.

«Нефть. Война требует чистое вещество, рожденное в отложениях горных пород растущего континента. Растительное масло не подойдет. Война не употребляет растительную пищу. Война плотоядна».

На подъемных канатах «Таран» приподняли и поставили на подвижной блок, при помощи которого его спустят в подводный каньон и, далее, в залив.

Спарроу взглянул на пульт управления центрального поста: зеленый световой сигнал показывал, что путь свободен. Он повернул переключатель на пульте, включив стоп-сигнал на корме, и привычным движением прошелся по тумблерам: башню следовало втянуть. Она мягко вошла внутрь подлодки, ее крышка из металлопластика сложилась и встала в установочные пазы.

Над пультом управления висело переговорное устройство.

— Готовность к погружению, — надев его, произнес Спарроу и сконцентрировал внимание на пульте управления погружением.

Откуда-то сзади послышался металлический голос Боннетта, искаженный переговорным устройством:

— Давление в норме.

Один за другим красные сигналы на пульте управления погружением меняли цвет на зеленый.

— Пульт зеленый, мы готовы — сказал Спарроу. Теперь он ощущал давление на корпус и странную тяжесть в желудке. Командир включил сигнал оповещения наружных рабочих о том, что подводная лодка готова к спуску по тоннелю.

«Таран» приподнялся и накренился. Корпус отозвался глухим лязгом. По верхней части погружающейся лодки побежали янтарные огни: они шли по узкому чреву тоннеля. Двадцать часов можно ни о чем не думать. Спарроу, взявшись руками за перила позади пульта управления погружением, соскользнул вниз на узкий трап, ведущий в двигательный отсек. Скользя по нему ногами, чувствуя, как он мягко отзывается на шаги, капитан зашел в отсек центрального поста, задраив за собой люк. На мгновение его взгляд задержался на чеканной металлической тарелке ручной работы, которую Хеппнер повесил над дверью. На ней была выгравирована цитата какого-то ученого мужа девятнадцатого века: «Только сумасшедший будет терять время на изобретение подводной лодки, но если ее все-таки изобретут, то только безумец спустится на ней в морские глубины».


Начинаясь на шельфе залива у излучины полуострова Флорида, каньон Де Сото прорезал мягкий известняк полуострова подобно гигантскому железнодорожному тупику: глубиной от четырнадцати фатомов в заливе Апалачи до более двухсот шестидесяти фатомов в точке, где он выходит в открытый океан к югу от отрога Сан Блаз и к востоку от Тампа.

Выход тоннеля для подводных лодок располагался в стене каньона на глубине пятидесяти фатомов. Отсюда открывался сумрачный мир, где пушистыми опахалами развевались бурые водоросли, росли красные ветви горгонианских кораллов, яркими искорками проносились стайки рыбок — обитателей рифов.

«Фенианский таран» покинул темную дыру тоннеля как морское чудище, выползающее из своего логова. Лодка развернулась, распугивая рыб, и легла в ил цвета жженой умбры, покрывающий дно каньона. Ее достигли импульсы гидролокатора. Им ответили детекторы, встроенные в корпус судна, контрольные приборы навигационного пульта зарегистрировали их.

Голос Гарсии с сильным акцентом, неестественно скрипучий в атмосфере с повышенным содержанием кислорода, повторил контрольный перечень. Спарроу наблюдал за главным пультом управления, мерцающим огнями, как новогодняя елка.

— …течи отсутствуют, груз сбалансирован, очистка воздуха и давление в норме, в атмосфере отсутствует азот, телекамеры работают без помех, телеперископ на поверхности работоспособен; перископ показывает… — в громкоговорителе раздался его смех. — чайка! Она пыталась сесть на его надводную часть, когда я начал опускать перископ. Искупала задницу в воде!

Его перебил скрипучий голос Боннетта:

— А что там наверху, Джо?

— Ясно. Только что рассвело. Сегодня будет отличный клев.

— Разговорчики! — это Спарроу резко перебил болтунов. — Могли наверху засечь эту чайку, а вместе с ней и перископ?

— Никак нет, командир.

— Лес, доложи о состоянии атмосферы. Всем проверить «вампиры». Немедленно докладывать о любых отклонениях.

Тщательная проверка продолжалась.

— Нахожусь в отсеке индукционного двигателя. Здесь избыточная электростатика, — прервал тишину Рэмси.

— Ты шел туда по нижнему коридору гребного вала? — спросил Гарсия.

— По нижнему.

— Я с этим уже сталкивался. Там износилось изоляционное покрытие пола. Я как раз собираюсь это исправить.

— Прежде чем войти, я заземлился.

— Спустись вниз, Джо. Лес, а ты где? — спросил Спарроу.

— На трапе второй палубы в машинном отделении.

— Смени Джо на главном пульте. Рэмси, иди в радиорубку. Связь с базой через одиннадцать минут.

— Есть, командир.

Спарроу спустился со своего места у пульта управления, расположенного прямо под каютой Гарсии, к двери на первой палубе. Она была специально открыта для визуального наблюдения за приборами, установленными непосредственно на защитной переборке отсека атомного реактора.


Еще от автора Фрэнк Херберт
Дюна

Эта книга, получившая премии Hugo и Nebula, рассказывает эпическую историю о пустынной планете Арракис. В Дюне мы попадаем во время, когда мыслящие машины уже в далёком прошлом, а Великие Дома управляют целыми планетами, миллионы световых лет можно преодолеть за считанные минуты и наиболее драгоценным веществом в известной вселенной является Пряность Меланжа. Меланжа или пряность известно своими гериатрическими свойствами (то есть предохраняет от старения). Планета Арракис, также называемая Дюной, является единственным источником меланжи.


Мессия Дюны

Говорят, что за достижением вершины неизбежно следует падение с нее. Пауль Атрейдес, известный также как Муад'Диб, лидер фрименов, их мессия, конечный продукт евгенической программы ордена Бене Гессерит — Квисатц Хадерах, Император всей известной Вселенной, обладающий пророческим даром, достиг своей вершины. Он возглавил Джихад — ужасную войну, которая должна была истребить всех, кто желал повернуть время вспять — низвергнуть Атрейдесов и восстановить старый порядок, разделив огромные богатства между отдельными группировками.


Все хроники Дюны

Фрэнк Герберт успел написать много, но в истории остался прежде всего как автор эпопеи "Хроники Дюны", - возможно, самой прославленной фантастической саги нашего столетия, саги, переведенной на десятки языков и завоевавшей сердца миллионов читателей по всему миру. Авторитетный журнал научной фантастики "Локус" признал "Дюну", - первый роман эпопеи о "песчаной планете", - лучшим научно-фантастическим романом всех времен и народов. В "Дюне" Фрэнку Герберту удалось невозможное - создать своеобразную хронику далекого будущего.


Дюна. Первая трилогия

Спустя 24 тысячелетия человечество не изменилось: все те же войны и интриги. В далекой мультигалактической империи враждуют два великих дома – Атрейдесы и Харконнены. Последним удается склонить Императора на свою сторону, и юного наследника дома Атрейдесов – Пола – вместе с семьей высылают на далекую и пустынную планету Арракис, называемую также Дюной. Ужасные бури, гигантские черви, жестокие фанатики, фримены, и единственный во всей Вселенной источник Пряности, важнейшей субстанции в Империи, – таков новый дом Пола. Впереди его ждет сражение не только за Арракис, для чего ему придется стать лидером фрименов под именем Муад'Диб, но и за будущее существование своего Дома. В 1984 году роман «Дюна» был экранизирован культовым режиссером Дэвидом Линчем, а в начале XXI века по нему было снято несколько мини-сериалов. Первая трилогия культового цикла под одной обложкой!


Дети Дюны

Прошло девять лет после рождения детей Пауля — близнецов Лето II и Ганимы Атрейдес. Империей фактически правит сестра Муад'Диба — Алия. Коррино мечтают о возвращении Императорского Трона. Леди Джессика, мать Пауля, опасается, что близнецы, как и Алия, с рождения обладающие памятью о жизнях своих предков, могут потерять контроль над внутренними жизнями и стать одержимыми.Множество опасностей — внутренних и внешних — окружает каждого участника этой политической игры. А когда речь заходит о человеческой жизни, когда смерть грозит твоим близким и тебе самому, трудно удержаться от использования мистических сверхспособностей, сил высшего порядка, доступных только тебе.


Муравейник Хеллстрома

В книгу вошли: научно-фантастический роман видного американского фантаста Фрэнка Херберта, рассказывающий о невероятном и успешном эксперименте по превращению людей в муравьев, а также разноплановые фантастические рассказы Говарда Фаста.* * * Рядом с провинциальным американским городком выстроен огромный подземный город, настоящий муравейник, где живут странные люди. Несколько сотен лет назад они взяли за образец общества колонии насекомых. Обитатели улья разделены на бесполых и безмозглых рабочих, самок-производительниц и «службистов», которые прикрывают Улей в «диком» внешнем мире. © http://www.mirf.ru.


Рекомендуем почитать


История упадка и разрушения Н-ского завода

На робота Уборщика упал трёхтонный стальной слиток и повредил у него блок реализации программы. Теперь Личность Уборщик больше не выполняет программу, а работу называет насилием над личностью. Он сломал других роботов, дезорганизовал работу всего завода, а после пошёл в Центральную Диспетчерскую и обвинил во всех неприятностях робота Регистратора, которому сам же приказал искажать данные.


Инопланетный сюрприз

Алетяне — первая инопланетная цивилизация, с которой земляне установили контакт. Их родина отличается чрезвычайно суровым климатом, поэтому экспедиции алетян разыскивают миры, удобные для заселения. В Солнечной системе алетяне решили обосноваться на Сатурне и познакомиться с Землёй поближе. Один из них несколько дней провёл в обычной земной школе, среди учеников.


Башмак Эмпедокла

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Первый человек из космоса

«Литературная газета» 3.09.1960.


Многоярусный мир: Ярость рыжего орка. Лавалитовый мир. Больше чем огонь

Вы уже побывали в Мире реки?Тогда добро пожаловать в Многоярусный мир!В мир калейдопических «параллельных вселенных». В мир вселенных-игрушек, в которые играют странные Творцы, зовущие себя Властителями.В мир, где мотивы классической фэнтези и классической фантастики переплелись в причудливые, увлекательные сюжеты книг, от которых по-прежнему невозможно оторваться.Перед вами — три романа о Многоярусном мире.Прочитайте — не пожалеете!


Эндимион

Дэн Симмонс – не просто один из классических писателей-фантастов нашего времени. Он – автор самой, наверное, знаменитой и популярной в мире «космической оперы» – тетралогии «Гиперион», «Падение Гипериона», «Эндимион», «Восход Эндимиона», создатель поистине уникального в своей оригинальности мира, загадочного и изменчивого мира порталов, соединяющих планеты, великой реки Тетис и великих звездных войн, в которых причудливо переплелись судьбы священника и солдата, поэта и ученого, консула и детектива.Критики и читатели единодушно признали тетралогию Дэна Симмонса лучшим научно-фантастическим сериалом последнего десятилетия.


Границы бесконечности

Майлз Форкосиган – сын высокопоставленного сановника при дворе императора планеты Барраяр – один из самых известных героев американской фантастики 80-90-х годов. Его приключениями зачитываются миллионы читателей во всем мире. Сборник повестей «Границы бесконечности» – настоящий подарок любителям фантастики.


Небесные сферы

...Далекое будущее. Здесь мирно и дружно сосуществуют ДЕСЯТКИ разумных рас.Здесь человечество, расселившееся по всей Солнечной системе, превратило Землю в «гетто для отбросов общества».Здесь давно уже не происходило ПРАКТИЧЕСКИ НИЧЕГО.А теперь... теперь случается что-то ОЧЕНЬ СТРАННОЕ. То ли — череда несчастных случаев, то ли — череда совершенно невероятных преступлений, то ли — попросту последствия вмешательства НОВОГО, совсем уж «чужого» разума. Но тогда — КАКОГО разума?