Девон: Сладострастные сновидения - [7]
Эта мысль помогла справиться с чувством вины, которое Тень, странным образом, каждый раз испытывала перед своим дерзким налетом. Люди типа лорда Монтмейна не пострадают от того, что расстанутся с несколькими безделушками и парой монет. Сделав решительный вдох, Тень бросила взгляд на окна второго этажа. Если верить наводчику, это именно там, в будуаре лорда Монтмейна, за тяжелыми бархатными портьерами.
Тень оглядела дом. Наводчик говорил, что лорда сегодня вечером не будет, он — на балу у Фитцроев, но всегда есть риск наткнуться на кого-нибудь из слуг. Да нет, вроде света нигде нет; наверняка все, как обычно, воспользовались отсутствием барина и смылись пораньше.
Вновь помогли ветви плюща; по ним, как по канату, Тень поднялась наверх. Легким движением распахнула окно — и вот Тень уже внутри дома. Ах, черт: свет-то в доме есть; просто тяжелые бархатные занавески его скрывали. Да, несомненно, какой-то свет пробивался из двери, ведущей в спальню. Может быть, просто ушли и оставили какую-нибудь свечку? Во всяком случае, никаких звуков не слышно. Пожалуй, можно отправляться за добычей. Вот она — на туалетном столике: стопка золотых монет и заколка с бриллиантом. Несколько шагов по ковру и…
Голос из соседней комнаты заставил ее замереть на полпути.
«Тревор, о, Тревор! Ой, как здорово» — да это женщина! — «Еще, еще!»
Глубокий, грудной стон — и звуки какой-то возни, судя по всему, на постели. И снова — мягкий женский стон! А за ним — мужской голос, вопрошающий:
— Так тебе хорошо, Сесиль?
— О да, да, любимый… — это опять она, эта Сесиль.
Тень сглотнула слюну, поняв, наконец, что происходит в соседней комнате.
— Подожди, я тебя там полижу, — прошептал, правда, достаточно громко, Тревор. Голос его срывался от страсти.
Тень неловко поежилась, еще раз бросила взгляд на сверкающую штучку на туалетном столике.
— О-о-о, Тревор! Джон мне так никогда не делает. Еще, еще! Ой, как мне это нужно! — почти задыхаясь, молила Сесиль.
Тень протянула руку к столику, но она дрогнула: слишком близко были те, в соседней комнате, и слишком действовало то, чем они занимались. Раз — и с грохотом падает хрустальный подсвечник; звук угрозой бьет по барабанным перепонкам.
В соседней комнате все стихло.
— Что это? — голос лорда Монтмейна прозвучал недовольно-резко: еще бы — прервали его удовольствие!
— Что это? — откликнулась Сесиль, голосом, все еще больше напоминавшим стон.
— Мне показалось, что в будуаре что-то упало.
— Может быть, это твой камердинер? — расслабленно пробормотала Сесиль. Кровать скрипнула.
— Мои слуги знают, что им запрещено здесь появляться, когда у меня гости.
— О, к черту слуг и все остальное, Тревор, — снова кровать скрипнула.
— Ты не можешь потерпеть ни секунды, да?
— Когда я так хочу — нет, — простонала Сесиль.
Кровать скрипнула несколько раз подряд. Лорд тоже присоединился к стонам своей подруги. Скрип пружин вошел в четкий, постоянный ритм.
— Боже, какая ты женщина! И какой дурак твой Джон — разве можно такую, как ты, оставлять без внимания.
Тень смогла наконец справиться со своим дыханием и сунула в карман монеты и заколку Бросив последний взгляд в сторону спальни, она бесшумно скользнула к открытому окну и исчезла в туманной ночной мгле.
Быстрей, быстрей отсюда! Но вот наконец и темная аллея, где ожидает наводчик. Уф, теперь можно и дух перевести; сегодня опасность была совсем рядом. И все — из-за отступления от одного из железных правил профессии: нельзя было действовать, исходя из того, что лорда Монтмейна нет дома, пока не установлено его присутствие на балу у Фитцроев.
Тень сняла черные кожаные перчатки и черную маску. Засунула то и другое в карманы своего черного, сверхшикарного пальто — и нырнула в экипаж, где сидел в ожидании кривоногий компаньон.
— Ну, что удалось взять сегодня?
Тень положила в мозолистую ладонь заколку. Компаньон поднял ее к свету, падавшему от уличного фонаря. Оценил стоимость.
— Несколько шиллингов, сущая безделица, на все, что тебе нужно, явно не хватит. Неужели не могла прихватить что-нибудь еще?
— Наверное, могла бы, если бы лорда Монтмейна не было дома.
— Он был дома? Бог ты мой! Он тебя не видел, а?
— К счастью, нет Он был занят кое-чем.
— С бабой, что ли?
Тень, несколько смущенная, кивнула:
— Когда до меня дошло это, тут уж было не до поисков.
Мозолистая рука похлопала Тень по плечу и задержалась там.
— Давай-ка домой побыстрее, пока нас самих не грабанули.
Тень прищелкнула пальцами — хорошо, что он закончил со своими упреками.
— Я не удивлюсь: что-то мне сегодня не везет.
— Повезет в другой раз.
Тень кивнула; впрочем, перспектива новых приключений такого рода не очень-то, судя по всему, радовала налетчика. Это и так уж очень давно продолжается. Когда же это кончится и как?
Дэвон открыла дверь в затемненную спальню, прошла по ворсистому ковру, поставила поднос на столик у кровати, потом отдернула портьеры. В комнату ворвались лучи утреннего солнца, разгоняя мрачный сумрак комнаты. Они осветили высохшую фигуру на кровати и вывели ее из полузабытья. Медленно поднялись ресницы, и старушка неверным взором окинула все, что ее окружало.
![Тайная жена Казановы](/storage/book-covers/c6/c672353872e915dc0d9dec3250a6397663c54d0b.jpg)
Венеция, XVIII век. Жизнь Катерины Капретте спокойна и размеренна. А двадцать лет назад она бурлила любовными авантюрами и сладострастными приключениями — ведь когда девушке было четырнадцать, в нее влюбился сам Казанова, знаменитый соблазнитель. Для того чтобы удержать его рядом с собой и обязать жениться, Катерина решилась на отчаянный шаг… За это родители отправили ее в монастырь. Спустя годы давняя соперница Катерины Марина начинает грязный шантаж, всеми силами стараясь раскрыть шокирующие и головокружительные тайны жены Казановы…
![Жемчужина Корсики](/storage/book-covers/14/147a041ac1f4d504131c4d29ad9813fd41f6ee67.jpg)
В V веке племя вандалов разоряет один из процветающих городов Римской империи – Карфаген. Десятилетняя девочка Юлия захвачена в плен и продана в рабство Евтолмию – богатому торговцу из Сирии. Нелегко приходится подрастающей красавице среди чуждых по вере людей, завистливых и сластолюбивых взглядов, каждодневного изнуряющего труда. Но вот, наконец, казалось, молодую девушку постигает удача – в Юлию влюбляется её хозяин Евтолмий. И тут господин и рабыня отправляются в морское путешествие…
![Последний пророк](/storage/book-covers/9b/9b2a8842e3b7c45cf9699fe5d716c0908b1aef4f.jpg)
Фарадей Хайтауэр, успешный практикующий врач, потеряв жену, которая умерла во время тяжелых родов на корабле в Атлантике, теряет веру в Бога и, оставив свое ремесло, отправляется путешествовать по свету в поисках утраченного. Не найдя ответов на мучившие его вопросы и не обретя душевного покоя и смирения, он решает проститься с жизнью. Но неожиданный ночной визит старой цыганки мешает свершиться задуманному. Цыганка уверяет Фарадея, что она послана к нему его умершей женой, и велит собираться в новое путешествие…
![Урок удовольствия](/storage/book-covers/77/77f8af8a8ef4d85ec9ab8ca02cf01500d1c66159.jpg)
С момента, как Король призвал мужа леди Элеонор в крестовый поход, она молилась о его благополучном возвращении. Находясь на Святых землях, сэр Гевин посылал домой необыкновенные богатства: гобелены, специи, масла. Но среди роскошных тканей лежала книга с изображением любовников, сплетённых в экзотической позе, о которой леди и не мыслила. Элеонор провела много одиноких ночей, мечтая, чтобы Гевин подарил ей наслаждение таким же образом. Но Гевин вернулся чужим и отстранённым, и Элеонор начинает опасаться, что потеряла единственного мужчину, которого когда-либо любила.
![Анна. Тайна Дома Романовых](/storage/book-covers/cf/cf223759af6c44bb3d8a92413a01eeac16e5c8f5.jpg)
Так начинались едва ли не все самые драматические, самые безум-ные истории о любви. Российский самодержец Павел I на балу обратил внимание на дочь московского сенатора Анну Лопухину… И весь мир для него вдруг мгновенно преобразился. Куда делись императорская невозмутимость, сдержанность и самообладание? Непозволительные чувства хлынули, как цунами, смыв в туманную даль бесконечные заботы и тревоги о судьбе России. Вмиг охладел некогда пылкий интерес к фаворитке Нелидовой. В сердце государя теперь была только она, юное, божественное создание, и она оставалась там до жуткой кончины Павла I. По сей день с полотен художников, писавших портреты Лопухиной, смотрит на нас очаровательная молодая женщина с большими темными глазами, которые как бы говорят: «Я была рождена для тихой семейной жизни, но, увы, вышло совсем по-другому…».
![Последняя ошибка императора](/storage/book-covers/f4/f47be51019cd99e25fe1488886b81f218ccf08b2.jpg)
Может ли любовь погубить империю? Какой беспристрастный свидетель поможет точнее понять минувшую эпоху, лучше, чем свидетельства современников и исторические документы? Российские императоры, их жены, фавориты и фаворитки – загадочные истории и необычные повороты сюжета. Борьба за власть и придворные интриги. О женской любви, которую не смогла сломить даже пытка, и как оценил ее первый русский император Петр I. Правители и самозванцы, гении и безумцы, аристократы духа и проходимцы.