Десять цезарей. Римские императоры от Августа до Константина - [18]
Юлия и ее молодые поклонники вредили репутации Августа. Разные источники сообщают, что она скандалила с ними на людях, но мы не можем полностью полагаться на эти сплетни, порой откровенно женоненавистнические. Точно известно лишь, что одним из ее любовников был Юл — оставшийся в живых сын Марка Антония от Фульвии. Сама мысль о том, что Юлия могла желать развода с Тиберием ради брака с сыном Антония, пугала тем, что старый враг Августа в силах влиять на происходящее, даже находясь в могиле.
Август отреагировал эмоционально (как отец семьи) и вместе с тем более или менее бесстрастно (как правитель). Он отправил в ссылку большинство любовников Юлии; Юла он принудил к самоубийству. Юлию и Тиберия он довел до развода (не считаясь с их мнением), а дочь сослал на маленький пустынный остров вдали от побережья Италии. И снова ирония судьбы: в наши дни этот остров — известный курорт. Мать изгнанницы — Скрибония, бывшая жена Августа, — последовала за дочерью. Теперь, когда Юлия родила сыновей, которые могли наследовать Августу, он мог делать что угодно. В дочери он более не нуждался. Пять лет спустя, в 3 г. н. э., Август позволил Юлии вернуться в Италию, в отдаленный южный город.
А на нее теперь посыпались беды. Сын Луций умер от болезни во 2 г., а сын Гай скончался от ранения двумя годами позже. Их смерть лишила Августа наследников. Однако государь не повелел стереть из истории память о Юлии, как было принято поступать с другими римлянами, впавшими в немилость. Те, кто создавал историю в империи, кажется, получили определенные указания на ее счет. Многие статуи и надписи посвящались ей до 2 г.; впоследствии это прекратилось. О ней просто перестали говорить, что не польстило бы ни одной римской женщине, ведь они и так были едва заметны сами по себе, вне семьи. По крайней мере так складывалось во времена Республики.
В своей жизни Август встречал немало великих женщин, но серьезно повлияли на него три: прежде всего — его мать Атия, которая его взрастила; жена Ливия, которая его вдохновляла; дочь Юлия, которая его предала.
Август провел хитрую комбинацию. В 4 г. он усыновил еще двоих мальчиков. Одним был Агриппа Постум, шестнадцатилетний сын Агриппы и Юлии. Август не усыновлял его прежде, так как хотел, чтобы мальчик носил имя Агриппы, — но теперь он нуждался в наследнике, так что Постум сделался Цезарем. Другим стал сын Ливии, Тиберий, вернувшийся в Рим с Родоса. Младший сын Ливии, Друз, погиб ранее в Германии — в результате несчастного случая. Тиберий был взрослым мужчиной сорока четырех лет, тогда как Постуму исполнилось только шестнадцать. Немного погодя выяснилось, что Постум был безнадежен: он имел сильное тело, но слабый ум. Август действовал чрезвычайно хладнокровно, если дело касалось сохранения его режима. Так что, хотя Постум и приходился Августу внуком, император отослал его в изгнание, как поступил ранее с его матерью, и аннулировал усыновление. Оставался Тиберий. Биологически он не имел отношения к Августу, но был опытным, способным руководителем и, казалось, смог бы сохранить династию.
Когда Юлий Цезарь многими годами ранее усыновил Октавиана, он непредумышленно создал прецедент и заложил основу для будущего успеха империи. Римляне относились к усыновлению спокойнее, чем относятся ныне: эта процедура использовалась еще и для того, чтобы сохранить фамилию. Предпочитали, впрочем, усыновлять кровного родственника и скорее усыновили бы подростка или юношу, нежели совсем ребенка. Каждый случай требовал индивидуального рассмотрения. Император был свободен в выборе наследника; он не был обязан передавать власть своему родному чаду. Он мог усыновить того мальчика или юношу, которого посчитает самым способным.
Августу уже исполнилось шестьдесят шесть, когда он отправлял Постума в изгнание. Он начал строить серьезные планы по передаче империи. Усыновив Тиберия, Август также вручил ему часть своих юридических полномочий. Вдобавок он передал Тиберию обязанности Агриппы. Тиберий теперь командовал войсками. Август послал Тиберия удерживать опасные границы в Центральной Европе и на Балканах, где проходила наиболее ожесточенная борьба. Между 6 и 12 гг. Тиберий набирался опыта в суровых боях и усмирении мятежей.
Император не может находиться в нескольких местах одновременно, но должен, однако, пребывать везде. Править большой империей в эпоху примитивных технологий значило бороться с огромным количеством трудностей. В Риме наследник правителя пребывал бы в безопасности, но не мог же Август сдувать пылинки с наследника! Тиберий был опытным военачальником и единственным человеком, которому доверял государь.
Тиберий вернулся в Рим в 12 г. После празднования триумфа он получил власть управлять провинциями вместе с Цезарем. Теперь Тиберий был чуть ли не равным принцепсу.
В ту же пору Август поставил точку в летописи своей жизни. Он оставил завещание и инструкции в отношении похорон, а также детальный перечень своих достижений, который завещал высечь на бронзовых колоннах: их следовало установить перед его мавзолеем. Оригинал давно утрачен, но их копии на латыни и греческом возвышались по всей территории империи, и одна колонна полностью сохранилась в современной Анкаре.
![Смерть Цезаря. Хроника самого громкого убийства в древней истории](/storage/book-covers/28/28defba5657268422f5f656b3e89685d74d9231c.jpg)
Какому бы событию античной истории ни посвящал книгу Барри Штраус — будь то восстание Спартака, Троянская война, становление Римской империи, — он, в сущности, ищет ответ на один и тот же вопрос: какие лидеры нужны нам сегодня? Так где же искать примеры успешных руководителей, если не в греческой и римской древности? Известные полководцы, мореплаватели и императоры были харизматичными начальниками: они вели за собой десятки тысяч преданных людей. Автор предлагает присмотреться к великим героям прошлого. Чем были вызваны трагические события мартовских ид? Убийцы Цезаря хотели подарить Риму демократию, а диктатор надеялся передать полномочия своей семье, особенно Октавиану — будущему императору Августу.
![Северная Корея. Эпоха Ким Чен Ира на закате](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Впервые в отечественной историографии предпринята попытка исследовать становление и деятельность в Северной Корее деспотической власти Ким Ир Сена — Ким Чен Ира, дать правдивую картину жизни северокорейского общества в «эпохудвух Кимов». Рассматривается внутренняя и внешняя политика «великого вождя» Ким Ир Сена и его сына «великого полководца» Ким Чен Ира, анализируются политическая система и политические институты современной КНДР. Основу исследования составили собранные авторами уникальные материалы о Ким Чен Ире, его отце Ким Ир Сене и их деятельности.Книга предназначена для тех, кто интересуется международными проблемами.
![Хулио Кортасар. Другая сторона вещей](/storage/book-covers/50/508c2d7d66e8ef633dd376002825ea16848d9971.jpg)
Издательство «Азбука-классика» представляет книгу об одном из крупнейших писателей XX века – Хулио Кортасаре, авторе знаменитых романов «Игра в классики», «Модель для сборки. 62». Это первое издание, в котором, кроме рассказа о жизни писателя, дается литературоведческий анализ его произведений, приводится огромное количество документальных материалов. Мигель Эрраес, известный испанский прозаик, знаток испано-язычной литературы, создал увлекательное повествование о жизни и творчестве Кортасара.
![Кастанеда, Магическое путешествие с Карлосом](/storage/book-covers/17/1735983a663b47f5ea03f24a0d9f44926c3703f4.jpg)
Наконец-то перед нами достоверная биография Кастанеды! Брак Карлоса с Маргарет официально длился 13 лет (I960-1973). Она больше, чем кто бы то ни было, знает о его молодых годах в Перу и США, о его работе над первыми книгами и щедро делится воспоминаниями, наблюдениями и фотографиями из личного альбома, драгоценными для каждого, кто серьезно интересуется магическим миром Кастанеды. Как ни трудно поверить, это не "бульварная" книга, написанная в погоне за быстрым долларом. 77-летняя Маргарет Кастанеда - очень интеллигентная и тактичная женщина.
![Добрые люди Древней Руси](/storage/book-covers/ca/ca2c04a366f5abfad3b52c2a67b5f9ac838287b9.jpg)
«Преподавателям слово дано не для того, чтобы усыплять свою мысль, а чтобы будить чужую» – в этом афоризме выдающегося русского историка Василия Осиповича Ключевского выразилось его собственное научное кредо. Ключевский был замечательным лектором: чеканность его формулировок, интонационное богатство, лаконичность определений завораживали студентов. Литографии его лекций студенты зачитывали в буквальном смысле до дыр.«Исторические портреты» В.О.Ключевского – это блестящие характеристики русских князей, монархов, летописцев, священнослужителей, полководцев, дипломатов, святых, деятелей культуры.Издание основывается на знаменитом лекционном «Курсе русской истории», который уже более столетия демонстрирует научную глубину и художественную силу, подтверждает свою непреходящую ценность, поражает новизной и актуальностью.
![Иван Никитич Берсень-Беклемишев и Максим Грек](/storage/book-covers/2b/2b9362b7c78a675199be43a1c31da8ba5f0f9c85.jpg)
«Преподавателям слово дано не для того, чтобы усыплять свою мысль, а чтобы будить чужую» – в этом афоризме выдающегося русского историка Василия Осиповича Ключевского выразилось его собственное научное кредо. Ключевский был замечательным лектором: чеканность его формулировок, интонационное богатство, лаконичность определений завораживали студентов. Литографии его лекций студенты зачитывали в буквальном смысле до дыр.«Исторические портреты» В.О.Ключевского – это блестящие характеристики русских князей, монархов, летописцев, священнослужителей, полководцев, дипломатов, святых, деятелей культуры.Издание основывается на знаменитом лекционном «Курсе русской истории», который уже более столетия демонстрирует научную глубину и художественную силу, подтверждает свою непреходящую ценность, поражает новизной и актуальностью.
![Антуан Лоран Лавуазье. Его жизнь и научная деятельность](/storage/book-covers/3b/3ba9d057773b5cf9e3cfa221ae960a600e62476b.jpg)
Эти биографические очерки были изданы около ста лет назад отдельной книгой в серии «Жизнь замечательных людей», осуществленной Ф. Ф. Павленковым (1839—1900). Написанные в новом для того времени жанре поэтической хроники и историко-культурного исследования, эти тексты сохраняют по сей день информационную и энергетико-психологическую ценность. Писавшиеся «для простых людей», для российской провинции, сегодня они могут быть рекомендованы отнюдь не только библиофилам, но самой широкой читательской аудитории: и тем, кто совсем не искушен в истории и психологии великих людей, и тем, для кого эти предметы – профессия.