Чехов в школе - [17]

Шрифт
Интервал

Даже если не осилишь Нефертити, даже если Савва Ильич ошибся - нет таланта, - все равно прекрасно. Просто жить, как все. Только жить!»

Федора Материна потрясает отношение чеховских героев к жизни. Он читает и сравнивает, сравнивает и страдает от того, что те люди не ценили жизни, не понимали, как она прекрасна, тяготились ею, а если бы им так пришлось, как ему. Тендрякову понадобились образы пьесы «Дядя Ваня» именно затем, чтобы показать в противопоставлении внутреннюю силу нового человека, непобедимого своей любовью к жизни, своей целеустремленностью, своим желанием открыть народу тайны непреходящей человеческой красоты. Итак, проблему прекрасное и человеческая жизнь, поставленную Чеховым в пьесе, Тендряков решает, обратившись к бессмертным чеховским образам, в духе социалистического реализма.

Классические художественные образы помогают советскому писателю ярче, сильнее показать превосходство нового человеческого характера, рожденного изменившимися социально-историческими условиями.

* * *

Можно предположить, что изучение классического произведения художественной литературы в таком аспекте приблизит его к учащимся. Изучать его будет не только необходимо, но и интересно, так как школьнику придется многое открыть в нем для себя.

Естественно, что более значительным будет общее воздействие художественного произведения в его эстетической, нравственной, политической и философской цельности.

Более глубоким станет представление учащихся о связи художественных произведений с действительностью, с исторической эпохой, в которую они были созданы. Постепенно будет формироваться представление о непреходящей ценности истинных произведений искусства, несовместимое с нигилистическим отношением к произведениям классики. Более основательными будут знания учащихся о художественном своеобразии произведений каждого художника. Они смогут увидеть и почувствовать то, что связывает и отличает произведения критического реализма и социалистического реализма.

Это все очень важно теперь, так как мы все дальше уходим от прошлых времен, и нам приходится преодолевать равнодушие к классике и даже ее отрицание со стороны некоторых учащихся.

Следует умело прдойти к художественному классическому произведению, раскрыть его богатство и бессмертие, при этом условии оно сделает свое дело: окажет влияние на формирование и воспитание высоких и благородных мыслей и чувств.

Недоречко Ю.Г. Отражение социально-исторических черт эпохи в рассказе ЧЕхова «Человек в футляре»

(К вопросу о характере восприятия художественного образа)

В И. Ленин в своих критических работах о Л. Н. Толстом учил, что понять писателя, особенности его творчества без изучения социально-исторической эпохи, его породившей, невозможно. Изучение эпохи, выдвинувшей художника, осуществляется при помощи исторических источников мемуарной и эпистолярной литературы, а также и самих художественных произведений писателя.

Несмотря на старания, учителя литературы добились немногого: учащиеся с большим трудом, часто с ошибками выделяют в художественном произведении черты определенном исторической эпохи. Чем объяснить это? Некоторые считают, что корень зла кроется в том, что программы по истории и литературе не совпадают. Нам кажется, что если бы и совпадали (что сделать очень трудно), то это бы не изменило нынешнего положения вещей. Причина кроется в специфике художественной литературы. Ученик часто не видит социально-исторических черт эпохи по той простой причине, что он не знает такой специфики искусства, как его способность своеобразно отражать жизнь, т. е. сохранять правду жизни, в то же самое время передавать ее в отобранном, обобщенном, преломленном через восприятие художника виде. Ученик не знает, что художник, отталкиваясь от действительности, по-новому ее воссоздает, что в этом громадную роль играет мышление и творческая фантазия писателя. Ученик не подозревает, что писатель воспроизводит историческую эпоху совершенно по-своему, не столько сами события, сколько отношение к ним людей.

А. П. Чехов, например, изображает обыденную жизнь, будничные явления так, что за ними, да и в них самих, ярко просвечиваются основные черты эпохи.

Чтобы учащиеся увидели историческую эпоху, отраженную в литературном произведении, они должны знать о специфике художественного образа и своеобразии его у каждого писателя.

Задача учителя - показать учащимся, что художественное произведение не иллюстрация к определенному историческому периоду, а глубокое и совершенно своеобразное его отражение, проникновение в него.

Поставив перед собой такую задачу, мы решили попробовать решить ее таким путем, который показался нам наиболее эффективным: мы прибегли к эксперименту.

Прежде всего мы решили проверить, как черты эпохи отражаются в первоначальном восприятии художественного произведения учащимися.

Для этого в IX классе в процессе изучения творчества А. П. Чехова мы попросили учащихся олределить черты эпохи 90-х годов XIX века в рассказе Чехова «Человек в футляре».

Предварительно в форме беседы мы установили некоторые особенности этого исторического периода. Большинство учащихся (20 из 26) определили его как период революционного подъема, обосновав свою позицию тем, что в середине 90-х годов ленинский «Союз борьбы» соединил марксизм с рабочим движением, началось оформление маркистской партии, руководимой социал-демократами, начался 3-й этап освободительного движения в России. Борьба пролетариата была направлена и против дворянско-помещичьего государства и против буржуазного уклада жизни.


Еще от автора Леонид Петрович Громов
Реализм А. П. Чехова второй половины 80-х годов

Доцент Ростовского университета Л. П. Громов в книге 'Реализм А. П. Чехова второй половины 80-х годов', исследуя произведения и письма Чехова 1886-1889 годов, приходит к выводу, что вторая половина 80-х годов - важный этап в творческой биографии писателя. Это период становления зрелого художника и мыслителя, период страстных идейных, философских, эстетических исканий, период глубоких раздумий о социальных контрастах жизни, о Родине, о народе, о смысле человеческой жизни. Это новый период в творческой деятельности писателя, когда Чехов создавал ряд глубоких по идейному, философскому содержанию и по художественному мастерству произведений, среди которых находятся такие шедевры, как 'Степь' и 'Скучная история'.


Рекомендуем почитать
Мастера римской прозы. От Катона до Апулея. Истолкования

Книга Михаэля фон Альбрехта появилась из академических лекций и курсов для преподавателей. Тексты, которым она посвящена, относятся к четырем столетиям — от превращения Рима в мировую державу в борьбе с Карфагеном до позднего расцвета под властью Антонинов. Пространственные рамки не менее широки — не столько даже столица, сколько Италия, Галлия, Испания, Африка. Многообразны и жанры: от дидактики через ораторскую прозу и историографию, через записки, философский диалог — к художественному письму и роману.


Полевое руководство для научных журналистов

«Наука, несмотря на свою молодость, уже изменила наш мир: она спасла более миллиарда человек от голода и смертельных болезней, освободила миллионы от оков неведения и предрассудков и способствовала демократической революции, которая принесла политические свободы трети человечества. И это только начало. Научный подход к пониманию природы и нашего места в ней — этот обманчиво простой процесс системной проверки своих гипотез экспериментами — открыл нам бесконечные горизонты для исследований. Нет предела знаниям и могуществу, которого мы, к счастью или несчастью, можем достичь. И все же мало кто понимает науку, а многие боятся ее невероятной силы.


Словенская литература

Научное издание, созданное словенскими и российскими авторами, знакомит читателя с историей словенской литературы от зарождения письменности до начала XX в. Это первое в отечественной славистике издание, в котором литература Словении представлена как самостоятельный объект анализа. В книге показан путь развития словенской литературы с учетом ее типологических связей с западноевропейскими и славянскими литературами и культурами, представлены важнейшие этапы литературной эволюции: периоды Реформации, Барокко, Нового времени, раскрыты особенности проявления на словенской почве романтизма, реализма, модерна, натурализма, показана динамика синхронизации словенской литературы с общеевропейским литературным движением.


«Сказание» инока Парфения в литературном контексте XIX века

«Сказание» афонского инока Парфения о своих странствиях по Востоку и России оставило глубокий след в русской художественной культуре благодаря не только резко выделявшемуся на общем фоне лексико-семантическому своеобразию повествования, но и облагораживающему воздействию на души читателей, в особенности интеллигенции. Аполлон Григорьев утверждал, что «вся серьезно читающая Русь, от мала до велика, прочла ее, эту гениальную, талантливую и вместе простую книгу, — не мало может быть нравственных переворотов, но, уж, во всяком случае, не мало нравственных потрясений совершила она, эта простая, беспритязательная, вовсе ни на что не бившая исповедь глубокой внутренней жизни».В настоящем исследовании впервые сделана попытка выявить и проанализировать масштаб воздействия, которое оказало «Сказание» на русскую литературу и русскую духовную культуру второй половины XIX в.


Сто русских литераторов. Том третий

Появлению статьи 1845 г. предшествовала краткая заметка В.Г. Белинского в отделе библиографии кн. 8 «Отечественных записок» о выходе т. III издания. В ней между прочим говорилось: «Какая книга! Толстая, увесистая, с портретами, с картинками, пятнадцать стихотворений, восемь статей в прозе, огромная драма в стихах! О такой книге – или надо говорить все, или не надо ничего говорить». Далее давалась следующая ироническая характеристика тома: «Эта книга так наивно, так добродушно, сама того не зная, выражает собою русскую литературу, впрочем не совсем современную, а особливо русскую книжную торговлю».


Вещунья, свидетельница, плакальщица

Приведено по изданию: Родина № 5, 1989, C.42–44.