Час Пандоры - [129]

* * *

За лобовым стеклом не было ничего, кроме черноты. Холлэнд изо всех сил старался удержать «боинг» в ста футах от воды, полностью сознавая, что одна ошибка может погубить их всех. Самолет сотрясался и едва слушался руля. И Холлэнд и Робб подозревали, что под правым крылом серьезные повреждения, но огромный «боинг» отвечал на все контрольные запросы, и у них все еще оставались две гидравлические системы.

Холлэнд понимал – у того, кто пытался их убить, еще будет время найти их. Если ему удастся удержать самолет достаточно близко к воде, он сможет не попасть в поле действия радиолокатора истребителя. Это был чистой воды риск, но больше ему ничего не оставалось.

Он летел влево до тех пор, пока игла указателя курса не уперлась прямо в остров, и Холлэнд увидел, что им осталось сорок две мили. Он прибавил обороты оставшихся двигателей, насколько мог, и опустил нос «боинга» вниз. Скорость увеличилась до двухсот восьмидесяти узлов.

– Ты не собираешься убирать шасси? – спросил Робб.

Джеймс кивнул.

– Мы их выпустили и закрепили. Не будем с этим шутить.

– Понял, – отозвался Робб.

Нападающего не было видно, но они знали, что он где-то здесь. Может быть, он и не один. Но почему? Почему их атаковали? Об этом у них не было времени думать. «Противник» казался привидением в темноте.

– Как насчет сигнала бедствия? – поинтересовался Робб.

Холлэнд покачал головой.

– Это ни чему. Все истребители с острова Вознесения примкнут к нему, чтобы сбить нас.

– Кто он? – задала вопрос Рейчел. Ее голос звучал глухо, в горле у нее явно пересохло. Она вгляделась в центральную панель, широко открыв глаза.

Джеймс Холлэнд покачал головой.

– Я не могу поверить, что это тот же самый парень, атаковавший нас раньше, но если это так, то он своего рода демон, который не оставит нас в покое. Мы и представления не имеем, что это за самолет. Истребители не могут пролететь три тысячи миль без дозаправки.

– Двадцать пять миль, Джеймс. Мы приближаемся.

Дик Робб смотрел, как медленно щелкают цифры, пока они летели к острову Вознесения со скоростью четыре с половиной мили в минуту.

– Тут начало захода на посадку, – продолжал Дик, глядя на карту. – Порог выступает на сотню футов из воды.

Холлэнд кивнул.

– Мы выскочим на нее через три мили.

Он взглянул на линию посадочной полосы, которую Дик Робб вывел на бортовом компьютере. Она лежала в сорока градусах влево от их курса.

– Определи мне точку на экране в трех милях к западу на подходе, Дик. Я ее использую как начало захода.

Пальцы Робба быстро набрали ряды цифр, и крошечная, в виде бриллианта, точка появилась в назначенном месте.

– Мы в восьми милях от нее, – объявил Робб.

– Выступи по трансляции, Дик. Подготовь их.

* * *

«Гольфстрим» пролетел на траверсе аэропорта острова Вознесения на расстоянии восьми миль и на высоте тысяча футов. Его радиолокатор оставил в недоумении американских контрактников-диспетчеров, наблюдавших за странными точками, приближавшимися с севера на большой и малой высотах с отключенными радиоответчиками, без разрешения на посадку и без радиосвязи.

– Если бы это происходило во время войны с Аргентиной за Фолклендские острова, – заметил один из диспетчеров старшему смены, – я бы решил, что нас атакуют.

Сигнал, двигавшийся к северо-западу от аэропорта, теперь, казалось, повернул к северу. Пока они наблюдали, самолет пролетел две мили к северу, потом развернулся к югу, набирая скорость, затем снова к северу, замедляя ход, словно дожидаясь чего-то.

Первые лучи начали окрашивать небо на востоке, предвещая восход солнца, но на западе, там, откуда шел сигнал на радиолокатор, не было ничего, кроме чернильной синевы. Диспетчеры на КДП пытались что-нибудь увидеть в свои бинокли, но ничего не разглядели.

– НЛО, как ты считаешь? – спросил диспетчер.

* * *

Юрий второй раз повернул на север, когда на его бортовой локатор поступил отраженный от авиалайнера сигнал. «Боинг» почти прямиком направлялся на посадку, как и предполагалось.

– Попался! – воскликнул Юрий.

Он мысленно представил курс – пролететь мимо и быстро вернуться. Лайнер слишком близко подлетел к мелкой воде и острову.

Я не могу ему позволить достичь берега.

Юрий пролетел около полумили за «боингом», потом развернулся и отклонился вправо на шестьдесят градусов. Он едва мог разглядеть неповоротливый призрак лайнера в первых лучах зари. Стеблинко пристроился к цели сзади и поднялся на сотню футов над водой, наводя ракету на левый внутренний двигатель.

Проклятье! Ракетный пилон!

Он забыл выпустить его. Юрий протянул руку и вывел его в боевое положение.

Ничего не произошло.

Он еще раз ударил по клавише, потом другой раз, потом третий.

Ох, нет!

За спиной, у кресла второго пилота тоже располагались ряды кнопок. Стеблинко пытался вспомнить, какие из них добавлены для контроля за включением/выключением вооружения. «Это было за креслом второго пилота, – подумал он, – приблизительно восьмой ряд сверху».

Но пытаться дотянуться до них при высоте полета в сто футов граничило с самоубийством. Юрий прибавил тягу двигателям и начал подниматься до тысячи футов, понимая, что он снова попадет в поле зрения островного радиолокатора. Он перешел на автопилот и включил освещение панели, наклонился вправо, пытаясь разглядеть выключатель.