Бимайн. Тариф на безлимитное счастье - [5]
– Марат, а вы где мальчишник будете устраивать? Дай заеду Алеку ключи передам! Без подстав, обещаю...
– Без подстав?
– Да, честное-пречестное!
– Блин, без них неинтересно как-то. Ладно, мы в десять в его старой студии встречаемся!
– Отлично! Не говори, что я приеду. Умоляю! Мешать вам не хочу.
– Ты чего-то мутишь воду!
– Да нет. Правда.
Кривда. Хе-хе.
А у меня вместо девичника было свидание возле памятника Маяковскому. От студии Романовича пятнадцать минут пешком.
Около одиннадцати я купила банку Burn, Adrenaline Rush и Red Bull были откинуты по цвету содержимого. Мне нужно было полное фиаско Алека! Никто не женится на Маше Краевской по расчету, кроме Била Гейтса, ну и Осамы. Разве что.
Я чувствовала себя прелестно. На огромных каблуках и в тугой куртке. Дышалось тяжело, но чувства – вах, вах, вах! Привычным движением я открыла двери НИИ на Ленинградском проспекте, спустилась в подвал.
Были слышны голоса и смех. Хотелось процитировать Бунина: «И они были чудовищны и противоестественны своей отчужденностью, равнодушием...» Музыка не забивала женский хохот. Мальчишник пока удавался на славу.
Дверь была приоткрыта. Пара девушек ширпотребного вида пытались танцевать нечто похожее на стриптиз, но очень отдаленно.
При моем появлении стало потише.
– Алек, у меня для тебя плохие новости – получила твои анализы, сифилис подтвердился! Девушки, будьте аккуратнее!
– А вы кто? – развязно спросила одна из танцовщиц.
– Будущая жена!
Черт, забыла выплеснуть содержимое банки на рубашку. Вот шляпа.
Гордой походкой я вышла из студии. А дальше единственный план спасения – бегство. Но вот охотник стал жертвой. И за мной бежал почему-то разъяренный Алек. С чего вдруг, спрашивается?
И кстати, каблуки придумал определенно мужчина. Причем отъявленный женоненавистник.
– Ну что, что я такое сделала?
– Ты мне жизнь пытаешься испортить или мне так кажется? – спросил Алек.
– Послушай, мы еще даже не поженились, а ты уже семейные сцены закатываешь!
– Да замолчи, кто ты такая, чтобы врываться на мой мальчишник!
– Наверное, твоя невеста. Еще не надумал отказаться от затеи?
– Нет, ни за что! Ты будешь позором рода Романовичей! – он поднял указательный палец наверх, давая пророческое обещание.
– Посмотрим, кто кого!
– Спорим на сто минетов, что ты подашь на развод в первые три месяца?
– А если ты проиграешь, то что?
– Хм. Я тебе... Я тебе...
– Не катит!
– То есть так? Ладно, тогда в плюс к минетам выигравший забирает Пигги.
Это было чересчур. Моего Пигги. Точнее, нашего Пигги. За то короткое время, что мы прожили душа в душу, мы завели карликового пинчера, который не был поделен лишь потому, что для вывоза собаки на Украину необходимо чипирование – в холку собаки вшивают определенный чип. Живодерами мы не были и пойти на это отказались. Пигги был сглаживающим фактором и тем другом, который никогда не предавал и не предлагал выйти замуж. А тихо охранял. Иногда нас, иногда свою миску.
– Ну что, муженек, по кОням?
6. Дальше только Vertu от $4000 без НДС
Что же я смотрю сурово?
Разве смотрят так любя?
Золотого, дорогого
Так отвадить от себя.
© Евгений Долматовский
Я вышла на улицу... И пришла тоска. Да с такой силой она вошла в меня, что хотелось выть. Дальше были только Vertu и глупый брак. Дальше не было романтики. И я вряд ли верила, что Вадик сможет мне ее дать.
Может, для того чтобы любить друг друга, нам с Алеком нужны были препятствия, потому как мы игроки, только не в Golden Palace, а в жизни? Может, мы действительно по другую сторону от истинных проявлений любви?
Мы знаем друг друга как облупленные. И что нам стоит подойти и сказать что-то доброе? Так нет, нам нужны вечные моральные извращения. Отобрать Пигги, испортить мальчишник, вставить шутки про минет.
Может, мы правда самое циничное поколение на земле?
И эти мысли бились о землю, где прорастал тимьян, имбирь, шафран.
И эти чувства бились на осколки.
И эти осколки резали чувства на сотни покупок и хамских слов.
Терапия, ёпрст.
Когда-то в период острого алеконехватания я написала стихотворение. Потом пожалела. Стерла. Но не забыла. Сохранила под сотней душевных замков. И вспомнила первые строки:
Где кроется истинное спокойствие и благодать? За какими витринами хранится идеальная жизнь? Дайте ваучер. А лучше акцизную марку.
Вадик ждал меня с букетом гвоздик. Тот, кто это сейчас читает, должен понимать, что такое гвоздики. Это здравствуй, союз, тот, что социалистических республик. Который вроде нерушимый, но вот пал 19 августа 1991 г . Так и появились мы – дети девяностых.
Так вот. О гвоздиках.
– У нас сегодня вечер старой романтики.
Если эта ночь закончится в гостинице «Украина», я окончательно потеряю всякое уважение к себе.
– И что теперь? «Балтика» девятка и подъезды с гитарой?
– Нет, не обижай меня до такой степени! А ты непростая девчонка, зубы у тебя сильно белые.
– Не смущайте меня, Вадик! Так куда идем?
Он показал рукой в сторону Второй Брестской, собственно говоря, с одного из наших с Алеком совместных посещений этого места и началась наша странная история лямура-тужура-абажура. Так что дышать темно.
Судьбы нескольких человек пересекаются в квартире в старинном доме на Сретенском бульваре. Скрывающаяся под саркофагом обид циничная Надя, поклонник странных учений Игорь, любящий женщин постарше юнец-Коля, загадочная писательница Вера с двумя мужьями и еще несколько удивительных персонажей, которые дополнят мозаику своим появлением… Связанные не только одной квартирой, но и судьбами, они развернут жизни друг друга в неизведанные стороны, где каждый обнаружит о себе что-то очень важное. Эта философская история о любви и бессмысленности странным образом переворачивает представления о жизни всех, кто ее читает.
Какой билет выбрать: Лондон — Москва или Москва — Лондон? Вариации на вечную тему: «Где лучше? Где нас нет!»Для нее Москва — это временно. Быть может, навсегда…Роман о первом поколении русских девчонок, которые вернулись из Лондона!
М7 ― бывший Владимирский тракт, по которому гнали каторжан, Горьковское шоссе, трасса Москва–Волга, нулевой километр МКАДа, торговый путь от Москвы до Китая и просто дорога, по разные стороны от которой живут люди. Обычные люди. Мужчины, потерявшие веру, женщины, ищущие своих отцов в других мужчинах, и призраки распавшихся семей…Роман «М7» ― это сага об утраченных иллюзиях, о потерянном детстве, придуманной любви и тех порезах, которые оставила перестройка на карте жизни обычных людей.
Ставший знаковым роман о поколении нулевых в новом издании.Герои молоды, свободны и порочны, для них жизнь — это бегство по порочному кругу. В их крови похоть, безнаказанность и немного любви. Их враг — любопытство. Их козырь — желание бороться до конца.«Каждый из нас бегал по порочному кругу… Или хотя бы тайно об этом мечтал…».
Это сага о нашей жизни с ее скорбями, радостями, надеждами и отчаянием. Это объемная и яркая картина России, переживающей мучительнейшие десятилетия своей истории. Это повествование о людях, в разное время и в разных обстоятельствах совершающих свой нравственный выбор. Это, наконец, книга о трагедии человека, погибающего на пути к правде.Журнальные публикации романа отмечены литературной премией «Венец» 2008 года.
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
В эту книгу Людмилы Петрушевской включено как новое — повесть "Город Света", — так и самое известное из ее волшебных историй. Странность, фантасмагоричность книги довершается еще и тем, что все здесь заканчивается хорошо. И автор в который раз повторяет, что в жизни очень много смешного, теплого и даже великого, особенно когда речь идет о любви.
В основе новой книги прозы — роман «Последний магог», развернутая метафора на тему избранничества и изгнанничества, памяти и забвения, своих и чужих, Востока и Запада, страны Магог и страны Огон. Квазибиблейский мир романа подчеркнуто антиисторичен, хотя сквозь ткань романа брезжат самые остросовременные темы — неискоренимые мифы о «маленькой победоносной войне», «вставании с колен», «расовом и национальном превосходстве», «историческом возмездии». Роман отличает оригинальный сюжет, стилистическое разнообразие и увлекательность повествования.
Масахико Симада – экстравагантный выдумщик и стилист-виртуоз, один из лидеров «новой волны» японской литературы, любящий и умеющий дерзко нарушать литературные табу. Окончил русское отделение Токийского университета, ныне – профессор крупнейшего университета Хосэй, председатель Японского союза литераторов. Автор почти полусотни романов, рассказов, эссе, пьес, лауреат престижнейших премий Номы и Идзуми Кёка, он все больше ездит по миру в поисках новых ощущений, снимается в кино и ставит спектакли.«Красивые души» – вторая часть трилогии о запретной любви, в которую вошли также романы «Хозяин кометы» и «Любовь на Итурупе».
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.