Бесчестье - [9]

Шрифт
Интервал

Бармен, сухонький, поджарый человек с большими залысинами, отвлекся от протирания бокалов и поднял голову, щурясь от света ламп, висящих над стойкой.

— Пиво, недорогое, но чтобы не блевать потом, — коротко скомандовал Данич. Бармен кивнул и отвернулся. Мирко, поджав губы, осматривал интерьер помещения. А здесь не так уж плохо, тепло, относительно спокойно, можно даже представить, что снаружи течет нормальная жизнь, без смертей, без чудовищной, не щадящей никого болезни… без приближающегося междуцарствия. Хотя нет — крысы. Крысы, прогрызшие дырку в полу около самой стойки, заполонившие, кажется, каждый свободный дюйм Дануолла — они служили вечным напоминанием жестокой реальности, они приводили в ярость и погружали в черную меланхолию.

Дануолл был обречен.

Бармен поставил на стойку мокрый бокал, увенчанный невысокой шапкой пены. Ладно, будем надеяться, в нем не слишком много морской воды, и его не стошнит, как в прошлый раз. Хотя тогда, кажется, дело было совсем не в воде…

Мирко оставил на стойке мелкую монетку — как цены взлетели, ужас просто — подхватил кружку и задумчиво приостановился. Нет, наверное, придется все-таки подсесть к примеченному чуть раньше старику — остальные места были все заняты куда более отталкивающими личностями.

— Вы позволите? — человек вздрогнул, видимо, не слышал приближающихся шагов. А он не так уж стар, это Мирко показалось, слегка за пятьдесят, быть может. Крепкий, поджарый, преждевременно седой, он отрастил широкие бакенбарды чтобы скрыть оттопыренные уши. Секунду мужчина непонимающе смотрел на Данича, потом медленно кивнул и придвинул ближе собственную кружку. На руках у него оказались черные шерстяные перчатки без пальцев.

Данич осторожно присел за скамью напротив, стараясь не пролить ни капли из налитого под ободок бокала. Вытер губы, зажмурился и отпил немного — вкус у пива был неплохой, его даже можно было назвать крепким. Удивительно.

Он открыл глаза. Мужчина напротив следил на одиноким лучом солнца, который наконец-то пробился сквозь серые низкие тучи, все утро висевшие над городом, и удачно пронизал узким золотым острием мутные стекла паба. В свете медленно кружились пылинки, и седой мужчина наблюдал за ними как завороженный. Он заметил взгляд Данича, чуть виновато хмыкнул и снова уткнулся в свою кружку.

— Тут всегда так шумно? — Мирко не думал особо над вопросом, хотя именно это его по какой-то причине заинтересовало больше всего. Хотя почему «по какой-то»? После закрытия «Песьей ямы» следовало найти заведение поблизости, а это место было не хуже любого другого. Вот только шум…

— Когда как, — безразлично пожал плечами мужчина с бакенбардами. Голос у него оказался хриплым, а красная обветренная шея была закутана в плотный шарф. — Но обычно так и есть. Район такой, видите — если не моряк, то бандит. Простые люди, всем хочется найти хоть какую отдушину от ужаса снаружи. — Он снова отпил из кружки, на чисто выскобленной верхней губе лопались пенные пузырики.

— А вы кто из них — бандит или моряк? — Мирко тихонько фыркнул. Напряжение этого утра постепенно отпускало. В «Боцманской дудке» определенно было хорошо. Мужчина задумчиво посмотрел на него и протянул через стол руку. Бухгалтер ее пожал.

— Сэмюель, — сообщил мужчина. — Ближе к морякам, пожалуй. Служил когда-то во флоте, еще при старом Эйхорне, потом немного ходил на торговце на Морли и Тивию, потом купил свою лодку для кое-каких дел уже здесь, на Ренхевене.

Дануолл — это место, где нужно внимательно слушать собеседника, обращая внимание как на сказанное, так и на то, о чем он предпочел умолчать. Мирко отлично понял все паузы в коротком рассказе Сэмюеля — служил во флоте, значит, умеет обращаться со снастями и оружием, ходил на торговом судне, да еще и на север, значит, сумел скопить достаточно денег, чтобы купить лодку. «Кое-какие дела» — наверняка контрабанда или еще что-то незаконное. Просиживает дни в дешевом пабе за единственной кружкой пива — значит, дела пошли наперекосяк.

— Время такое, — нейтрально уронил Мирко, глядя в окно. Даже светящее солнце выглядело сквозь него тусклым и безжизненным, не предлагающим ни облегчения, ни передышки.

— Гиблое время, — сказал Сэмюель. — Все распадается, и любовь, и дружба, и город, и люди. Все гниет и все умирает, даже самое лучшее внутри нас словно выжигается огнем. Я во флоте служил под началом адмирала Хэвлока. Слыхал про такого?

Мирко признался, что не слыхал. Военные дела никогда не были его коньком.

— Славный моряк, герой Морлийской кампании, гордость Гристольского флота, — отчеканил Сэмюель. — Для меня было честью служить под его командованием. А у меня недавно начались черные дни — деньги… и прочее. Я сумел встретиться с адмиралом — что было непросто, напомнил о себе. По-моему, он даже меня не узнал. Большой человек сейчас, не до меня, старой развалины… Очерствели люди, готовы наплевать на святое и вцепиться друг другу в глотку из-за любой мелочи, да… Такие дела. А ты говоришь — время.

Мирко мрачно усмехнулся собственным мыслям. Они совпадали с рассказанным Сэмюелем на все сто. Значит, это не только его ощущения. Значит, это происходит везде.


Еще от автора Александр Сергеевич Руджа
Не чужие

Альтернативная вселенная, вторая половина восьмидесятых. СССР не готовится к войне с Америкой, страны активно сотрудничают на фоне новой опасности — инопланетного вторжения… Мы живем в полуразрушенном, циничном «сейчас», где города — это комплексы заводов, окруженные полями средств ПВО, где укрепрайонами управляют подростки-калеки, а посылают их на смерть взрослые, потому иначе никак… Это не наша война. Это другой «Совёнок». Это не знакомые нам Славя и Алиса. Но все-таки — и не совсем чужие.


Эксперимент

После событий оригинальной игры в сеттинг прибывает нормальный человек, а не пугающийся каждой тени неврастеник, которым был Семен. Ну и дальше понеслось - девушки, лето, солнце, тайны, загадки, секретные общества и рептилоиды. Для понимания фанфика в игру играть желательно, но необязательно - произведение является вполне самодостаточным, и даже пытается объяснить в соответствии со здравым смыслом то, что в оригинале было нелогичным и непонятным.


Город в заливе

После событий произведения "Бесконечное лето: Эксперимент", Алиса, Лена, Славя, Мику, а также неунывающий главный герой продолжают колесить по миру, оседая на некоторое время в Таиланде, в славном Роанапуре, где нашли себе пристанище воры, контрабандисты и убийцы со всего мира. Да, этому городу определенно нужны перемены...


Хеллсинг: моя земля

Столько лет прошло… Сейчас все помнят только обаятельного вампира в красном плаще и широкополой шляпе, а ведь все было намного, намного интереснее. Правда ли, что в «Хеллсинге» было всего два вампира? Так ли непримиримы были Орден Королевских Протестантских Рыцарей и Святая Католическая Церковь? Чего на самом деле добивался «Миллениум»? Работе «бойцов невидимого фронта» организации «Хеллсинг» и посвящена эта повесть.


Дон Хуан

Человек оказывается на Диком Западе девятнадцатого века. Все знания бесполезны, навыки не имеют смысла, в голове — ни одной разумной мысли. Остается одно — идти вперед, осваиваться в новом, равнодушном мире, резать глотки и снимать с трупов сапоги и патроны… Постойте, что значит «зачем резать»? Ну, просто деньги очень нужны. (Приквел к «Говорунам»).


Говоруны

Где-то… Когда-то… Нет, не так. Посреди бесплодной пустыни, под твердым темным небом стоит Город-минус-один. Он был всегда, и всегда будет. В нем темно и мрачно, но жителям нравится — они ему под стать. На окраине Города стоит бар «Сломанный сон». В нем собираются странные личности, смешиваются невозможные коктейли, обсуждаются небывалые дела. А потом эти дела — делаются. Не исключено, что именно поэтому мы с вами все еще живы.


Рекомендуем почитать
Коммандос Четвертого Рейха

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Флорида в огне

Мир, в котором враждуют расы и нации, религии и идеологии, является идеальной почвой для всякого рода параноиков, рвущихся к власти и готовых ради этого на любые преступления. На сей раз Мак Болан срывает человеконенавистнические планы мультимиллиардера Тэрстона Ворда, в руки которого попало смертоносное бактериологическое оружие, с помощью которого богач-экстремист пытается «укрепить» западные демократические принципы.


Вендетта по лас-вегасски

Лас-Вегас, штат Невада... Мак Болан проводит очередной боевой рейд против мафии, в результате которого похищает четверть миллиона долларов и освобождает полуживого полицейского, сообщающего ему о готовящейся синдикатом операции по переводу колосссальных средств в страны Карибского бассейна с целью расширения своего преступного бизнеса... Боссы Организации принимают решение навсегда избавиться от угрозы, исходящей от Мака Болана-Палача. Город наводнили сотни профессиональных убийц.


Манхэттенский паралич

Король умер, да здравствует король! Оджи Маринелло — Босс всех Боссов — заплатил Палачу свой последний долг. Но из пепла империи Оджи Синдикат встает обновленным и еще более сильным, чем прежде. К власти рвется Дэвид Эритрея, бывший советник почившего короля. Хватит ли у него сил, чтобы подмять под себя пять крупнейших мафиозных семейств Нью-Йорка, подчинить Коммиссионе и взойти на опустевший трон? На этот вопрос может ответить только Мак Болан — сценарист и главный режиссер готовящейся драмы.


Переполох в Детройте

Мафия собирается прибрать к рукам Детройт, ежегодно приносящий ей 150 миллионов долларов дохода. Но в «город моторов» прибывает мститель-одиночка Мак Болан. Он намерен швырнуть разводной ключ в шестеренки идеально отлаженного криминального конвейера, который запустила «Коза Ностра»...


Капо из Акапулько

Секс, наркотики, шоу-бизнес и политика — все то, что ставит мир на уши, — это сфера интересов железных парней, правящих невидимой империей, имя которой — мафия... Но лишь до тех пор, пока на сцене не появляется неукротимый человек в черном — Мак Болан.