Анатомия любви - [9]
Никакой тюрьмы. Никакого узилища для малолеток. И, если мои родители готовы заплатить, никаких государственных учреждений. Я был признан невменяемым и направлен в психиатрическую клинику сроком на один год, вплоть до своего восемнадцатилетия, после чего мое дело пересмотрят. Это был даже не настоящий приговор. По сути, пребывание в сумасшедшем доме было как условно-досрочное освобождение.
Отвращение моих родителей к психиатрии было настолько глубоко в них укоренившимся и настолько явным, что с тем же успехом меня могли бы отправить в семинарию. «Давайте считать, что нам очень, очень повезло», – говорила моя мать сквозь слезы, но я знал, что уже скоро она начнет думать – если уже не думает, – что как бы ни страшна была тюрьма, подобная судьба хотя бы роднила меня со Сталиным, с Юджином Деннисом, с испанскими борцами за свободу и с тысячами других героев-революционеров, тогда как пребывание в доме для умалишенных определяло меня в одну лигу с каким-нибудь остряком с постоянной сигаретой во рту, скажем с Оскаром Левантом, с каким-нибудь влюбленным по уши юнцом, который как дурак с писаной торбой носится со своими чувствами. Однако, узнав о решении судьи, я испытал облегчение и почувствовал, что в общем и целом со мной поступили справедливо. Я мог бы принять и полное оправдание. И довольно часто я представлял, как судья произносит: «Дэвид не имел злого умысла» – и с этими словами уходит. Однако оправдание пугало меня. Я считал, что умеренное наказание как раз лучше всего, и был признателен за то, что буду отбывать его в частной клинике, среди зеленых лужаек, в обществе съехавших с катушек молодых людей из привилегированных, толерантных семейств. Судья подчеркнул, что решение будет пересмотрено через год, но я считал, что при должном везении и при наличии одного-двух симпатизирующих мне, которые услышат о моих истинных чувствах, поймут их безмерность и неизменность, я выйду оттуда через несколько месяцев, готовый связать узелком нить своей жизни на том месте, где она оборвалась.
Судья вынес приговор после того, как мой полицейский надзиратель допросил каждого, кто мог что-то сказать суду о моем характере. «Ну прямо фэбээровская проверка», – сказал Артур. «Да-да», – согласилась Роуз, кивая и глядя на меня пристально и скорбно, стараясь своим видом напомнить мне, кто я такой на самом деле. Полицейский надзиратель побеседовал с тестировавшими меня психиатрами. Побеседовал со мной. Он оказался молодым человеком, японцем, который изо всех сил выказывал дружелюбие. «Как ты сам думаешь, Дейв, зачем ты поджег дом?» – спросил он сдавленным голосом, как будто был первым, кто напрямую задавал этот вопрос. Я пробубнил заученный ответ, а потом уткнулся лицом в ладони и разрыдался – по привычке, потому что тогда все время плакал, от беспомощности и, что весьма странно, однако неоспоримо, от тоски, поскольку пожар, несмотря на весь его ужас и опустошение, стал частью моей жизни, моей судьбы, моего страстного сердца, и мне казалось чудовищно несправедливым, что теперь только это и важно.
Полицейский надзиратель поговорил с моими учителями из средней школы «Гайд-Парк», и те сказали, что я был хорошим учеником. Встретился с моими немногочисленными друзьями и с родителями моих друзей. Не знаю, что он выяснил – что я люблю астрономию, джаз, бейсбол, книги, люблю печь пироги, люблю выключить звук у телевизора и на разные голоса вести самые нелепые и малоприличные диалоги. Он попросил назвать имена моих недавних подружек, побеседовал с ними и с их родителями. Сильно сомневаюсь, чтобы Линда Голдман рассказала ему, как лишила меня невинности в подвале родительского дома, обшитом деревянными панелями, – единственном обшитом панелями подвале во всем Гайд-Парке. Голдманы были люди практичные и приспособили подвал под развлечения: бар с посудомойкой, два дивана, стол для пинг-понга, восьмиугольный столик для покера, покрытый зеленым сукном и с круглыми углублениями для фишек. Нет, сомневаюсь, чтобы Линда хоть словом обмолвилась о нашей послеобеденной возне. Даже не знаю, вспомнила ли она об этом. Единственное, чем тот вечер отличался от прочих вечеров, когда она занималась саморазрушением с другими, – это голос ее отца, доносившийся по вентиляционной шахте: «Могу поклясться, в холодильнике была куриная ножка. Могу поклясться». Что касается остальных друзей, включая девочек, они были частью мирка, созданного моими родителями. Хотя мой отец вовсе не хотел, чтобы я был типичным ребенком, «впитавшим левые идеи с молоком матери», то есть сыном коммунистов, который общается исключительно с детьми таких же коммунистов, но веяния времени и повышенная нервозность родителей по умолчанию способствовали тому, что подавляющее большинство моих друзей были детьми друзей моих родителей. И разумеется, никто из них не сказал полицейскому надзирателю ничего такого, что выставляло бы меня в дурном свете. Родители, многолетние друзья Артура и Роуз, и вовсе собаку съели на даче показаний, а дети, усвоившие для себя их осторожность, вероятнее всего, отвечали на его вопросы честно, непринужденно и абсолютно безукоризненно.
![Любить по-королевски](/storage/book-covers/12/129726c30f5cd92bd823106fe432cc95f31da145.jpg)
Кэтрин много лет была счастлива с мужем. Ее Билл умел любить так, что она ощущала себя настоящей королевой. Он так и называл ее: «Моя королева». Но однажды он встретил другую женщину, чары которой заставили его забыть жену. Теперь у него была другая королева и новая жизнь, полная страсти и ярких впечатлений. А в сердце Кэтрин, безропотно давшей мужу развод, поселились безнадежность и боль. Но пройдет год, и в жизни бывших супругов произойдут новые, неожиданные, почти невероятные события, которые все изменят…
![Секс в другом городе](/storage/book-covers/16/16755fc1eb7376eca1774c33bb64857bd42c35d3.jpg)
Когда Алекс Грей застала Макса в постели со своей тренершей по аэробике, она обратилась за поддержкой к подругам. Чтобы отвлечь ее от грустных мыслей, те устраивают соревнование — кто соблазнит больше мужчин за два месяца. Алекс не набирает ни одного очка. Пока не встречает Джейка… Эта остроумная, увлекательная история — первое крупное произведение молодой английской писательницы Сары Харви.
![Прощание с прошлым](/storage/book-covers/90/90e9ed87a48b66c760290493c91861aa2df039f7.jpg)
Говорят, от любви до ненависти один шаг. А от ненависти до любви такой же короткий путь?Беатрис считает Уилфрида виновным в гибели своей сестры и ненавидит его, ненавидит страстно, до боли, до отчаяния. Так отчего же, стоит ему только приблизиться, ее сердце начинает биться с бешеной скоростью, дыхание перехватывает и она не может произнести ни слова? Неужели это и есть любовь? — со страхом думает Беатрис. Нет-нет, этого не может быть! Или может?..
![Увертюра к счастью](/storage/book-covers/b6/b6097201e36c013cb20b186ffc1bcd8719114729.jpg)
Восходящая звезда мировой оперной сцены Фелиция Лебьен попала в неприятную ситуацию: неизвестный поклонник преподнес ей краденый бриллиантовый гарнитур. Пропажей драгоценностей заинтересовалась не только полиция, но и Интерпол. Фелиции предлагают выдать агента Интерпола за ее бойфренда, и она вынуждена согласиться. В конце концов она актриса, ей нетрудно изобразить любовь к незнакомому мужчине. Заиграться, увлечься всерьез Фелиция не боится, потому что давно усвоила золотое правило: главное вовремя выйти из роли.
![Идеальный размер](/storage/book-covers/7b/7b23d418d1fa2f148e1e43e6dda7cdf1511a0b52.jpg)
Ах, эти девяносто-шестьдссят-девяносто!Мечта каждой женщины... Ключ, отпирающий заветные врата к сердцу любого мужчины... По крайней мере, так считала Санни Уэстон.Диеты, тренажерные залы, шейпинг – борьба за «идеальный размер» велась до победного конца.И каков результат?Стройная фигура так и не сделала Санни счастливой! Подруги пожали плечами, «прекрасный принц», о котором она мечтала столько лет, оказался глупым и лживым эгоистом. А случайно встреченный частный детектив Кэгни Джеймс вообще не обращает внимания, какой размер носит женщина!Может, он ничего не понимает в настоящей красоте?А может, просто любит Санни такой, какая она есть?
![Отныне вместе](/storage/book-covers/6e/6e5ed2546ab784a2bedb116bd42f584d6beaa592.jpg)
Под Рождество Лори Уоррен находит у себя на пороге подкидыша. Первоначальный шок сменяется радостью обретения ребенка, ведь сама Лори в детстве была обделена родительской любовью. Привязавшаяся к малышу девушка жаждет усыновить его, но нужна помошь юриста.И Лори обращается к своему соседу-адвокату…
![Три сестры](/storage/book-covers/c4/c4547724253959c289fd8286bc901ae82ecad714.jpg)
Маленькие девочки Циби, Магда и Ливи дают своему отцу обещание: всегда быть вместе, что бы ни случилось… В 1942 году нацисты забирают Ливи якобы для работ в Германии, и Циби, помня данное отцу обещание, следует за сестрой, чтобы защитить ее или умереть вместе с ней. Три года сестры пытаются выжить в нечеловеческих условиях концлагеря Освенцим-Биркенау. Магда остается с матерью и дедушкой, прячась на чердаке соседей или в лесу, но в конце концов тоже попадает в плен и отправляется в лагерь смерти. В Освенциме-Биркенау три сестры воссоединяются и, вспомнив отца, дают новое обещание, на этот раз друг другу: что они непременно выживут… Впервые на русском языке!
![Горничная](/storage/book-covers/ef/ef03943e94e1b873121a1a70ed9699ffad9d9925.jpg)
Молли Грей никогда в жизни не видела своих родителей. Воспитанная любящей и мудрой бабушкой, она работает горничной в отеле и считает это своим призванием, ведь наводить чистоту и порядок – ее подлинная страсть! А вот отношения с людьми у нее не слишком ладятся, поскольку Молли с детства была не такой, как все. Коллеги считают ее более чем странной, и у них есть на то основания. Так что в свои двадцать пять Молли одинока и в свободное от работы время то смотрит детективные сериалы, то собирает головоломки… Однако вскоре ее собственная жизнь превращается в детектив, в котором ей отведена роль главной подозреваемой, – убит постоялец отеля, богатый и могущественный мистер Блэк.
![Весь невидимый нам свет](/storage/book-covers/91/913844e94b3535e898f246a7cd84a92620673032.jpg)
Впервые на русском — новейший роман от лауреата многих престижных литературных премий Энтони Дорра. Эта книга, вынашивавшаяся более десяти лет, немедленно попала в списки бестселлеров — и вот уже который месяц их не покидает. «Весь невидимый нам свет» рассказывает о двигающихся, сами того не ведая, навстречу друг другу слепой французской девочке и робком немецком мальчике, которые пытаются, каждый на свой манер, выжить, пока кругом бушует война, не потерять человеческий облик и сохранить своих близких.
![Татуировщик из Освенцима](/storage/book-covers/a5/a5f513ed413e775849dffd501524794aca52c1b0.jpg)
Основанный на реальных событиях жизни Людвига (Лале) Соколова, роман Хезер Моррис является свидетельством человеческого духа и силы любви, способной расцветать даже в самых темных местах. И трудно представить более темное место, чем концентрационный лагерь Освенцим/Биркенау. В 1942 году Лале, как и других словацких евреев, отправляют в Освенцим. Оказавшись там, он, благодаря тому, что говорит на нескольких языках, получает работу татуировщика и с ужасающей скоростью набивает номера новым заключенным, а за это получает некоторые привилегии: отдельную каморку, чуть получше питание и относительную свободу перемещения по лагерю.