Ахилл - [44]
Славим богов, если наши богаты чертоги! —
грянули страцы. —
Славим богов, если стол наш богат и обилен!
Славим богов, если нас наградили здоровьем!
Славим богов, коль в любви посетит нас удача!..
Но если гостя в чертогах своих принимаем —
Вот когда высшую славу, боги,
мы вам воздаем!
— Слава богам! — провозгласил Клеон, поднимая свою чашу. — Слава им за эту радость, которую они изредка посылают нам!
— Но разве ты не собираешься вызвать стражу? — все еще глядя на него настороженно, спросил юноша.
— Стражу?.. — снова удивился Клеон. — Но зачем нам стража? О нет, я не собираюсь делиться таким дорогим вином с городскими стражниками!
Пей же, Профоенор (о, оставайся, оставайся же для меня Профоенором, сыном Исандра из славного Эпира)! Пей вино, радуйся, не думай ни о чем плохом!
И я буду радоваться вместе с тобою! Пускай даже ты назвался чужим именем, пускай даже цель, с которой ты сюда, в Микены, явился... — Клеон умолк, не договорив.
— Тебе и об этой цели известно? — спросил гость, пристально на него глядя.
— Ах, мало ли, мало ли что мне может быть известно! — махнул рукой хозяин. — Как бы тебя ни звали и с какою бы целью ты сюда ни прибыл — ты мой гость, и этим все сказано! Гость в моем доме — так стану ли я из-за чего-то роптать на богов?!
...Кстати, я прервался на том, что Ахилл как раз на них, на богов и возроптал.
Если желаешь знать, что было дальше, — так послушай же!
ВЕЧЕР
Победы троянцев. — Агамемноновы родственники. — В осаде. — Огненные шары. — Страдания Патрокла. — Поединок.
— ...Да, Ахилл возроптал! — продолжал Клеон. — И страшны были слова, с которыми он обращался к богам, укоряя их в том, что лишили его любимой Брисеиды!
После этих укоров он стал взывать к богам, моля их обрушить самые страшные беды на голову Агамемнона и всех данайцев. Но, быть может, в тот миг еще более страшные беды накликал он на самого себя...
Но те его беды были еще впереди; что же до наших бед — они не замедлили явиться...
Уже на другой день троянцы бесстрашно, будто и не было недавних поражений, вышли из-за городских стен и ровными рядами двинулись на нас. Ахилловы мирмидонцы как сидели перед шатром своего царевича, так и остались сидеть. Они даже не надели доспехи, и копья их были воткнуты в землю.
Мы выбежали за частокол спешно строить боевые порядки, хотя каждый понимал — все равно не успеем как следует построиться: слишком близко к стенам Трои был этот наш новый частокол.
Но не только и не столько из-за этого была обречена наша оборона. Теперь с нами не было Ахилла, зато оставались его страшные проклятья, нависшие над нашими головами, как туча, из которой вот-вот блеснет Зевсова молния. Только чудо могло что-то изменить, но никто из нас не верил, что свершится такое чудо.
Его и не произошло.
С грохотом ударилась движущаяся стена троянцев о наши нестройные ряды — и в несколько мгновений мы были сокрушены, смяты. Своими спинами мы обрушили свой же частокол, при этом наши задние ряды были просто раздавлены, а остальные постыдно бросились бежать, как бегут лишь трусливые рабы под кнутами надсмотрщиков. А следом двигались троянцы, ничуть не нарушив своего строя. Они шли и втаптывали наших раненых ногами в песок, и предсмертные хрипы этих брошенных нами раненых так и останутся нашим несмываемым позором.
Мирмидонцы наконец поднялись с земли и взяли в руки копья. Но не затем, чтобы нам помочь, а лишь для того, чтобы окружить двойным кольцом шатер Ахилла на случай, если троянцы двинутся на него. Командовал мирмидонцами Патрокл, ибо сам Ахилл из шатра так и не вышел.
О, если бы хоть он, Патрокл, оказался с нами — может, и позора этого не случилось бы!.. И с горестью, наверно, смотрел на наше постыдное бегство Патрокл, — но мог ли он ослушаться Ахилла?..
Гибели мы избежали только благодаря второму частоколу, возведенному вблизи берега. Из-за него наши эфебы начали метко стрелять из луков и, не решившись идти на штурм, троянцы развернулись и ушли. Если бы не это — уверен, тогда же они перебили бы нас всех до единого.
А если бы с ними был Гектор, то и частокол нас бы не спас — смели бы нас всех в море вместе с этим самым частоколом. Так что спасибо Ахиллу все-таки: даже вопреки его желанию, его меч, накануне повергший Гектора, нас все еще спасал...
А о чем думал тогда Агамемнон, видя с корабля этот наш, а стало быть, и свой позор? Вспомнил ли он о погубленной им Брисеиде? Испытал ли хоть какое-то раскаяние? Или, может быть, тоже возблагодарил меч Ахилла, спасший его от окончательного разгрома, хоть он менее всех в мире заслуживал этого спасения?..
Не знаю, не знаю... Кто может заглянуть в чужую душу? В особенности если эта душа, как у нашего Агамемнона, подобна мрачному лабиринту...
После того, как троянцы наконец все-таки отошли и скрылись за воротами Трои, от "Геликона", корабля Агамемнона, отплыла лодка и направилась к нам. Уж не сам ли царь к нам плыл, презрев страх перед Ахиллом и его мирмидонцами?
О нет, конечно же, нет! В лодке находились лишь два его племянника, такие же мудрые полководцы, как уже не раз помянутый Акторид. Они везли нам приказ от Агамемнона. Теперь, страшась гнева Ахилла, только так, через их неразумные уста, отваживался наш царь передавать повеления своим воинам в этой войне. А это, скажу тебе, ничуть не лучше, чем засылать убогих сватов, чтобы они своими гунявыми губами принялись лобзать невесту от имени жениха. Едва ли невеста ощутит при этом жар его губ и поверит в его любовь!
Первая книга из серии остросюжетных исторических детективных романов – "Тайна". Роман основан на реальном событии. Император Николай II вскрывает пакет с посланием, написанным сто лет назад императором Павлом, и, прочитав его, в ужасе бросает в огонь. Пытаясь проникнуть в тайну послания, главный герой романа сталкивается с противоборством очень могущественных сил… ТАЙНА является сквозным персонажем всех романов серии. Великая Тайна, берущая свое начало на заре нашей эры. Судьбы персонажей тесно переплетены между собой.
Действие происходит в Петербурге в последние дни XVIII века. Мальтийский рыцарь, приехавший в Россию, несет в себе великую ТАЙНУ и из-за этого попадает в паутину загадочных событий. Фоном романа является подготовка покушения на императора Павла, борьба различных сил и интриги масонов. Но есть еще и некая ИНАЯ СИЛА, — только распознав ее, можно избежать верной смерти.
Зловещий проект НКВД «Невидимка» по созданию из детей опытных супердиверсантов возобновлен. Однако теперь им занимается не советская спецслужба, а его бывший куратор, неуловимый гениальный злоумышленник по кличке Слепень, умело меняющий свою внешность. Московское отделение Тайного Суда вынуждено собраться вновь, чтобы покарать монстра. Планы секретной организации справедливости нарушает нападение на СССР гитлеровской Германии, но Тайный Суд готов преследовать суперзлодея и на оккупированных территориях, даже если он окажется штурмбаннфюрером СС…
Детективный роман. Скромный советский служащий в действительности оказывается влиятельным лицом древнего сообщества, охотящегося за Великой Тайной, — такова сюжетная основа книги. Ему приходится распутывать клубок страшных загадок, не раз уходить от верной смерти, в конце концов, победить все противоборствующие ему силы и обрести любовь.
В тридцатые годы ХХ века в Москве действует загадочное тайное общество, на самом деле существовавшее в средневековой Германии. Итальянская мафия – лишь одно из его отделений. Тайный суд оставался единственной надеждой бедняков на справедливость. И в cоветской России, погрязшей в беззаконии и страхе, для него тоже находится работа.Сын «врага народа» получает приглашение в ячейку московского Тайного суда. Оказывается, его отец занимал в могущественном Ордене высокий пост! Теперь Юрий облечен властью вершить судьбы высокопоставленных преступников.
После драматического и кровопролитного противостояния между Тайным Судом, НКВД и зловещим Орденом, произошедшего в советской Москве в тридцатые годы ХХ века, бывший член Тайного Суда Юрий Васильцев и его возлюбленная Катя скрываются в таежной глубинке. Однако мрачные события прошлого вновь омрачают их жизнь. Юноша Викентий, приемный сын погибшего палача Тайного Суда, жаждет возродить московское отделение секретной организации справедливости и пытается вовлечь в свои планы Катю и Юрия. Викентий, многому научившийся от своего приемного отца, холоден, расчетлив, жесток и предельно опасен.
Автор книги, Лоррейн Кальтенбах, раскопавшая семейные архивы и три года путешествовавшая по Франции, Германии и Италии, воскрешает роковую любовь королевы Обеих Сицилий Марии Софии Баварской. Это интереснейшее повествование, которое из истории отдельной семьи, полной тайн и загадок прошлого, постепенно превращается в серьезное исследование по истории Европы второй половины XIX века. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.
В четвертый том собрания сочинений Р. Сабатини вошли романы «Меч ислама» и «Псы Господни». Действие первого из них приходится на время так называемых Итальянских войн, когда Франция и Испания оспаривали господство над Италией и одновременно были вынуждены бороться с корсарскими набегами в Средиземноморье. Приключения героев на суше и на море поистине захватывающи. События романа «Псы Господни» происходят в англо-испанскую войну. Симпатии Сабатини, безусловно, на стороне молодой и более свободной Англии в ее борьбе с притязаниями короля Филиппа на английскую корону и на стороне героев-англичан, отстаивающих достоинство личности даже в застенках испанской инквизиции.
Эта книга – увлекательное путешествие через культурные слои, предшествовавшие интернету. Перед читателем предстает масштабная картина: идеи русских космистов перемежаются с инсайтами калифорнийских хиппи, эксперименты с телепатией инициируют народную дипломатию и телемосты, а военные разработки Пентагона помогают создать единую компьютерную сеть. Это захватывающая история о том, как мечты о жизни без границ – географических, политических, телесных – привели человека в идеальный мир бесконечной коммуникации. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.
Библиотека проекта «История Российского государства» — это рекомендованные Борисом Акуниным лучшие памятники мировой литературы, в которых отражена биография нашей страны, от самых ее истоков. Иван Дмитриевич Якушкин (1793–1857) — один из участников попытки государственного переворота в Санкт-Петербурге в 1825 году. Он отказался присягать Николаю I, был арестован и осужден на 25 лет каторжных работ и поселение. В заключении проявил невероятную стойкость и до конца сохранил верность своим идеалам.
Средневековая Восточная Европа… Русь и Хазария – соседство и непримиримая вражда, закончившаяся разрушением Хазарского каганата. Как они выстраивали отношения? Почему одна страна победила, а вторая – проиграла и после проигрыша навсегда исчезла? Одна из самых таинственных и неразрешимых загадок нашего прошлого. Над ее разгадкой бьются лучшие умы, но ученые так и не договорились, какое же мнение своих коллег считать общепринятым.
Эта книга — история двадцати знаковых преступлений, вошедших в политическую историю России. Автор — практикующий юрист — дает правовую оценку событий и рассказывает о политических последствиях каждого дела. Книга предлагает новый взгляд на широко известные события — такие как убийство Столыпина и восстание декабристов, и освещает менее известные дела, среди которых перелет через советскую границу и первый в истории теракт в московском метро.